Шерил Флурной - Безрассудное желание

Тэннер узнал из дневника о безрассудных поступках Мелинды, о ее постоянных и все более частых нападках на Керу и на самого Кэла. Узнал о ее давней навязчивой идее – вернуться на Ройс-ранчо в качестве жены Тэннера и хозяйки.

Лежа в постели, Тэннер распланировал свой день. Сразу же после завтрака он отправится в «Дабл-Би» и поговорит с Керой. Он намерен сказать ей, что теперь вполне ее понимает и на нее не в обиде. Теперь он знает, что она никогда не хотела причинить ему зло. Он поблагодарит Керу за то, что она спасла ему жизнь, рискуя своей. А самое главное, он скажет ей о том, как любит ее.

Открылась дверь, и вошла Сара, неся поднос с завтраком. Она поставила поднос на стол и засуетилась, однако Тэннер жестом руки остановил ее.

– Я спущусь завтракать вниз, Сара, – сказал он.

– Но, Тэннер Ройс…

– Что, Сара Сэндерс? – передразнил он ее. – Отвернись, пока я натяну брюки, впрочем, можешь не отворачиваться, мне без разницы. Так или иначе, я поднимаюсь с постели и уезжаю из дома. Я должен уладить очень важное дело. И сделать это нужно незамедлительно.

Тэннер въехал во двор «Дабл-Би», где его приветствовал шедший в сторону кораля Пи Кей:

– Привет, Тэннер. Как твоя голова?

– Отлично! Головная боль прошла, головокружений больше нет, – ответил Тэннер, спешившись и слегка расставив ноги. – Видишь, стою прочно, как валун в бурю. Док говорит, что у меня останется небольшой шрам, но мне это не повредит. И еще он говорит, ему надоело, что я каждый месяц вызываю его, чтобы латать себя.

– Ну что ж, дружище, я чертовски рад, что ты выздоравливаешь. Я испытал ужасное чувство, когда подъехал и увидел, что ты лежишь в крови на земле, а Кера тебя оплакивает. – Пи Кей покачал головой, вспоминая ту сцену. – Она никак не может оправиться после того потрясения.

Все это Пи Кей говорил, пока мужчины шли к коралю.

– Конечно, это страшное потрясение для нее – видеть, как в тебя стреляли, потом оплакивать тебя, считая мертвым. И потом, то, что она убила человека, не дает ей покоя.

– Такое может подействовать на кого угодно. А для такого деликатного создания, как Кера, это огромное потрясение. Она сейчас винит себя за многое, и я хочу избавить ее от некоторых угрызений совести. Для этого я сюда и приехал, Пи Кей. Можно мне ее повидать?

– Кера поехала прогуляться, Тэннер, – сказал Пи Кей и, сдвинув шляпу назад, посмотрел вдаль. – Она сейчас много времени проводит в седле. Это для нее своего рода разрядка. Я сказал своим людям, чтобы они присматривали за ней. Кое-кто говорил мне, что она носится по прерии как ветер. Должно быть, считает, что развеет по ветру все свои горести. – Пи Кей медленно покачал головой.

Тэннер молча слушал отца Керы, видя, как переживает и какие нежные чувства испытывает его друг к ново-обретенной дочери.

– Керу иногда мучают кошмары, – продолжал Пи Кей. – В них, так или иначе, всегда присутствует Мелинда. Однажды ночью я услышал крик и вбежал в комнату Керы. Она сидела в постели, лицо белое как полотно, слезы ручьем катятся по щекам. – Он снова сокрушенно покачал головой. – И вся дрожит как осиновый лист… Я подсел к ней, она обняла меня и стала рассказывать свой кошмарный сон. Ей приснилось, что ее преследует привидение, похожее на Мелинду. Она стала убегать. А когда уже не было сил бежать, увидела человека и бросилась к нему с криком о помощи. Оказалось, что это Дрю Клейтон, да еще весь в крови…

Пи Кей замолчал, наступила пауза. Оба сочувствовали молодой женщине, которую любили.

