Карен Хокинс - Признания повесы

– Эндрю? – Она улыбнулась. Язык у Верены заплетался, и Брэндон понял, что она засыпает. Помолчав, она пробормотала:

– Эндрю их образ жизни казался забавным. Но о моих родителях он заботился больше, чем о своих собственных.

– Засыпай, Верена. Не беспокойся, я не уйду.

Брэндон решил оставаться здесь до тех пор, пока не убедится, что она в безопасности.

Верена зарылась поглубже в груду подушек, подложила под щеку ладонь и вскоре крепко заснула. Брэндон еще долго смотрел на нее. Затем поправил одеяло и расположился в кресле у камина дожидаться рассвета.

Глава 22

Ни один из Сент-Джонов ни в чем не знает меры. Но в мужчинах мне это нравится.

Леди Берлингтон – леди Джерси, став свидетельницей того, как мистер Чейз Сент-Джон выпил слишком много виски на музыкальном вечере Уэксфорда

Брэндон проснулся, ощутив холод и боль в затекшей шее. Спать в кресле не очень-то удобно, особенно при его габаритах. Он распрямился и посмотрел на кровать. Верены там не было.

Брэндон вскочил. Черт побери, где же она? Подбежав к двери, он распахнул ее и чуть не сбил с ног Гербертса.

– Вы уже проснулись, сударь! Не хотите ли позавтракать вместе с хозяйкой?

Брэндон схватился за сердце.

– Да. Да, конечно.

– Я скажу ей, что вы сейчас придете. – Гербертс посмотрел на Брэндона повнимательнее. – На комоде у хозяйки лежит расческа. Можете воспользоваться.

С этими словами он удалился. Брэндон вернулся в комнату и привел себя в порядок. Он уже хотел покинуть спальню, когда его взгляд упал на маленький письменный стол, где белел чистый лист бумаги. Брэндон некоторое время разглядывал его, потом открыл чернильницу и начал писать.

Через несколько минут он спустился вниз. Верена сидела за столом, перед ней стояла тарелка с тостами. Верена выглядела спокойной и собранной, хотя глаза были затуманены, а на лбу отчетливо выделялся кровоподтек.

Когда она встретилась с Брэндоном взглядом, легкий румянец тронул ее щеки.

– Как самочувствие?

– Прекрасно. Верена, вчера вечером я хотел тебе сказать, что Джеймс...

– Он в гостевой спальне. Я только что от него.

– Как он?

– Страдает от боли. Но еще больше оттого, что не может нам помочь.

– Помочь нам?

Верена натянуто улыбнулась:

– Мы снова получили письмо.

Она взяла листок, лежавший рядом с ее тарелкой, и протянула Брэндону. Он развернул письмо.

«Леди Уэстфорт!

В гостинице «Королевский олень» в Литтл-Саттоне, в полдень. Привозите список и приезжайте одна».

Брэндон посмотрел на нее.

– Когда его принесли?

– Врач нашел его на крыльце, когда утром приезжал к Джеймсу.

Брэндон свернул листок и положил на стол.

– Адресовано тебе.

– Да. Прежние были адресованы Джеймсу. Должно быть, они знают, что он сломал ногу, поскольку наверняка сами все и устроили. – Она поднялась, и Брэндон увидел, что на ней дорожное платье. – Я через час уезжаю.

– Верена, ты не можешь...

– Придется. Этому надо положить конец. Сейчас Джеймс сломал ногу, а в следующий раз может случиться что-нибудь похуже.

– Где гарантия, что эти люди не убьют тебя, как только увидят?

– Они думают, что список у меня, и не рискнут.

Брэнд потер лоб.

– Черт. Мне это не нравится.

– Мне тоже. – Она оперлась ладонями о стол. – Ты едешь со мной?

Дверь отворилась, и вошел Гербертс с тарелкой дымящегося бекона.

– А вот и мы!

Брэнд не обратил на него внимания, не отрывая взгляда от Верены. v

– В письме сказано, чтобы ты приехала одна.

Ее губы изогнулись в улыбке.

– Я и приеду одна. Разумеется, с кучером.

Брэндон замер. В роли кучера он окажется в очень выгодной позиции: сверху все видно и он сможет защитить Верену.

– Согласен быть кучером. Какой у тебя план?

– Мы доедем в карете до гостиницы. Там я притворюсь, будто напугана, буду рыдать и плакать, чтобы притупить их бдительность.

– Хороший план. Но ты ни в коем случае не выйдешь из кареты.

Верена стиснула руки.

– Брэнд, списка у нас нет. Моя единственная надежда – заполучить письма Джеймса и выбраться оттуда, пока они не сообразят, что их провели.

Брэндон кивнул:

– Думаю, это единственный путь.

Гербертс расправил плечи.

– Я готов помочь вам, хозяйка.

Верена покачала головой:

– Спасибо, но в этом нет необходимости.

– Питерс будет следить за домом, а я...

– Гербертс! – Брэндон нахмурился. – Ты нужен нам здесь, присматривать за мистером Ланздауном.

– Но я...

– Это важно.

Плечи Гербертса поникли.

– Что ж, хорошо. Останусь здесь и займусь чисткой серебра.

– Правильно, – сказала Верена.

Дворецкий поднял бровь:

– Я хорошо стреляю, хозяйка.

– Мистер Сент-Джон тоже.

– А еще умею управлять лошадьми.

Верена похлопала Гербертса по руке.

– Не сомневаюсь в этом.

Гербертс вздохнул.

– Напрасно не хотите брать меня с собой.

Брэндон посмотрел на Верену.

– Он что-то слишком много знает.

– Он читает мою почту.

– Ну, уж нет, – запротестовал Гербертс, – не всю.

Она бросила на него уничтожающий взгляд:

– Ты вообще не должен ее вскрывать. Что скажешь о нашем плане, Сент-Джон?

– Должен сработать. Только не вздумай покидать карету. Сделай так, чтобы они передали тебе письма через окошко. Как только отдашь им список, мы уедем.

Он говорил с такой уверенностью, что Верена воспряла духом. План был прост, и для его осуществления требовалось всего двое. Немаловажен также момент внезапности. Отец бы ею гордился.

– Итак, решено. Отправляемся через полчаса.

– Гербертс. – Брэндон достал из кармана пальто письмо и подал дворецкому. – Проследи, чтобы его доставили сегодня же утром. Это моей сестре, графине Бриджетон.

Интересно, что заставило Брэндона писать в такое время письма. Если только, конечно...

– В письме нет никаких тайн?

– Конечно, нет. Это письмо моей сестре с просьбой об одолжении.

Гербертс вздохнул.

– Доставка писем – особо важная обязанность. Думаете, мне можно доверять? Я могу забыть и...

Брэндон сунул Гербертсу монетку. Дворецкий просиял:

– Теперь я уж точно не забуду.

Верена попыталась разглядеть адрес на письме, но Брэндон как бы невзначай заслонил Гербертса, державшего письмо.

– Как я уже сказал, оно адресовано Саре, моей сестре.

Верена подумала было подкупить Гербертса, чтобы он как бы невзначай вскрыл письмо.

– Ну ладно, я пошел к мистеру Ланздауну, – заявил Гербертс и зашаркал к двери.

Верена осталась наедине с Брэндоном. Вот и все. После сегодняшнего дня она его больше не увидит. А пока надо надеяться и молиться, чтобы его не ранили, пока он будет ей помогать. Боже, как ей надоело рисковать! И жить в вечном страхе.