Нэн Райан - Твоя, только твоя

Мэри сделала вид, что не догадывается о его присутствии, бросила карточки в корзинку и повернулась, чтобы уйти. В этот момент капитан входил в холл. Взгляд его холодных серых глаз на мгновение задержался на ней, и тут же он перевел его на что-то другое, словно хозяйка Лонгвуда была ему совершенно не знакома. Он ничего ей не сказал и ничем не выдал, что заметил ее присутствие.

Клей прошел прямо к вешалке красного дерева, снял с верхнего колышка свой белый китель, перекинул его через плечо и вышел через парадную дверь.

Мэри была поражена. Она стояла и смотрела, как капитан не спеша, пересек тенистую галерею и спустился на освещенную солнцем дорожку. Там он остановился и надел китель. Потом он направился к воротам, где конюх тут же подвел к нему оседланного черного коня.

Капитан взял длинные кожаные поводья, но не сел на коня. Некоторое время он стоял, прислонившись к коню, и, перекинув руку через спину животного, беседовал с моложавым белокурым моряком.

Но Мэри видела одного только капитана. Она смотрела на его широкие плечи, обтянутые белым кителем, на иссиня-черные волосы, блестевшие в лучах вечернего солнца. Вот он что-то сказал, откинул красивую голову и засмеялся. Потом кивнул собеседнику, перебросил поводья через шею коня и вскочил в седло.

Мэри смотрела, как Клей легким галопом выехал по подъездной дороге на Ривер-роуд. Тогда она отвернулась от окна, почувствовав себя опустошенной и несчастной. Ей было очень не по себе. Когда она встретилась с капитаном, поблизости никого не было, однако он не сказал ей ни слова. Не заговорил, не улыбнулся и вел себя так, словно они вообще не были знакомы – он ее просто игнорировал. И уехал из поместья в то время, когда хозяйка Лонгвуда обычно возвращалась домой. Он был свежевыбрит, на нем была белая летняя форма. Куда же он направился? На военный совет в отель «Гайосо», где его ждет генерал С. С. Вошбен?

Но если это так, почему же он не захватил свой планшет?

Господи, она уже ему надоела! Вот в чем дело. Он заставил ее подчиниться своей воле, уговорил ее сдаться без всяких условий. Только это ему и было нужно! Он заставил ее потерять лицо. Заставил ее говорить неприличные вещи, совершать постыдные, шокирующие поступки. А теперь этот бесчувственный сукин сын решил, что она ему надоела!

Мэри вихрем пронеслась к себе в спальню. Там она долго ходила взад и вперед, ей мерещились всякие ужасы. Она подумала, что наскучила капитану, и он отправился на поиски новой женщины. А может, у него уже было назначено свидание. По прибытии в Мемфис он, конечно же, познакомился со множеством женщин, не считая тех, кого знал с детства.

Лия Томпсон говорит, что дамы из общества вовсю увиваются вокруг смуглого капитана Найта. Мэри скрипнула зубами. Она знала, что это правда. Понимала, что ему ничего не стоит найти себе женщину – или женщин, которые охотно станут развлекать его в своих гостиных. И в своих спальнях.

Возбужденная, рассерженная хозяйка Лонгвуда снова спустилась вниз. Она заглянула на кухню и предупредила слуг, что ужинать не будет. Она не голодна. Она собирается сходить в старую усадьбу Темплтонов и повидать свою подругу Лию Томпсон.

Мэтти кивнула, а старый Тайтес встревоженно покачал головой:

– Послушайте, мисс Мэри, на вашем месте я не стал бы этого делать!

– Но ты не я! – сердито ответила она.

– Скоро ночь, – сказал ей слуга, – а вы же знаете, что капитан не любит, когда вы выходите из дома одна после того, как стемнеет.

– Мне плевать на то, что любит капитан! – раздраженно заявила она. – Я хожу куда хочу и когда хочу! Тебе бы следовало это знать, Тайтес Пребл!

– Да, мэм, – ответил он и пошел следом за ней, когда она вышла из кухни.

Он что-то бормотал о том, что ей не следует слоняться по округе, что она накличет беду, если не будет осторожна.

Зная, что старый слуга желает ей добра, Мэри немного задержалась у входной двери. Она повернулась к сердитому Тайтесу и обняла его.

– Тайтес, дорогой мой Тайтес, добрая ты душа! Я уже не маленькая девочка!

Потом она улыбнулась и ласково сжала его плечо:

– Пожалуйста, не волнуйся! Со мной ничего не случится!

Глава 33

Было уже начало десятого, когда Мэри ушла от Томпсонов и отправилась домой. На душе у нее было неспокойно. Город и прилегающий к реке район были полны солдат-янки и разных подонков с прибывающих с севера торговых судов.

Не успела Мэри отойти и на сотню ярдов, как увидела, что ей навстречу едет группа солдат. Предчувствуя недоброе, женщина хотела, было вернуться к Томпсонам, но было поздно.

Солдаты были уже рядом с ней, и Мэри почувствовала, как бешено застучало ее сердце. Солдаты свистели и улюлюкали, а один из них наклонился с седла и спросил, не хочет ли она прокатиться с ним в ближайший лесок. Мэри не отвечала, не смотрела на них и продолжала решительно идти по Ривер-роуд. В конце концов, солдаты оставили ее в покое и поехали своей дорогой, смеясь и громко разговаривая.

Добравшись до ворот Лонгвуда, Мэри облегченно вздохнула. Стоявший на часах старшина открыл ей ворота.

Поднимаясь к дому, хозяйка Лонгвуда заметила нескольких моряков. Как всегда, они слонялись по галерее. Мэри намеренно проигнорировала их присутствие. Высоко подняв голову, она обошла молодого человека, который сидел на ступеньках, вытянув длинные ноги. С гордым и независимым видом Мэри пересекла галерею и вошла в притихший дом. Ей достаточно было мимолетного взгляда, чтобы убедиться, что внизу капитана нет. Она пересекла мраморный холл и поднялась по парадной лестнице.

Вероятно, капитан не вернется в Лонгвуд до рассвета. При мысли о том, что он сейчас в городе лежит где-нибудь в постели с хорошенькой девушкой или с одинокой вдовушкой, а может быть, и с чьей-нибудь загулявшей женушкой, Мэри почувствовала, как в груди у нее закипает гнев. Упомянутая дама вполне могла оказаться одной из ее подруг или знакомых.

Помрачнев, хозяйка Лонгвуда направилась в свою темную комнату, закрыла за собой дверь и прислонилась к ней. Постояв так немного, она тяжело вздохнула, прошла к столику с мраморной крышкой, взяла с него лампу и зажгла фитиль. Неяркий свет заполнил бело-желтую спальню. Мэри поставила лампу на место, повернулась и увидела Клея.

От неожиданности она прижала руку ко рту.

Обнаженный капитан Найт лежал в ее постели.

Он спал.

Вытянувшись на мягком матраце, Клей лежал на спине и казался очень большим и смуглым. Он был слишком большим для этой кровати и совершенно не вписывался в интерьер изящной бело-желтой девичьей спальни. Его мужественное крепкое тело выглядело довольно странно на отделанном кружевом белом постельном белье.