Хелен Диксон - Завещание Сомервилля

Занятый своими мыслями, Маркус не обратил внимания на девушек, но хихиканье Анджелы заставило его повернуться в их сторону. Его ледяной взгляд подействовал на них как холодный душ.

— Боже, до чего красив! — воскликнула Эмма, провожая глазами всадника, перед которым расступалась толпа.

— И он хорошо это знает, — откликнулась Анджела. — Интересно, что он здесь делает?

— Да не все ли равно? — обронила Ева как можно более равнодушно, хотя волнение, охватившее ее, убедительно подсказывало, что он не оставил ее безразличной.

— Как по-вашему, он на танцы останется? — спросила Эмма.

— Может, и останется, но танцевать наверняка не будет. Такому джентльмену не к лицу плясать с деревенскими девчонками.

Анджела сощурилась с сосредоточенным видом, словно обдумывая план действий, затем на ее лице появилось лукавое выражение, и она произнесла:

— Так-то оно так, но мы-то ведь не деревенские девчонки, хотя и живем не в городе. Надо бы нам разыграть мистера Фицалана, посмотреть, как с его царственной внешности стает ледок, который он выставляет напоказ всему миру.

— Что ты предлагаешь?

— Пригласить его на танец.

— Анджела! Ты не в своем уме! — выдохнула Эмма.

— Вот потеха-то будет! И лучше всего, если пригласишь его ты, Ева, — решительно заявила Анджела, с вызовом глядя на подругу.

Ева с недоумением уставилась на Анджелу.

— Да ты что, Анджела! — зашептала она. — Это неприлично. Если я и буду танцевать, то лишь с разрешения миссис Паркинсон и не иначе как с Лесли.

— Если он захочет с тобой танцевать! — поддела ее Анджела. — Ведь он к тебе сегодня даже не подходит, какие уж тут могут быть танцы! Да и не особенно спешит просить твоей руки у мистера Сомервилля. Дни идут, а он все никак не решится.

— Неправда, Анджела! — с жаром воскликнула Ева, хотя знала, что Анджела права.

— Ты только подумай, Ева, — с энтузиазмом продолжала Анджела, — стоит Лесли увидеть, что такой шикарный мужчина, как Маркус Фицалан, пригласил тебя танцевать, он будет ревновать и еще больше захочет на тебе жениться.

— Но ведь если я последую твоему совету, то приглашу я, а не мистер Фицалан, — усомнилась Ева.

— Откуда Лесли это знать? Когда он увидит тебя танцующей с Фицаланом, это подстегнет его, и он опрометью побежит к твоему отцу просить твоей руки.

— Ты так считаешь? — нахмурилась Ева.

— И не сомневаюсь!

— Но я могу с таким же успехом вызвать его ревность, танцуя с другим мужчиной. Это не обязательно должен быть Маркус Фицалан, — возразила Ева, содрогаясь при одной мысли о том, что ей надо будет подойти к такой важной персоне, как Маркус Фицалан.

— Ну, это совсем иное дело. К тому же все знают, что он дружит с твоим отцом. Веский козырь в твою пользу, если только ты не надеешься на собственные чары, — произнесла Анджела беззаботно, выражая полное безразличие.

Но Еву было не так-то легко обвести вокруг пальца. Ей был брошен вызов; не приняв его, она выглядела бы дурочкой, но, сознавая это, где-то в глубине души все же чувствовала себя жертвой какой-то тайной интриги.

И тем не менее она решила доказать Анджеле, что ей и море по колено.

Как только танцы начались, Ева, обманув бдительность миссис Паркинсон, направилась в сторону Фицалана. Самодовольную лукавую усмешку и безжалостный блеск в глазах Анджелы Ева видеть не могла.

Мистер Фицалан, возвышаясь над огромной толпой зрителей, рассеянно смотрел перед собой. Одетый во все черное, с белоснежным галстуком на груди, он напоминал Еве какую-то хищную птицу. Ей стало не по себе. Что за глупую шутку они затеяли? Разве так ведут себя порядочные девушки? Если узнают родители, они будут потрясены и рассержены.

Она уже пожалела о том, что поддалась на провокацию Анджелы, но, не прислушавшись к голосу разума, приблизилась к Фицалану, увы, не подозревая, что дальнейшие события окажут роковое влияние на всю ее жизнь.

Смущенная, со сжавшимся сердцем, она остановилась перед Фицаланом и… утонула в ледяной голубизне его глаз.

Перед Фицаланом предстала очаровательная хрупкая девушка, с прекрасным цветом лица, в платье с большим вырезом, чуть приоткрывавшим соблазнительные округлости.

Он уже видел ее, проезжая мимо веселой компании — деревенских девочек, разумеется, ибо ни одна молодая леди не позволит себе посещать подобные зрелища. Он без стеснения оглядел ее с головы до ног и рассеянно отвернулся.

Ева же боролась с охватившей ее радостью. Смелей, самое время заговорить с ним. Иначе он удивится — зачем она к нему подошла?

— Вы приехали на ярмарку только что, мистер Фицалан? — услышала она свой голос.

Маркус повернулся к ней. Ну и бесцеремонная же девчонка! Но до чего хороша!

— Да. А вы? Вам нравится ярмарка? — вежливо поинтересовался он.

— Спасибо, очень. — И она улыбнулась.

Маркус был из тех мужчин, которые безошибочно угадывают флирт, но поддерживают его лишь с женщинами определенного рода. Перед ним же была девочка. Его удержала ее улыбка. Ему захотелось расспросить ее, побыть в ее обществе. Он был заинтригован. Ну что ж, небольшое приключение перед возвращением в Неверли не помешает!

Ева почувствовала, как ее напряженность проходит.

— Что здесь происходит? — спросила она.

— Очередной кулачный бой. Ева побледнела.

— Вам не нравятся кулачные бои? — спросил он.

— Это ужасное зрелище.

— Я того же мнения. Пойдемте отсюда. — Он взял ее за руку и вывел из толпы, расступавшейся перед ними.

Остановились они близ дерева, к которому была привязана лошадь Фицалана. Ева вздохнула с облегчением. Как хорошо, что они выбрались из давки!

— Благодарю вас. Вряд ли я смогла бы смотреть на это побоище. Какая прелесть эта ваша лошадь!

— Да, конь очень породистый. Вы любите лошадей?

Она кивнула. Еще бы не любить, если у отца целая конюшня отборных рысаков. Но лучше ему об этом не сообщать, пусть он не знает, кто она такая. Но что это? Он отвязывает поводья?

— Вы собираетесь уезжать?

— Да, мне пора. До Неверли скакать и скакать.

Какая неприятность! Вот Анджела обрадуется! Ева обернулась на миг в ее сторону. Подруга с заговорщическим выражением лица смотрела на нее.

— Да… Но я… я… — сбивчиво забормотала Ева.

Маркус в недоумении поднял брови, забавляясь ее смущением.

— Я… я думала, что вы захотите потанцевать.

И как с ее уст слетели эти сл'ова! Затаив дыхание, широко раскрыв глаза, она с замиранием сердца ждала ответа.

— Нет, не захочу! — отрезал он.

— О-о, понимаю.

И она сделала шаг назад. Какой позор, какой стыд, бежать от него — и подальше! Но и он хорош — так грубо отбрил ее. То-то обрадуется Анджела, без конца будет кудахтать о том, что она, Ева, не смогла уговорить мистера Фицалана потанцевать с ней. Пытаясь с честью выйти из сложившейся ситуации, Ева небрежно улыбнулась.