Саманта Саксон - Ключ к сердцу

– О чем, мистер Маккаррен?

Шеймус смотрел на нее, явно не зная, что сказать, и Фелисити пришла ему на помощь:

– Может быть, прогулка по саду позволит вам побыть наедине, мистер Маккаррен.

Шеймус предложил леди Первилл руку, и она заколебалась, боясь, что от прикосновения к нему совсем потеряет рассудок.

– Ты думаешь, это будет благоразумно – остаться наедине, Фелисиги? – спросила Джульет с преувеличенным беспокойством.

Лицо Шеймуса залилось краской, которую она приняла бы за смущение.

– Мы могли бы попросить графиню сопровождать вас, – пригрозила Фелисити, заставляя кузину согласиться.

– В сад – это сюда. – Джульет положила руку па его согнутый локоть, и ее словно ударило молнией.

Они молча шли по дому. Проходя через балконную дверь, мистер Маккаррен положил руку на ее талию, и леди Первилл напряглась, вспоминая как его руки касались ее обнаженной спины.

– Зачем вы пришли сюда? – бесцеремонно спросила она, когда он вывел ее из дома.

– Ты знаешь зачем, – сказал он, глядя на деревья. – Я поговорил с… – Шеймус взглянул на нее и осекся. – Я хотел поговорить с тобой о том, что произошло… прошлой ночью.

– А в чем дело? – спросила Джульет таким тоном, будто их ничто не связывало. Самое большее – бокал хорошего вина. Шеймус не мог скрыть раздражения.

– Джульет!

– Зачем вы явились сюда, мистер Маккаррен? – почти холодно спросила она.

– Может быть, вам неизвестно, что, кроме того, что я работаю в министерстве иностранных дел, – начал Шеймус, словно глотая горькое лекарство, – я еще и второй сын графа Дандонелла и у меня есть несколько собственных имений.

– Рада за вас, – весело улыбнулась она.

Собеседник, разозлившись, повысил голос:

– Перестань все усложнять, Джульет. – Они двинулись дальше, и он предпринял вторую попытку: – Дело в том, что на меня свалилось довольно значительное наследство.

– И что?

– Я пришел просить твоей руки, – только и смог прорычать он.

– Вы хотите сказать, что вам приказали просить моей руки. – Джульет смотрела ему в глаза и видела, как сознание вины искажает его прекрасное лицо. – Я все знаю о вашем маленьком… утреннем совещании. – Она пошла дальше по узкой дорожке. – Я только надеюсь, ваши друзья не покалечили вас, выкручивая вам руки.

– Все было не так.

Она не слушала его.

– Значит, передо мной стоит вопрос, выходить или не выходить замуж за человека, который изгнал меня из министерства, а затем переспал со мной? – Джульет смотрела на него изучающим взглядом, как будто Шеймус был каким-то математическим уравнением.

– Помнится, я был не единственным соблазнителем в ту ночь, леди Джульет.

Она почувствовала себя так, словно он дал ей пощечину.

– Нег. – Джульет взяла себя в руки, скрывая раненую гордость. – Не были.

– Прости. – Шеймус покачал головой. – Это было… грубо. Незаслуженно.

Джульет гордо подняла голову и вошла в беседку, стоявшую на краю сада.

– Если бы я согласилась выйти за вас замуж, мистер Маккарреп, то какими были бы мои обязанности?

– Обязанности? – Он озадаченно нахмурил брови, войдя вслед за ней в беседку, он сказал: – Я не совсем понимаю.

– Да, в этом-то и проблема, но я полагаю, если буду говорить медленнее, может быть, мы сумеем понять друг друга. – Шеймус, оскорбленный ее словами, чего она и добивалась, стоял, раскачиваясь на каблуках. – Что от меня, как от вашей жены, потребуется, что я должна буду делать? – перефразировала Джульет, говоря с ним так, будто он был безнадежным тупицей.

Мистер Маккаррен предпочел не замечать ее пренебрежительного тона.

– Заниматься обычными делами, полагаю. – Он пожал плечами. – Вести хозяйство в городском доме, в имении, в коттедже на побережье. Растить детей, если они у нас будут.

– И скольких вы предполагаете иметь?

– Я как-то не думал об этом. – Шеймус совершенно не замечал ее сарказма. – Моя мать произвела на свет семерых.

Произвела! Семерых!

– Какие еще обязанности?

– Ничего, кроме того, что ты уже делала. – Он улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать ее, но Джульет отступила назад.

– Да, вчерашняя ночь была довольно приятной, – призналась она. – Но поскольку вы первый джентльмен, с которым я занималась любовью, мне не с чем сравнить.

От вероятности получить отказ Шеймус раскрыл рот.

– Боюсь, меня больше интересуют мои исследования, чем ваш огород.

– У тебя может быть ребенок, Джульет!

– В высшем обществе полно распутников и их незаконнорожденных детей.

Шеймус гневно посмотрел ей в глаза:

– Я не распутник, и ты это знаешь.

– Но вы не очень-то стремитесь быть мужем. После наблюдения за благословенным союзом моих родителей, как вы понимаете, меня не очень привлекает замужество.

– Ты мне отказываешь? – не веря своим ушам, спросил Шсймус, и его золотистые глаза потемнели.

– Да.

– Я не стану умолять тебя. – Они смотрели друг на друга. Джульет прикусила губу, моля Бога, чтобы он дал ей силы преодолеть минутную слабость и не изменить своему решению. Шеймус поклонился, коротко попрощавшись: – До свидания.

На следующее утро мистер Маккаррен, войдя в фехтовальный зал, принадлежавший Анджело, почти сразу же оказался с рапирой с пробковым наконечником в руке перед учителем фехтования, готовым начать сражение.

– Защищайтесь, – становясь в позу, сказал его противник.

Шеймус, пока они кругами ходили вокруг друг друга, пристально следил за искусным фехтовальщиком, стараясь завладеть преимуществом. Испытывая желание сразиться, он сделал три коротких выпада, и учитель отступил. Шеймус уже готовился нанести последний удар, когда кто-то окликнул его.

– Маккаррен!

Он на мгновение замешкался, и этого времени хватило, чтобы противник, парировав удар, приставил рапиру к груди Шеимуса и со смехом сказал:

– Вы были очень хороши, мистер Маккаррен, до того момента, как я заколол вас.

Шеймус расстроился и повернулся посмотреть, кто же так грубо прервал поединок. И с удивлением увидел злые глаза Кристиана Сент-Джона.

– Что-то случилось? – спросил мистер Маккарреп, вытирая стекавший по груди пот.

– Нет. – Кристиан размахнулся и ударил ею в челюсть. Удар застал Шеймуса врасплох.

Зал поплыл перед глазами, он потерял равновесие и свалился на пол, затем с изумлением поднял глаза и уставился на Кристиана, раздевшегося до пояса.

– Вставай, Маккаррен! – Сент-Джон с металлическим звоном обнажил рапиру.

– Что ты, черт побери, делаешь? – спросил, поднимаясь, Шеймус.

– Вызываю тебя на дуэль, мерзавец, – сквозь зубы процедил его друг.