Лаура Кинсейл - Влюбленный опекун

Тесс провела пальцем по его щеке и очертила контуры губ.

– Ты хочешь, чтобы я ушла? – снова спросила она, не пряча улыбки, и он подался навстречу ей. – Я готова подчиниться.

Неожиданно Гриф поднял руку, и Тесс ощутила его горячие пальцы на своем горле. Потом они скользнули вниз, к краю халата...

– Нет, – хрипло сказал он. – Я хочу, чтобы ты сняла это.

Его низкий голос вызвалуТесс дрожь возбуждения. Она опустила плечо, и халат сполз вниз под тяжестью его руки, а когда Гриф провел пальцами по другому плечу, она оказалась абсолютно обнаженной.

Он прижался губами к ее горячей коже.

– Ты очень красивая, – Пробормотал он. – Очень.

– И вся твоя, – тихо откликнулась Тесс. – Хочешь, я помассирую тебе спину?

Гриф улыбнулся такой же медленной ленивой улыбкой, как в тот момент, когда впервые открыл глаза и увидел ее.

– Нет. – Его рука обхватила ее грудь. – Отойди так, чтобы я мог видеть тебя всю.

– А я-то думала, ты не хочешь видеть меня здесь, – сказала Тесс, поддразнивая его.

– Неужели я говорил это? Значит, я лгал. Конечно... лгал. – Последние слова прозвучали глухо, так как он прижался губами к ее горлу. Тесс задрожала, ощутив прикосновение его языка к нежной ложбинке. Она почти бессознательно согнула ноги и переместила их на кушетку; и тут же Гриф поймал ее руки и, притянув к себе, лег на спину. Щетина на его подбородке оцарапала ее нежную шжу, но это прикосновение вызвало у Тесс лишь радостный смех.

– Почему ты смеешься? – проворчал Гриф, не отрываясь от нее. – На корабле женщинам непозволительно смеяться над капитаном.

Это замечание только усилило ее веселье. Гриф обхватил талию Тесс, и она вскрикнула, почувствовав, что он переворачивает ее. Оказавшись сверху, Гриф начал целовать ее подбородок, плечи и всюду, куда только мог дотянуться, В то время как его руки отыскали ее груди.

– Похоже, ты решила устроить бунт на корабле, – услышала она между поцелуями. – Знаешь, что тебе грозит за это?

Тесс выгнулась, наслаждаясь его ласками.

– Кажется, бунтовщиков бросают за борт? – сказала она чуть слышно.

Гриф покачал головой:

– Зачем терять хорошую женщину? – Он провел языком по ее приоткрытым губам, оставив на них вкус рома. – К таким, как ты, я применяю более утонченные пытки.

Уткнувшись носом в ее горло, Гриф переместил поцелуи ниже, следуя за руками. Достигнув мягких розовых сосков, он остановился и взглянул на нее.

– Есть только одна проблема, в данном случае муки испытывает капитан. Почему я одет, когда ты... – Он запнулся, ища подходящее слово, и наконец продолжил: – ... в таком восхитительно нескромном виде?

– Потому что ты совершенно пьян. Я сомневаюсь, что ты сможешь расстегнуть хоть одну пуговицу.

Гриф криво усмехнулся:

– Мое дело заниматься парусами, бом-брамселями и тому подобным. А пуговицы... Пусть это остается на ваше усмотрение, мадам. – Он снова начал целовать и покусывать ее, а затем лег на спину и закинул руки за голову, словно паша, обозревающий свой гарем. Его глаза блестели серебром, а гладкие контуры груди и ребер, казалось, призывали Тесс стянуть с него накрахмаленную рубашку. Она не сразу решилась сделать это, руководствуясь запоздалой девичьей скромностью, однако эксцентричная улыбка Грифа позволила ей преодолеть застенчивость. Как-никак он ее муж.

Мысль об этом наполнила Тесс теплым чувством, и она, упершись коленями в кушетку, начала действовать. Проявляя инициативу, Тесс испытывала удивительное возбуждение. Ей было приятно видеть, как Гриф подчиняется ей. Она заставила его сесть, чтобы снять рубашку, потом снова уложила на спину и начала медленно поглаживать загорелые плечи и крепкие мышцы.

Кончик ее языка коснулся соска его груди, и Гриф, застонав, погрузил руку в волосы Тесс, чтобы притянуть ее голову ближе к себе. Затем Тесс обнаружила, что, прикасаясь кончиком языка к ложбинке у основания горла, можно заставить его сердце биться чаще. Она узнала также, что он от наслаждения закрывает глаза, когда она ласкает кончиками пальцев мышцы его груди. А когда она начала расстегивать пуговицы брюк, он задышал часто и прерывисто.

Тесс замерла, не зная, что делать дальше, но Гриф не стал дожидаться ее дальнейших экспериментов: он привлек Тесс к себе и, поцеловав в губы, глубоко проник языком в рот. Он неловко задвигался под ней, а потом ее бедра ощутили его обнаженную кожу, и Гриф, прервав поцелуй, обхватил се ладонями и притянул к себе.

Его тело было горячим, а атласная кожа влажной. Колени Тесс опирались на гладкую плотную обивку кушетки, когда она возвысилась над ним, накрыв их обоих темным покрывалом своих волос. Потянув ее бедра вниз, Гриф приподнялся, и Тесс закусила нижнюю губу, ощутив его мужскую твердость. Такое положение казалось ей удивительным и пугающим, но зато теперь она могла видеть его лицо.

Когда она опустилась на него, он откинул голову.

– О Боже, Тесс...

Она вобрала его глубже в себя, наслаждаясь проникновением. Теперь ей не было больно, только приятно, и она радостно улыбнулась.

Гриф подтянул ее вперед, согнув колени позади нее. Его губы, найдя ее грудь, начали ласкать сосок, и Тесс выгнулась, продолжая двигаться на нем. Гриф помогал ей руками, а она раскачивалась, тяжело дыша и едва сдерживая стоны. То, что она испытала раньше с ним, ей понравилось, но сейчас все было гораздо лучше. Необычайное удовольствие пронзило все ее существо, проникнув до самой глубины; она вскрикнула и изогнулась, помогая ему. Затем Гриф начал приподниматься, входя в нее мощными толчками, и Тесс почувствовала, что вот-вот наступит разрядка. Неожиданно его пальцы впились в ее кожу, и он крепче притянул ее к себе. Тесс широко раздвинула ноги, раскрываясь навстречу ему. Ощущение его члена внутри возбудило ее до предела. Гриф не прекращал движения, и Тесс, слившись с ним, уже не могла ни осознавать себя, ни существовать иначе, как только оставаясь частью его существа. Она не могла больше сдерживать крик, который поднимался из глубины ее души и наконец вырвался наружу, заглушая стоны Грифа.

Едва дыша, Тесс долго не могла прийти в себя и перебороть головокружение. Гриф прижался к ней и тут же повалился на нее без сил, но через некоторое время, бессвязно что-то бормоча, приподнялся и перекатился на бок.

Он поцеловал ее в ухо, потом повернул ее голову и поцеловал в губы. А через минуту он уснул, продолжая касаться губами ее кожи.

Тесс улыбнулась и пригладила на его виске локон светлых волос. Она блаженствовала, купаясь в море любви и вдыхая острый возбуждающий запах их тел.

Утром, когда они еще спали, снаружи раздался громкий крик, и Тесс вздрогнула от неожиданности. Ее резкое движение вызвало недовольный стон Грифа. Лишь когда крик повторился, он с трудом открыл глаза, но тут же снова закрыл их.