Кэтрин Кэски - Запретные уроки

— Ты хочешь сказать — мисс Боннет, — поправил ее Себастьян с несколько растерянным видом.

— Она привыкла называть меня «леди Сьюзен»… на занятиях, — и Сьюзен улыбнулась девочке.

— Но ведь вы и вправду леди Сьюзен! Я читала в газете. Искала там ваш очередной урок, а вместо него газета напечатала посвященную вам статью. Вы — самая настоящая леди, леди Сьюзен Синклер.

— Да, это правда. — Сьюзен несколько смущенно улыбнулась, потом перевела взгляд на Себастьяна. — Извините, мисс Джентри, но мне необходимо срочно переговорить с вашим дядей — наедине, если вы позволите.

Девочка, ничуть не возражая, с довольной улыбкой прошла по вестибюлю и стала подниматься по широкой и высокой лестнице.

— Сьюзен! — Себастьян потянулся к ней. — Я тебе должен кое в чем признаться…

— А я — тебе. Можем мы уединиться в библиотеке? — Она показала рукой на боковой коридор, отходивший слева от величественного вестибюля.

— В библиотеке? — Себастьян потер лоб. — Значит, ты уже все знаешь.

— Даже больше, чем ты предполагаешь, поэтому нам есть о чем поговорить, именно в библиотеке. — И пошла вперед, не дожидаясь Себастьяна.

— Позволь, я покажу тебе дорогу…

— Я знаю, куда иду. — Один чулок начал сползать, но Сьюзен не остановилась, чтобы поправить его. Однако чем ближе они подходили к библиотеке, тем сильнее розовели у нее щеки.

Так они вдвоем пересекли вестибюль и свернули в полутемный коридор, который вел в библиотеку. Сквозь щелку в неплотно прикрытой двери пробивалась узкая полоска света. Сьюзен вопросительно посмотрела на Себастьяна: может быть, там уже есть кто-то… не мисс ли Астер?

— Я сидел здесь, вышел несколько минут назад, — объяснил он, открыл дверь и жестом пригласил Сьюзен войти. — С тех пор как я приехал в Лондон, я довольно много времени провожу здесь.

— Все пытаешься вспомнить.

Сьюзен положила руку на спинку дивана, обошла его и села на другом краю — так, как сидела в ночь парадного приема. Потом вдруг задрала юбки до половины бедер. Один чулок сполз ниже колена, другой был надежно стянут голубой подвязкой.

Себастьян уставился на нее в полном недоумении.

— Я ушиблась и оцарапала коленку, села здесь, в темной библиотеке, потирая ушибленное место. И тут появился ты.

— Сьюзен, что за шутки? — Себастьян подошел к ней вплотную и смотрел во все глаза.

— Поначалу мне показалось, что ты меня не видишь, но потом рассмотрела, как наклонена у тебя голова и что тебе оттуда видно. Дорожка лунного света падала мне на бедра — на них-то ты и смотрел. Ты принял меня за другую.

— Я тебе уже раньше говорил, что принял невинную девицу за другую женщину. Сьюзен, зачем ты все это делаешь? — Он взъерошил пальцами волосы.

— Ту, другую, зовут Клариссой.

— Откуда ты знаешь? — У Себастьяна от удивления округлились глаза. — Я ни разу не называл тебе ее имя. Да как ни стыдно в этом признаться, я назначил свидание Клариссе, куртизанке, не то в комнатке перед гостиной, не то здесь — как раз во время парадного приема. Никак не мог вспомнить, где именно. Уже потом мне удалось выяснить, что она вообще не появилась в Блэквуд-холле. Он присел на краешек дивана, не сводя глаз со Сьюзен, и выглядел при этом совершенно сбитым с толку.

— Но я-то здесь была. Ты стал меня целовать, вот так. Сьюзен откинулась на подушки и привлекла Себастьяна к себе. Он ведь говорил ей: в библиотеке было темно, он запомнил только свои ощущения. Вот она и поможет ему вспомнить. Она прижалась губами к его губам, сначала слегка, потом крепче и более страстно.

— Сьюзен… — запротестовал было он и попытался отстраниться. Но ей требовалось много больше, чтобы заставить его вспомнить, чтобы он поверил ей по-настоящему.

— Руки твои были вот здесь. — Она взяла его за запястья и положила одну руку на внутреннюю часть бедра, поглаживая свою шелковистую кожу его пальцами. Другую руку Себастьяна она поднесла к своему декольте, поглаживая его пальцами грудь, потом заставила сомкнуть пальцы. — И вот здесь. И ты поглаживал меня вот так…

— Сьюзен! — Он отодвинулся, глядя на нее так, будто видел впервые в жизни. Ну, в каком-то смысле так и было. Он впервые видел ту, кем она была на самом деле. Себастьян потянул вниз платье, прикрывая ее ноги, потом молча отвернулся.

— Нет-нет, Себастьян. Я хочу, чтобы ты смотрел на меня. Я хочу, чтобы ты увидел меня при свете, зная, кто я такая. — Сердце у нее рвалось на части, но было необходимо пройти через это. Только так можно освободить его из паутины лжи. Сьюзен села, взяла его лицо в свои ладони и повернула к себе. — Это меня ты уложил в постель здесь в ту ночь. Меня. Леди Сьюзен Синклер.

Он так долго смотрел на нее не мигая, что в глазах у него от напряжения выступили слезы. Затем повернулся, достал с книжной полки шкатулку и вынул оттуда что-то. Опустился перед Сьюзен на колени. В руках у него была та подвязка, которая отсутствовала на ее чулке. Сьюзен подняла юбки выше колена и поддернула чулок.

— Ты вовсе не соблазнил в темноте некую невинную девицу, как тебя пытаются уверить. Сколько бокалов бренди ты ни выпил тогда, Себастьян, все равно должен помнить: лег ты с женщиной, которая прекрасно сознавала, что делает.

Себастьян надел ей на ногу подвязку, плотно удерживающую шелковый чулок. Потом отодвинулся, поднялся на ноги и стал нервно расхаживать по комнате, то и дело ероша пальцами волосы. Остановился перед Сьюзен, пристально посмотрел на нее. Лицо его раскраснелось, пальцы сжимались в кулаки.

— Но почему, Сьюзен? Почему ты отдалась мне, зная, что я принимаю тебя за другую?

— Поначалу я хотела просто улизнуть из библиотеки. Но потом ты меня поцеловал, а в ту ночь мне было так одиноко. Исполнялся ровно год со дня смерти моего жениха. — От смущения ей хотелось отвести взгляд в сторону, но она не могла себе этого позволить. Ей нужно быть сильной, нужно заставить его понять, что он не причинил ей никакого зла. — Когда ты поцеловал меня, я представила, что это он меня целует, ласкает так нежно и страстно, как бывало раньше.

— Так ты представляла себе, будто я твой жених? — У него конвульсивно дернулись брови.

— Поначалу. Но потом ты стал гладить меня и довел до такого возбуждения, пробудил во мне такую страсть, какой я никогда не испытывала с ним. Больше я уже не могла представлять себе, что я с ним, но не могла и остановиться, не могла бороться со своими желаниями. Я хотела тебя. Понимала, что поступаю дурно, однако с тобой, Себастьян, было так хорошо.

Он молча смотрел на нее, все еще не преодолев глубокого изумления. Сьюзен завладела его рукой, разжала кулак, поднесла его пальцы к своим губам и нежно поцеловала каждый по очереди.