Марша Кэнхем - Чайная роза

Пригнув голову, чтобы не удариться о низкий, как ей запомнилось, потолок с поперечными, заросшими паутиной балками, Чайна двинулась дальше, стараясь придерживаться прямой линии. Она помнила о темных проемах в противоположной стене, отмечавших входы в потайные коридоры, ведущие в комнаты второго этажа. И об отверстии в полу недалеко от комнаты Джастина, где начиналась винтовая лестница, уходившая вниз, в недра дома.

– О Боже…

Вокруг не было ничего, что могло бы служить ориентиром. Ни лучика света под дверью, ни дуновения сквозняка. Медленными шаркающими шажками Чайна продолжала двигаться вперед, выставив перед собой руки с растопыренными пальцами. Она запрещала себе думать о том, что случится, если она пропустит нужный проход, если оступится и упадет…

Наконец ее руки уперлись в стену. Всхлипнув от облегчения, Чайна рванулась вперед и прижалась израненной щекой к шероховатой поверхности, не обращая внимания на боль. Затем выпрямилась и раскинула руки в стороны, нащупывая проход, но ничего не обнаружила, кроме холодного камня. Где же он: правее или левее? Она прикусила губу, стараясь сохранить остатки самообладания. Ее страх панически возрастал при мысли, что в любой момент за ее спиной может появиться сияние свечи.

И оно не заставило себя ждать. Призрачное и размытое, оно расцвело сзади и распространилось вокруг, как луч солнца, пробившийся сквозь облака. Чайна широко раскрыла глаза, вглядываясь в темноту в надежде обнаружить проем в стене, ведущий к комнате Джастина, пока не стало слишком поздно.

– Чайна? – раздался голос Юджина.

Чайна зажала рот ладонями, чтобы заглушить рвущиеся из груди рыдания. Голос прозвучал так близко! В ее распоряжении секунды, чтобы найти проход и спуститься по лестнице, прежде чем голова Юджина поднимется выше уровня пола. Ее белое платье будет выделяться в темноте как сигнальный маяк.

– Чайна? Это глупо. Иди сюда, и все будет забыто. Обещаю, что не трону тебя…

Проход! Вот он!

Чайна подхватила юбки и мысленно поблагодарила Тину, настоявшую на том, чтобы она сменила туфли на каблуках на мягкие лодочки. Бесшумно ступая, она преодолела несколько шагов, отделявших ее от проема в стене, скользнула внутрь и быстро сбежала по ступенькам. Оказавшись в низу, она выпрямилась во весь рост и затаила дыхание, прислушиваясь.

Продолжит ли Юджин поиски, увидев столько возможностей для побега? И если да, то с чего он начнет: с соседнего прохода или с того, что напротив? Может быть, он уже пересек пространство под чердаком и направляется к тому месту, где она стоит сейчас, приросшая к полу?

– Чайна!

Вздрогнув, она оглянулась назад. Слабый свет, сочившийся сверху, указывал, что Юджин не сдвинулся с верхней ступеньки противоположного коридора.

– Чайна? – почти пропел он, заставив ее тревожно дернуться. – Я найду тебя, Чайна. Ты не сможешь долго прятаться. Рано или поздно тебе придется выйти, и, когда ты это сделаешь, я буду ждать. Здесь нет никого, кто помог бы тебе, особенно когда я покажу, как ты отблагодарила меня за мою доброту.

Чайна закрыла глаза, отгоняя образ кочерги, воткнувшейся в его раненую руку.

– Джастин будет пойман и повешен за убийство. Рейналф тоже погибнет – если не от руки Джастина, то от его матросов, когда те узнают, что их капитана подставили.

Чайну била дрожь. Прижав обе ладони к губам, она ощущала вкус крови и слез.

– Как тебе понравится компания крыс, Чайна? Я часто гадал, что это за звуки доносятся из-за стен. Теперь я знаю. Говорят, они достигают размеров средней собаки, если не мешать им расти и развиваться. – Он рассмеялся, и она сжалась от лютой злобы, прозвучавшей в его смехе. – Лично я предпочел бы быть запертым с бешеным псом, чем с крысами. Подумай об этом, Чайна. Но не слишком долго.

В следующее мгновение свет исчез, и Чайна осталась одна в кромешном мраке. Она всхлипнула, издав жалобный звук, отразившийся эхом от каменных стен. Как она теперь найдет рычаги, открывающие доступ в комнату Джастина? Она не представляла, где они находятся и на какой высоте. В прошлый раз она даже не пыталась что-либо запомнить.

Впрочем, она хорошо помнила паутину, густую и клейкую, которая липла к ее лицу и рукам, пока она пробиралась по узким коридорам, держась за стены. Какие-то черные существа шуршали кругом. Черные существа, которые двигались навстречу ее вытянутым рукам.

– Нет, – прошептала Чайна, невольно отступив назад. У нее было достаточно времени, чтобы понять, что она находится недалеко от люка, ведущего на нижний этаж, и что нет ни стен, ни перил, за которые можно ухватиться. И тут ее нога ступила в пустоту. Она почувствовала, что падает, затем последовал глухой удар о каменные ступеньки, и последнее, что она слышала, был ее собственный крик.

Глава 16

Притаившись за небольшой рощицей, Джастин Кросс ждал, пока отряд всадников промчится мимо. Когда они скрылись, он оглянулся и увидел в голубоватом свете луны Бартоломью Иста, поднявшего вверх большие пальцы. Это был сигнал. Тронув лошадь, Джастин выехал на дорогу и остановился, задумчиво глядя вслед оседающему облает пыли.

– Я насчитал десятерых, – сообщил Тед Бейтс, подъехав к нему. – Куда, по-вашему, они рванули в такой спешке?

– Если их послал Рейн, то это не к добру, можешь быть уверен.

– Думаете, он уже в курсе?

– Я бы не удивился, – мрачно отозвался Джастин, глядя на трех всадников, присоединившихся к ним. Лохматая голова Иста возвышалась над остальными; в седле он выглядел как медведь верхом на пони. – Как твой бок, Ист?

– Нужно что-то посущественнее, чем шпажонка стражника, чтобы вывести меня из строя, сэр, – последовал ворчливый ответ, – Я в порядке.

Джастин повернулся к двум другим членам команды:

– Нужно выставить караул на вершине холма, чтобы прикрыть наши спины. Ты, Доббинс, расположишься за теми деревьями, а ты, Тербин, – с другой стороны холма. И ради Бога, думайте, прежде чем пускать в ход оружие. Здесь болтается полно народу. Мне бы не хотелось, чтобы вы подстрелили парочку влюбленных.

– Тогда им лучше не попадаться под горячую руку, – буркнул один из матросов, коснувшись дулом пистолета полей потрепанной треуголки. – Лично я намерен кое с кем посчитаться сегодня.

Джастин кивнул и, проводив их взглядом, повернулся к темной линии дубов, за которой, как драгоценность на черном бархате неба, сверкал огнями Брейдон-Холл.

– Что ж, вполне понятное желание, – промолвил он. Семеро его людей были ранены или убиты при нападении на тюрьму, и тот факт, что столько же королевских солдат заплатили за это, служил слабым утешением. И уж совсем скверно, что им приходится прятаться за кустами, как каким-то воришкам.