Если бы он принял ее извинения, подумал Тэннер, если бы простил ее и сказал о своей любви, возможно, ее и не подстерег бы Дрю Клейтон. Возможно, на какое-то время она осталась бы на Ройс-ранчо. Или он проводил бы ее до «Дабл-Би».

– Меня очень беспокоит состояние Керы, Тэннер, и я буду откровенным. Тебе пора разобраться в своих чувствах и признаться самому себе и Кере, что ты ее любишь. Проклятие! Все остальные это знают. Почему же не сказать об этом ей? Девушка страдает от любви к тебе и мучается, что ты не хочешь ответить на ее любовь. Она чувствует себя отвергнутой и от этого страдает! Я убежден, что, если Кера узнает о твоей любви, у нее исчезнут страхи, пропадут все кошмары, и она станет жить полноценной жизнью.

Успешно переложив бремя вины на плечи друга, Пи Кей вздохнул с облегчением и удовлетворением, а затем добавил:

– Ты найдешь Керу скорее всего возле небольшого пруда, что рядом с рощицей на границе ранчо.

Тэннер благодарно похлопал загорелой ладонью друга по плечу, вскочил на Дьябло и отправился на поиски Керы.

Она уехала на прогулку рано утром. Сейчас солнце подбиралось к зениту, и лошадь и всадница изрядно вспотели.

По обыкновению Кера направила лошадь к небольшому пруду. Это было уютное местечко, где можно было побыть наедине с собственными мыслями.

Остановившись в нескольких футах от воды, Кера спешилась и подвела животное поближе, давая ему возможность утолить жажду.

Кера опустилась на колени, сложила ладони ковшиком и зачерпнула воды. Она брызнула себе водой в лицо, затем развязала платок на шее и окунула его в пруд. Расстегнув несколько пуговиц на рубашке, выжала влагу из платка на грудь.

Внезапно рука ее застыла на месте – она увидела в пруду отражение Тэннера.

Кера медленно и грациозно поднялась на ноги и повернулась лицом к Тэннеру, который стоял на расстоянии вытянутой руки. К горлу ее подкатил ком, голова закружилась.

– У меня больше нет сил сопротивляться, – тихо сказал Тэннер, не сводя с нее взора. – Это сильнее меня. Ты ворвалась в мою жизнь без предупреждения и с самого первого мгновения породила во мне такое желание, какого я никогда в жизни не испытывал.

Он замолчал, вспомнив об их первой встрече у лестницы в гостинице.

– Ты разбудила во мне прямо-таки неукротимые чувства, покорила и взяла в плен. Я тут же поклялся, что найду тебя во что бы то ни стало.

Кера слушала Тэннера, изнемогая от любви к этому человеку, сострадая ему и сочувствуя. Она знала, что ответственна за его боль и страдания. Она открыла было рот, чтобы заговорить, но Тэннер поднял руку, призывая ее к молчанию.

– Позволь мне закончить, Кера. Я хочу, чтобы ты выслушала меня, чтобы узнала, как я жил все это время…

– Но ты ничего мне не должен, Тэннер, – мягко перебила она.

– Ты ошибаешься. Я должен. Должен сказать все, что меня волнует. Должен выслушать тебя. Кстати, когда ты пыталась мне что-то объяснить, я предпочитал не слушать тебя. Я был так занят своей болью, что не замечал твоей.

Тэннер помолчал, обдумывая, как лучше выразить словами свои мысли, затем продолжил:

– Я испытал весьма противоречивые чувства, когда узнал, что я твой отец. Прежде всего глубокое разочарование тем, что мой отец никогда не говорил мне о существовании ребенка. Шли дни, приближался момент встречи… Я затрудняюсь описать тебе, в каком состоянии пребывал. Наша встреча у лестницы в гостинице потрясла меня. Я только и думал, что о твоей красоте. Ни о чем, кроме тебя, я не мог думать. Я даже забыл, зачем приехал в Додж-Сити… Когда Мелинда сказала: «А вот и твоя дочь», – я оглянулся, ожидая увидеть… Нет, я не уверен в том, что я ожидал увидеть… Во всяком случае, не тебя… то есть не ту женщину…