Виктория Александер - Ловушка для джентльмена

Гвен спустилась по лестнице со всем достоинством, приличествующим графине Пеннингтон, хотя в данном случае ее сдержанность объяснялась волнением — она действительно ужасно нервничала, так как по-прежнему не была уверена в том, что муж поймет ее.

И действительно, у нее были причины для беспокойства.

«А впрочем, — подумала она неожиданно, — какова бы ни была его реакция, я все равно могу поступить, как мне захочется». Ведь на лондонском счету, который открыл для нее мистер Уайтинг, у нее имелись собственные деньги, имелся и свой дом. Если Маркус откажется воспитывать ее племянниц, она может обеспечить их и без его помощи. Мадам Френо, наверное, согласится быть при них постоянной гувернанткой, учительницей и компаньонкой. И можно для девочек найти дом в Лондоне — когда они с Маркусом будут приезжать туда, она сможет навещать племянниц каждый день. Конечно, это не лучшее решение вопроса, но все же…

Спустившись вниз, Гвен направилась в библиотеку. Где-то в сумрачной глубине дома прозвучал тихий смех.

Нет, не смех, скорее хихиканье. Наверное, горничная где-то кокетничает с лакеем. За годы своей службы в гувернантках Гвен многое повидала, но всегда отвергала ухаживания мужчин — она слишком хорошо знала: в ее положении подобное недопустимо.

Но если Маркус все-таки откажется взять девочек? Что ж, значит, он не тот, за кого она его принимала. А как же она сможет жить с таким человеком — пусть даже семь с половиной лет?

Гвен подошла к двери библиотеки и сделала глубокий вдох. Затем изобразила на лице приятную улыбку.

Да, ей действительно не о чем беспокоиться.

Она хотела постучать, но потом решила, что имеет полное право входить без стука. Гвен еще немного помедлила, собираясь с духом. Потом отворила дверь и вошла в комнату.

— Маркус! — Она приблизилась к столу и осмотрелась.

— Сейчас его здесь нет. — Лорд Беркли поднялся с кресла и улыбнулся. — Но я уверяю вас, он скоро придет, я жду его с минуты на минуту.

— Рада видеть вас, лорд Беркли. — Гвен тоже улыбнулась, хотя присутствие виконта вызвало у нее некоторое раздражение. Раз он здесь, она скорее всего не сможет открыться Маркусу. С другой стороны, из-за присутствия третьего лица она вполне оправданно могла отложить серьезный разговор. Гвен снова улыбнулась гостю. — Мне казалось, милорд, вы собирались приехать в конце недели?

— А сейчас именно конец недели. — Реджи рассмеялся и поднес к губам ее руку. — У вас очень много общего с вашим мужем.

— Неужели?

— Да-да, уверяю вас. — Реджи усмехнулся. Гвен же не поняла, что он имеет в виду. Хотя какое это имеет значение? Тут виконт подошел к столу и наполнил свой стакан. — Хотите чего-нибудь выпить? Я знаю, где стоят чистые стаканы.

— Значит, вы знаете больше, чем я. — Она покачала головой. — Я все еще пытаюсь запомнить, как добраться из одной комнаты в другую.

— Так я налью? У вашего мужа великолепное бренди.

— Не сомневаюсь. — Она содрогнулась при воспоминании о своем знакомстве с бренди. — Благодарю вас, но, наверное, нет.

— Нет? — Он внимательно посмотрел на нее, потом кивнул. — Тогда, может быть, шерри? Или мадеры? Что вы любите?

Она рассмеялась:

— Дорогой лорд Беркли, можно подумать, что вы хотите меня напоить.

— Что вы, леди Пеннингтон, как вы могли подумать такое? — В голосе Беркли звучало возмущение, а в глазах мелькали веселые искорки. — Я никогда не поступил бы так с замужней дамой. — Он немного помолчал. — По крайней мере, с той, которая замужем за моим другом.

— Очень рада узнать, что у вас есть некоторые моральные принципы.

— О, разумеется, есть.

— Мне было бы неприятно думать, что вы оказываете на моего мужа дурное влияние.

— Ничего подобного. — Он доверительно прошептал: — Если быть честным, то это Маркус всегда дурно влиял на меня.

— Вот как? — Она подняла бровь.

— Ну… не всегда. — Он усмехнулся и сделал глоток бренди. — По правде говоря, мы всегда дурно влияли друг на друга.

— Шерри.

— Что?

— Если вы собираетесь сплетничать о моем муже, то, наверное, для этого лучше подойдет шерри.

— Прекрасный выбор. — Он подошел к шкафу и открыл дверцу. Потом вернулся к столу с бутылкой и стаканом. Наполнив стакан, подал его Гвен, — У Маркуса хороший вкус.

— Благодарю вас. — Гвен показалось, что виконт подразумевает не только вино.

— Должен сказать, я очень одобряю ваш с Маркусом брак.

— Вот как?

— Да, в самом деле. Хотя не могу не признаться: некогда я питал надежду, что он обратит свою нежность на мою сестру и мы с ним таким образом породнимся. Но этому не суждено было сбыться.

Гвен почувствовала укол ревности к сестрице виконта.

— И что же, ваша сестра не любила лорда Пеннингтона?

— Ах, она всегда его обожала. Но к несчастью, собак и лошадей она обожает еще больше. — Он усмехнулся. — Ей всего пятнадцать, и Маркус всегда смотрел на нее с тем же раздражением и нежностью, что и я. Как на младшую сестру.

— Понятно. — Гвен сделала глоток шерри. — Но почему же, милорд, вы одобряете его женитьбу на мне? Этот брак был заключен вовсе не по его выбору.

— Да, но я думаю, все обернулось к лучшему. — Он внимательно посмотрел на Гвен. — Маркус всегда был сдержан во всем, что касается чувств. Часто даже я не знал, о чем он думает. — Реджи поднес свой стакан к ее стакану. — Вы, дорогая леди Пеннингтон, разрушили эту сдержанность.

— Разрушила?

— Да, это так. — Он грустно улыбнулся. — В вас он нашел то, чего не ожидал, но всегда хотел найти. Судя по тому, что я уже видел, вы вполне достойны его. Я никогда не думал, что признаюсь в этом, но его счастье меня заботит в высшей степени.

От его слов на душе у нее потеплело.

— Кажется, это лучшие слова из всех, что я слышала в жизни.

— Ты опять флиртуешь с моей женой? — раздался в дверях голос Маркуса.

— Опять и всегда. — Беркли прижал руку к сердцу. — Ты меня застукал, старина. Я пытался убедить ее бросить тебя и убежать со мной.

— И как, получилось? — Маркус подошел к Гвен и взял ее за руки. — Вы собираетесь бросить меня и убежать с этим… негодяем? — Он поднес ее руки к губам. — Вы знаете, я этого не вынесу.

— И я тоже, — тихо сказала она, глядя ему в глаза. И тут же подумала: «Судьба».

Беркли тяжело вздохнул:

— Ну вот, пожалуйста. Снова мы попали в самую точку проблемы. Будь я негодяем, она непременно сбежала бы со мной.

Гвен рассмеялась и высвободила руки.

— Никогда, милорд. Маркус усмехнулся:

— У Реджи есть теория, согласно которой женщины находят неотразимыми тех мужчин, которые совершенно их не достойны.