Анна Грейси - Отважная бродяжка

— Джек, остановитесь! Вы не должны. Он не причинил мне боли. Джек! — вопила она, но воин был непоколебим в своем намерении.

Джек двинулся к кузену Джеремайе, кулаки его были сжаты, синие глаза яростно сверкали.

— Джек, мистер Коул попросил меня выйти за него замуж! — крикнула Кейт ему в ухо.

Майор резко остановился. Крутанулся и, потрясенный, уставился на нее. Краска гнева схлынула с ошарашенного лица, превращая его в безжизненную серую маску.

— Он — что? — наконец прохрипел Карстерз.

— Попросил меня выйти за него замуж, — повторила Кейт тихо, с опозданием понимая, что ввела Джека в заблуждение, но не находя другого выхода из ситуации, другой возможности избежать насилия. А насилия она повидала уже достаточно.

— Так вот почему… — у Джека перехватило дыхание. Он отвел глаза и отвернулся. — Я… понимаю, — пробормотал он и ушел, не взглянув ни на одного из них.

Кейт смотрела ему вслед, кусая губу. В его глазах застыла боль. Потому что он решил, будто она собралась замуж за кузена Джеремайю? Кейт собралась уже побежать за глупцом и сказать, что отказала, но побоялась, как бы после такого сообщения к Джеку не вернулась его прежняя ярость, и он не нанес сильных увечий Джеремайе. Теперь, когда Джек остановил ее кузена, она чувствовала, что в состоянии справиться с ним сама. Кейт могла сердиться на Джеремайю за то, что тот навязывал ей свои ласки, однако влюбленному многое прощаешь, а он, как ни крути, к тому же оставался ее родственником.

Она обернулась:

— Думаю, вам лучше уйти, кузен Джеремайя. Сожалею, что дошло до такого.

К этому моменту пострадавший уже поднялся хоть и с трудом. Его испуг прошел и быстро превращался в негодование.

— Должен вам сказать, кузина Кейт, я глубоко оскорблен обращением этого невежи со мной. И твердо намерен донести на него в ближайший магистрат. Совершенно очевидно, что это буйный безумец. Да как он смеет?..

Горячий нрав Кейт наконец проявил себя:

— Что вы такое говорите? Если хотите знать, я считаю, что вы еще легко отделались, ибо, будь я мужчиной, то врезала бы вам давным-давно. Как смеет он? Как вы смеете?! Против моей воли целовать меня и думать, что, прибегнув к грубой силе, добьетесь моего согласия! Донесите на мистера Карстерза в магистрат, если осмелитесь, кузен Джеремайя, и обнаружите, что вас самого обвиняют в нападении — на меня!

Мистер Коул побледнел и немедленно угомонился.

— Ладно, ладно, Кейт, дорогая, я не это имел в виду. Я… я был расстроен. Думаю, вы должны признать за мной право сердиться из-за этого жестокого беспричинного нападения, но, конечно, если это вас огорчит, я не предприму никаких напрашивающихся шагов.

Кейт пришла в себя. Она заговорила более мягко:

— Мне жаль, что дошло до этого, кузен Джеремайя. Если не возражаете, давайте впредь никогда не упоминать об этом происшествии.

— Нет, нет, конечно, нет, — живо согласился он. — Ну, а теперь, моя дорогая, я бы хотел как можно скорее уладить дело с нашей женитьбой.

Кейт недоверчиво уставилась на Коула. Неужели этот человек настолько бестолков?

— Кузен Джеремайя, — твердо вымолвила она, — все это случилось в первую очередь из-за того, что вы отказались выслушать меня. Извините, но я не выйду за вас замуж.

— Но я люблю вас, — настаивал он.

— Что ж, мне очень жаль, но я не отвечаю вам взаимностью.

— Любовь может прийти после свадьбы, — он никак не желал сдаваться.

— Не в этом случае, — резко ответила Кейт.

Она так долго сносила от кузена цветистые комплименты и поцелуи рук, что этого ей хватит до конца жизни.

— Мне все равно, если вы пока не любите меня, я все равно женюсь на вас, — благородно объявил Коул.

Кейт стиснула зубы и пожалела, что не позволила Джеку задать упрямцу хорошую трепку.

— Но я не желаю выходить за вас замуж.

Кузен сделал несколько шагов по направлению к ней, и она отступила назад. Господи, да он снова собирался обниматься.

— Кузен Джеремайя, я не жеманничаю! — Кейт почти кричала в отчаянии. — Я сказала, что не выйду за вас, и именно это я имела в виду. Ничто не заставит меня передумать.

— Как вы восхитительно застенчивы, — рокотал кузен Джеремайя, надвигаясь на нее с решительной улыбкой на лице.

— Я не застенчива!

— Думаю, вам лучше послушать леди, — произнес спокойный голос позади них. — Мой друг, мистер Карстерз, уже познакомил вас с довольно грубыми приемами борьбы колдстримских гвардейцев. Я же готов показать вам приемы, которые предпочитают джентльмены из девяносто пятого стрелкового полка. — Френсис начал закатывать рукава, затем остановился. — Если только вы не принесете леди извинения и не уйдете прежде, чем я закончу подготовку.

После этих слов он продолжил закатывать рукава, аккуратно и не торопясь.

Кузен Джеремайя наблюдал за тем, как обнажались мускулистые предплечья Френсиса. Всего один удар Карстерза уже наградил ужасной головной болью и, судя по ощущениям, трещиной в челюсти. Коул начал что-то возмущенно бормотать о насилии, которое приходится сносить человеку, чьим единственным преступлением является слишком пылкое ухаживание за леди, когда поймал сверкающий взгляд полковника Мастертона. И увидел в нем тревожащее сходство с убийственным взглядом мистера Карстерза несколькими минутами ранее. Незадачливый ухажер торопливо пробормотал извинения Кейт и ретировался, чуть ли не бегом преодолев лужайку в стремлении поскорее покинуть этот негостеприимный дом.

Несмотря на комичную картину поспешного отступления, у Кейт не было желания смеяться. Она чувствовала себя как выжатый лимон. И не хотела обсуждать произошедшее с Френсисом.

— Спасибо, Френсис, — тихо вымолвила Кейт и повернулась, чтобы уйти.

— С вами все хорошо? — спросил спаситель.

— О, не беспокойтесь, — уверила Кейт, предпринимая провальную попытку весело улыбнуться. — Мне просто нужно немного отдохнуть.

Она повернулась и побежала наверх в свою комнату.

Позднее тем же вечером Кейт спустилась вниз, чтобы проследить за приготовлением ужина. Джек куда-то ушел. В таверну, без сомнения. Кейт не была в настроении ужинать с Френсисом, поэтому поела на кухне со слугами. В самом деле — все это казалось донельзя нелепым. Вот она, девушка, которая знает, что не может выйти замуж, и при этом за ней ухаживают двое джентльменов, ни одним из которых она не увлечена…

Кейт вздохнула. Еще недавно, правда, недолго жизнь протекала удивительно приятно… Она по-прежнему частенько ловила на себе взгляд Джека, но вместо покровительства и затаенной нежности в его глазах сквозило подозрение и тягостное неодобрение. Что бы она ни делала, казалось, он постоянно злился на нее. Это сбивало с толку, причиняло боль и раздражало все сильнее.