Кэт Мартин - Опасные страсти

Элиссу снова бросило в жар. Господи, что с ней происходит? Стоявший перед ней человек был нахален и самонадеян, но стоило ему произнести лишь несколько слов своим низким, чуть хрипловатым голосом — и девушке показалось, что ноги вот-вот откажутся держать ее.

— В провинции не так уж плохо, — не без запальчивости отозвалась она. — Порой я искренне предпочитаю деревню городу.

Полковник посмотрел на нее с интересом, и Элисса вдруг сообразила, что не стоило этого говорить. Она должна играть светскую даму, склонную потакать своим прихотям, довольную возможностью расстаться с тоскливым существованием, а не застенчивую церковную мышку, которая прячется в глуши.

— Что ж, если вам нравится бывать на свежем воздухе, — сказал полковник, — то, может быть, вы не откажетесь прокатиться со мной завтра в карете? Я впервые в Бадене, вы могли бы познакомить меня с городом.

Элисса чувствовала на себе пытливый взгляд его зеленых глаз, которые, казалось, пронизывали ее насквозь.

— Я… вряд ли я смогу принять ваше приглашение. Я хочу сказать… — Она вздернула подбородок, усилием воли входя в свою роль. — Я лишь хотела сказать, полковник Кингсленд, что на завтра у меня иные планы. Как-нибудь в другой раз. — Она растянула губы в обольстительной улыбке и томно опустила ресницы, напустив на себя призывный вид, смягчая резкость слов.

Во взгляде полковника читалось легкое недоумение.

— Так и быть, в другой раз, — сказал он и, обменявшись с послом еще несколькими словами, распрощался, напоследок насмешливо улыбнувшись Элиссе и чуть заметно склонив голову. Он повернулся и зашагал к темноволосому офицеру в таком же бело-алом мундире.

— Интересный человек, — произнес сэр Уильям, провожая взглядом широкоплечую фигуру Уолвермонта, который протискивался сквозь толпу. — Храбрый рубака, настоящий герой. Он воевал в Нидерландах и Египте, был ранен в Индии. Говорят, в бою он не ведает страха. Его мать родом из Австрии, и он говорит по-немецки не хуже местных жителей. Послужной список вкупе с титулом и огромным состоянием сделали его идеальным кандидатом на должность офицера, обеспечивающего взаимодействие дипломатического корпуса и военных сил здесь, в Австрии.

— И давно он приехал? — Элисса пригубила шампанское, подумав, что должность полковника Кингсленда дает ему доступ ко множеству дипломатических и военных секретов.

— Он пробыл в стране чуть больше месяца, но до сегодняшнего вечера я с ним не встречался.

Всего месяц. Слишком малый срок, вряд ли это Ястреб. С другой стороны, шпиону было бы трудно добиться успеха без посторонней помощи. Сомнительно, чтобы красавец полковник оказался замешан в измене, но и отрицать такую возможность тоже нельзя. До сих пор только мать, подруга Габриэла и герцогиня Мароу знали, кто такая Элисса и каковы истинные причины ее приезда в Австрию. Она никому не верила, намереваясь и дальше сохранять инкогнито.

Глава 3

На следующий день Элисса отправилась на прогулку, но не с полковником. Она поехала в роскошной черной карете генерала Стейглера. Осмотрев достопримечательности Бадена, они остановились пообедать в уютной таверне.

Генерал расположился напротив Элиссы за столиком в углу.

— Вам не нравится еда? — спросил он. — Я закажу что-нибудь другое. — Генерал Стейглер был высок, худощав, с суровым лицом, острыми скулами и тонким заостренным носом. Чуть запавшие глаза были такими темными, что порой казались черными. Он поднял длинную костлявую руку, подавая знак служанке, но Элисса остановила его.

— Не стоит, прошу вас. Было очень вкусно, просто я не успела проголодаться. — Она обольстительно улыбнулась, намереваясь достичь цели, которую поставила перед собой, — снискать расположение генерала. Это было непросто. Франц Стейглер не нравился ей. Он держался с ней чересчур фамильярно, но его взгляд при этом оставался холодным и пронизывающим.

По мнению Элиссы, именно генерал Стейглер более всего заслуживал прозвища Ястреб.

— Кажется, вы утомились, моя дорогая. Может быть, вернемся домой… или, если хотите, воспользуемся гостеприимством хозяина постоялого двора. Герр Вейнберг мой хороший друг, и я не сомневаюсь, что он найдет возможность предоставить вам комнату для отдыха… там, наверху.

Еще ни разу генерал не высказывал своих намерений с такой определенностью. Он хотел затащить Элиссу в постель. Сама мысль об этом вызывала у нее отвращение, к тому же она понимала, что одна ночь со Стейглером вряд ли поможет добиться цели. Ей требовалось завоевать доверие генерала, требовалось время, чтобы сблизиться с ним, избегая его домогательств, не давая обрести полную власть над собой.

— Я чувствую себя прекрасно, генерал. Может, просто посидим, побеседуем?

— Побеседуем? О чем, дорогая? — спросил Стейглер таким тоном, словно полагал, что женщина никак не может оказаться интересным собеседником.

— Вы прославленный генерал и опытный военачальник, может быть, вам удастся развеять мои страхи. В Блауен-Хаусе до меня дошли ужасные слухи. — Элисса отвела взгляд, надеясь, что выглядит достаточно испуганной.

— Какие именно слухи, дорогая?

Она оглянулась, убеждаясь, что рядом никого нет, и наклонилась к генералу:

— Только вчера я слышала, что эрцгерцог Чарльз увеличивает численность армии. Говорят, он собирается напасть на Наполеона и война Может разразиться со дня на день. Я надеялась… я думала, что противостояние Австрии и Франции уже закончилось. Мне казалось, сохранять добрые отношения с генералом Бонапартом в наших интересах. В конце концов, нас разбивали четыре раза. Наши потери и без того уже слишком велики.

Генерал негромко хмыкнул и накрыл костлявыми пальцами руку Элиссы. Она с трудом подавила желание высвободиться.

— Дорогая графиня, женщине не пристало думать о таких вещах. Оставьте это мужчинам, таким как я. Ведь именно наша забота — защищать женщин… ну и страну, конечно.

— Но вы могли бы поделиться своими мыслями, генерал. Британия, разумеется, нуждается в союзе с нами, в то время как Франция…

— Я слышал, вы наполовину англичанка. Полагаю, вы должны поддерживать коалицию с Британией.

— Я поддерживаю все, что хорошо для Австрии. Мой муж был австрийцем, и в жилах матери также течет австрийская кровь, — сказала Элисса. — Мое сердце принадлежит этой стране, генерал, и я счастлива, что вернулась домой.

Они поговорили еще немного, но генерал не сказал ничего, что могло бы дать Элиссе хотя бы слабый намек относительно его верности императору и Австрии. Он то и дело переводил взгляд с ее пышной груди на лестницу, ведущую на второй этаж постоялого двора.