Джоанна Линдсей - Мужчина моей мечты

Ознакомительный фрагмент

— Именно так и случится! — засмеялась Тиффани, на минуту поддавшись радостной игре воображения. — Да, это будет заслуженное и достойное возмездие! — Но тут же вздохнула:

— К сожалению, это невозможно…

— Возможно! — спокойно возразила Меган. — Я приложу все силы для того, чтобы осуществить свой план.

На лице Мегги появилось выражение такого неистового упрямства, что Тиффани даже слегка испугалась.

— Постой, Мегги, — попыталась она урезонить подругу. — Мне кажется, ты витаешь в облаках. Если уж тебе хочется выйти замуж непременно за титулованную особу, мы найдем какого-нибудь милого виконта. Может быть, даже графа. Да, да, именно графа, и тогда ты станешь равной по положению леди Офелии! И не качай головой, черт побери!

— Тиффани, если я и опущусь так низко, что выйду замуж только ради титула, то этот титул будет очень высоким.

— Тогда не опускайся!

— А я уже на это решилась. И чем больше я об этом думаю, тем больше меня привлекает идея стать герцогиней.

— Вечно ты делаешь меня козлом отпущения… — проворчала Тиффани. — Послушай, Мег, я вполне допускаю, что где-то в твоей родословной и был граф…

— Точно, был. Четыре поколения назад. А еще один или два барона, я точно не помню…

— Возможно, возможно! Но как бы там ни было, ты сама — всего лишь дочь простого сельского сквайра. Герцоги же, если захотят, могут жениться даже на особах королевской крови. Но на дочерях сквайров они не женятся.

— А вот Ротстон женится! Почему бы и нет? — не уступала Меган. — Он и так богат до невероятности, значит, деньги его не интересуют. И ему вовсе незачем жениться на титулованной особе — у него самого очень высокий титул. Если захочет, он может жениться и по любви — любой герцог может, черт побери, делать то, что ему заблагорассудится! А моя родословная и в самом деле дает основания считать меня вполне подходящей партией. Разумеется, он может найти для себя кого-то получше, чем дочь сквайра, но уверяю тебя, он этого не сделает. Потому что влюбится в меня, безумно влюбится, поняла? И ты сама прекрасно знаешь почему. Да-да, именно из-за моей проклятой смазливой физиономии. До сих пор красота не приносила мне ничего, кроме огорчения, но теперь… теперь я наконец-то использую ее, чтобы завоевать герцога!

В словах Меган было столько горечи и боли, что Тиффани, прежде чем задать следующий вопрос, решила осторожнее выбирать слова.

— Ну, а как же ты сама?

— Что значит — ты сама?

— Вдруг ты его не полюбишь?

— Непременно полюблю!

— А если не сможешь, Мег? Если он окажется низким человеком, к тому же гадким уродом, и полюбить его будет просто невозможно?

— Такого не может быть! Ведь он герцог!

Тиффани улыбнулась столь наивной уверенности подруги.

— Но вполне вероятно, что ты при первой же вашей встрече где-то в глубине души почувствуешь: герцог Ротстон тебе совершенно не подходит, ты будешь с ним несчастна. Даже и тогда ты не откажешься от своей затеи?

Последовала долгая пауза. Наконец Меган решительно заявила:

— Откажусь!

"Слава Богу!» — вздохнула про себя Тиффани и, сразу почувствовав себя увереннее, продолжила:

— Знаешь, а ведь он действительно может оказаться крайне непривлекательным внешне.

— Ничего подобного! Ты что, забыла, как шепнула нам тогда горничная, что герцог очень хорош собой?

— Да она просто хотела произвести на нас впечатление!

— Не говори ерунды — в тот день мы и так преисполнились благоговения перед герцогиней, ее богатством, ее совершенно потрясающим домом… Так что никакой нужды в дополнительном впечатлении не было, это видел каждый — настолько мы ошалели.

— Это совсем разные вещи! — возразила Тиффани. — И потом… Господи, неужели ты и в самом деле мечтаешь о таком дворце? В нем и жить-то страшно.

— Ты шутишь? — возмутилась Меган. — Ведь Черринг-Кросс — самый великолепный особняк, какой только можно себе представить!

— Ну ты уж и скажешь! Он совсем не похож на жилой дом, это просто какой-то грандиозный мавзолей, занимающий целых шесть акров! Там одна конюшня больше твоего дома, а ведь его отнюдь не назовешь маленьким!

— Знаю. Но там… там все было такое огромное! — мечтательно произнесла Меган.

— Огромное? Да просто гигантское! Мне кажется, в этом особняке человек может заблудиться да так и умереть, потому что его никто не найдет.

Девушки взглянули друг на друга и расхохотались.

— Так уж и умереть, Тифф?

— Может, я и преувеличиваю, но такой вариант вполне возможен. — Они снова засмеялись. Потом Тиффани уступила:

— Ладно, сдаюсь! Наверное, твоя красота действительно способна покорить герцога настолько, что он сделает тебе предложение. Но… ты уверена, что тебе это необходимо, Мег?

— Абсолютно! Эмброуз Сент-Джеймс может начинать считать свои последние холостяцкие деньки, их у него осталось совсем немного.

— Эмброуз?.. О Боже! — сообразила Тиффани. — Я и забыла, что ты назвала своего коня в его честь.

Меган лихо подмигнула:

— Вот именно!

Девушки снова рассмеялись, но на сей раз их веселье было прервано появлением Кребса, объявившего о прибытии достопочтенного Тайлера Уотли.

Меган одарила гостя сияющей улыбкой и учтивым приветствием:

— Доброе утро, Тайлер. О, вы сегодня прекрасно выглядите! Подождите меня буквально минуту — я только надену шляпку, и мы сразу же можем ехать.

Меган прошествовала мимо, так и не получив от Тайлера никакого ответа: ее улыбка так потрясла мистера Уотли, что он потерял дар речи и, открыв рот, застыл словно изваяние. Тиффани спрятала за чашкой собственную улыбку, весьма ехидную; ее позабавила реакция Тайлера и приятно удивило то, что эта реакция не вызвала у нее никакой ревности к подруге.

— Если ты не хочешь, чтобы Меган снова начала вести себя с тобой так же скверно, как раньше, тебе придется за собой последить, — как можно ласковее прощебетала Тиффани.

Тайлер наконец закрыл рот и, сунув руки в карманы, проворчал:

— Боже! Не завидую я тому мужчине, который добьется ее руки. Нет, не завидую! Как мне его жаль!

— Такого мужчину уже выбрали! Будем надеяться, что он добьется не только ее руки, но и завоюет сердце. Тайлер удивленно поднял брови:

— Должно быть, я пропустил что-то важное, происшедшее между вчерашним и сегодняшним днем.

— Да ничего особенного! Однако тебе, наверное, и в голову не пришло, что ты пожалел герцога?

Глава 3

— Ну, мистер Браун, это уж чрезмерная предосторожность! Боже мой, идти пешком! Если б Фреди меня видел, он бы лопнул от смеха.

Мортимер Браун смерил шагающего рядом с ним верзилу презрительным взглядом. С тех пор как они покинули Кент, он только и слышал от этого несносного типа разного рода жалобы и причитания. Правда, его предупредили, что так и будет…