Джессика Трапп - Властелин наслаждений

– Отец… – Мейриона встала и протянула к нему руки.

– Больше я не потерплю твоего неповиновения. Если ты посмеешь отвергнуть следующего жениха, клянусь всеми святыми, я отправлю тебя в монастырь. – Айуэрт смерил дочь гневным взглядом, и воцарившееся молчание было более убедительным, чем любая нотация. Но в глубине этого взгляда Мейриона все же видела крупицу растущей тревоги. Замок Уайтстоун, расположенный на вершине крутой скалы, имел отличную естественную защиту, но все оборонительные устройства не помогут, если в самое ближайшее время Айуэрты не смогут пополнить свою казну. Среди наемников уже началось брожение, и некоторые даже покинули замок.

Дядя Пьер отодвинул от себя шахматную доску и, скрипнув расшатанным стулом, поднялся из-за стола.

– Послушай, Айуэрт, может, лучше мне самому жениться на девчонке?

Мейриона в недоумении уставилась на Пьера.

– Но это же нелепо…

Не обращая на нее внимания, Пьер схватил Айуэрта за плечо:

– Ты относишься ко мне как к члену семейства, но ведь мы не состоим в кровном родстве, верно?

Айуэрт в глубокой задумчивости поглаживал бороду, и Мейриону вдруг объял ужас.

– Но это же немыслимо!

– Мой друг, я старею. У меня есть деньги и титул, но нет своей земли. Объединив наши капиталы, мы только выиграем. Странно, что это не пришло мне в голову раньше.

Айуэрт задумчиво посмотрел на дочь:

– А что, это стоящая мысль.

Мейриона почувствовала, как у нее подгибаются колени, и, чтобы не упасть, оперлась рукой о стол. Святые угодники! Ей следовало принять предложение последнего жениха – с его большими ногами она как-нибудь бы смирилась.

– Не могу поверить, что вы вообще можете обсуждать такую чудовищную идею.

Отец сердито смотрел на нее.

– Но разве не ты сама разогнала всех женихов?

– Мне нужны дети. – Пьер резко ударил тростью по ножке кресла. – Мейриона – девушка сильная, здоровая…

Неужели такой старик еще может производить детей? При мысли о том, что его сморщенные руки будут ласкать ее, к горлу Мейрионы подступила тошнота.

– Это безумие.

Дядя Пьер. Да он старше ее в три раза! Она любила его, но как наставника, а не как возлюбленного. Теперь ей казалось, что старик, опустившись до такого кощунственного предложения, просто предал ее.

– Дядя, как вы можете говорить такое? Вы ведь мой друг!

– Ты сама виновата в том, что мы вынуждены прибегать к помощи старых друзей, чтобы выбраться из долговой ямы, – буркнул Айуэрт.

– Нет, отец!

Пьер неожиданно засмеялся:

– Не беспокойся, друг мой, капризы этой девчонки не испугают меня, как того молодого щеголя, который только что сбежал поджав хвост. Зови священника, и мы решим твои проблемы с податями еще до наступления ночи.

Айуэрт снова погладил бороду.

– Мы можем набрать более сильную армию, – продолжал гнуть свое Пьер, и тут Мейриона увидела, как загорелись глаза отца.

На короткое мгновение она представила дядю Пьера обнаженным, – наверное, его сморщенная кожа висит на костях, как грубая власяница на скелете.

– Этого не будет никогда, – твердо сказала она.

– Будет, если я прикажу! – Айуэрт грозно свел брови на переносице.

– Я тебя предупреждал, что ты потворствуешь ее прихотям, и это не к добру, – хмыкнул Пьер.

Мейриона не верила собственным ушам.

– Ты учил меня думать самостоятельно, дядя, а теперь ты хочешь жениться на мне? Да в своем ли ты уме?

Пьер повертел в руках непонятно откуда взявшуюся пешку и недовольно поджал тонкие губы.

– Дитя, в противном случае ты взваливаешь на своего отца непомерную ношу.

Скрестив руки на груди, Мейриона покачала головой:

– Нет.

Айуэрт тяжелым шагом прошествовал к сводчатому дверному проему и сложил руки наподобие рупора.

– Мэтти! – позвал он. – Собери для Мейрионы все самое необходимое. Она уедет не позднее чем через час.

– Но, отец…

– Все, хватит. Если ты не можешь вести себя как благородная женщина, то больше такой и не будешь.

– Непокорная дочь бесполезна для своего отца. – Пьер оперся на трость и в притворной печали склонил голову.

Сердце Мейрионы будто налилось свинцом.

– Дядя, вы часто говорили, что женщина может вести хозяйство не хуже мужчины.

Пьер пожал плечами:

– Теоретически это возможно, но в действительности женщина без мужчины – ничто.

Раздосадованная тем, как быстро старик изменил свое мнение, Мейриона подбежала к отцу и тронула его за плечо.

– Ты ведь не прогонишь собственную дочь, правда? Я нужна здесь, чтобы заботиться о наших людях.

Айуэрт стряхнул ее руку.

– Ты мне больше не дочь. Возможно, монастырь научит тебя послушанию.

В этот момент дверь распахнулась и Демьен, брат Мейрионы, которому было всего десять лет от роду, спотыкаясь, вбежал в зал. На нем была яркая пурпурная накидка, в руках он нес мертвую, пробитую стрелой крысу. Совершенно не подозревая о драме, которая разыгралась в большом зале, он, хромая, подошел ближе, взмахнул накидкой в шутливом поклоне и бросил крысу к ногам сестры.

Мейриона отскочила с пронзительным воплем, зато собаки устремились к трофею, чуть не сбив ее с ног.

Айуэрт тут же обратил на шутника разъяренный взгляд.

– Дрянной мальчишка! – Схватив кубок, он швырнул его в гончих. – Убирайся отсюда, хромой тупица.

– Отец! – Мейриона вскочила. – Демьен не хотел ничего плохого.

– Я терпел тебя, негодяй, только ради твоей сестры, но она мне больше не нужна. – Айуэрт подал знак одному из своих людей. – Выведите этих неблагодарных за стены замка. Я больше не потерплю неповиновения в моем доме. – Он вновь отвернулся, глядя из окна в том направлении, в котором только что отбыл последний жених. – В монастыре их обоих научат уму-разуму.

С высоко поднятой головой Мейриона вышла из зала, брат поспешно поковылял за ней.

– Думаешь, он действительно это сделает? – прошептал Демьен, хватая ее за руку.

Мейриона бросила мрачный взгляд на двери зала, чувствуя, как железные кандалы долга сжимают ее душу.

– Нет, если я соглашусь выйти замуж за дядю Пьера.

Некоторое время спустя, слабая от тошноты, Мейриона стояла рядом с дядей Пьером и произносила слова венчального обета. При этом ей казалось, что страх и отчаяние едкой плесенью сочатся по стенам часовни замка.

Раскаяние мучило ее. Ну зачем, зачем она проявляла строптивость в отношениях с другими женихами? Последний из претендентов был молод и красив. С детства Мейриона знала, что ее долг – вступить в брак. В действительности отец проявлял к ней больше снисхождения, чем обычно проявляют к женщинам ее положения, – он давал волю гневу каждый раз, когда очередной потенциальный жених после встречи с ней отказывался от своего намерения, но она и представить не могла, к чему это ее приведет.