Шайла Блэк - Его благородная невеста

– Я… – Покачав головой, Гвинет прикусила губу, силясь сдержать слезы. – Но почему тогда ты позволил ей остаться? Если она не нужна тебе как любовница, почему ты терпишь ее в замке?

Арик лаково погладил блестящие кудри Гвинет, восхищаясь этим черным шелком, струившимся сквозь его пальцы.

– У Ровены нет другого дома, – сказал он. – Она дальняя родственница королевы Елизаветы Вудвилл, жены Эдуарда IV. Когда старший сын королевы – мальчик, который должен был стать королем, – пропал, Елизавета заподозрила худшее.

И она была совершенно права, мрачно подумал Арик. А сам он приложил руку к тому, чтобы обеспечить смерть другого ее сына, юного Ричарда. Вспомнив об этом, Арик закрыл глаза, позволяя леденящему чувству вины охватить его.

– Не возьму в толк, почему проблемы вдовствующей королевы должны каким-то образом волновать Ровену, – сказала Гвинет.

Арик кивнул, возвращаясь мыслями к настоящему, к своей расстроенной жене.

– Семья Ровены была бедной, но у нее были связи, – продолжил он рассказ. – Для того чтобы укрепить свое положение, родители Ровены попытались помочь королеве и свергнуть короля Ричарда, но им это не удалось. Елизавета оставалась в безопасности Вестминстера, где Ричард не мог достать ее, не представ в глазах окружающих конченым негодяем. А ведь он уже тогда был весьма непопулярным королем.

– Понятно, – кивнула Гвинет, хотя по ее лицу было видно, что ей до сих пор неясно, что к чему.

– Поэтому король Ричард отобрал у семьи Ровены все земли и казнил ее отца за измену, – добавил Арик. – К тому времени мы уже были помолвлены, и я был в ответе за нее. Поэтому я и привез Ровену в Нортуэлл.

– А потом она вышла замуж за твоего отца? – недоумевала Гвинет.

Арик кивнул, но промолчал.

– И ты не сердился за это на него? И на нее?

– Некоторое время сердился, – вздохнул Арик. – Но мой отец, кроме всего прочего, был очень практичным человеком. Ему было известно, что я медлил с венчанием, а Ровена стремилась поскорее выйти замуж. Мой отец к тому времени вдовствовал уже пять лет, но он любил порядок в доме, ему нравилось вкусно поесть, и он хотел, чтобы за замком хорошо смотрели. К тому же, я уверен, отец хотел, чтобы его постель согрела красивая женщина.

– А почему ты медлил с венчанием? – поинтересовалась Гвинет.

Ее взволнованный вид, полные надежды глаза задели какую-то струнку в груди Арика.

– Она… Ровена ничуть не волновала, не интересовала меня, – попытался объяснить он. – В ней нет страсти. Мне никогда не приходилось гадать, каков будет следующий шаг Ровены.

– Даже когда она вышла замуж за твоего отца?

– Особенно в ту пору, – признался Арик. – Когда она ушла из моей спальни, я уже знал, что пройдет совсем немного времени, и она окажется в спальне моего отца. Она знала, что я сожалел, сделав ей предложение.

Гвинет нахмурилась.

– Тогда почему ты предложил ей руку и сердце? – недоуменно спросила она.

Арик горько рассмеялся.

– По той же причине, по которой это сделал мой отец, – промолвил он в ответ. – Большой зал замка мог за короткое время превратиться в полный свинарник. В доме, населенном мужчинами-воинами, как-то не думали о чистоте. А Стивен в то время был совсем мальчишкой. – Арик снова рассмеялся, уловив иронию в собственных словах. – Мне казалось, что ему нужна женщина, способная стать для него матерью.

Гвинет, поморщившись, отступила назад.

– Так почему же она сейчас остается хозяйкой замка? – спросила она.

Арик скрестил на груди руки, не замечая прохладного сквозняка, студившего его влажную кожу. Гвинет плакала по-настоящему, но его уверенность в том, что она манипулирует им с помощью своего тела, не позволяла ему относиться к ней с должным уважением и чтить, как подобает чтить жену графа. Его охватило сожаление.

– Потому что я был глупцом, Гвинет, – признался он. – Завтра же я прикажу отдать ключи тебе и скажу слугам, чтобы они выполняли твои приказания.

Глаза Гвинет засияли от радости.

– Правда? – подскочила она на месте.

Неприятное чувство, довольно давно поселившееся где-то в животе Арика, внезапно исчезло, когда он увидел, какой чистой радостью осветилось лицо его жены. Взяв Гвинет за руку, он поднес ее пальчики к губам для поцелуя.

Она улыбнулась ему сквозь слезы.

– Восемь лет я ждала того момента, когда снова смогу стать леди, – промолвила она. Шмыгнув носом, Гвинет продолжила: – Дядя Бардрик и тетя Уэлса относились ко мне как к служанке, а ведь я была дочерью барона. Но они то и дело повторяли, что обращаются со мной так, как я того заслуживаю. И я начала верить, что они были правы.

Слезы градом покатились из глаз Гвинет. Их сила, к которой добавилась сила ее слов, поразила Арика в самое сердце. И как только она могла принять на веру такую чушь? А он сам? Почему только он раньше не понял, что именно ей нужно?

– Нет… Никогда… Как тебе такое в голову могло прийти? – горячо проговорил Арик.

– Знаешь, если тебе что-то очень часто говорят, то волей-неволей в это начинаешь верить, – поморщившись, объяснила Гвинет. – Ну а потом мы с тобой поженились. Да, сначала я на тебя ужасно злилась. Но вскоре я поняла, что не так уж переживаю из-за того, что потеряла свою семью. А теперь… Ты принял меня как свою жену и хозяйку замка. – Она судорожно вздохнула. – Поверь мне, я очень-очень счастлива! Как только я могла не понять, что брак с тобой – это самое лучшее, что только могло произойти в моей жизни?! Ох… Просто я была настолько глупа, что не понимала этого.

Господи, а он-то сам! Не только не понимал причин ее поведения, а еще и обвинял ее в алчности. Сдерживая желание обругать себя, Арик стер слезы с разгоряченных щек Гвинет. Он ощутил тепло, но оно было следствием не высокой температуры, а какого-то чувства, которого он понять никак не мог. Возможно, это было восхищение, чувство близости или даже… Арик привлек Гвинет к себе.

– Итак, похоже, я все-таки нравлюсь тебе больше, чем сэр Пенли? – улыбнулся он.

Гвинет рассмеялась – ее смех был похож на мелодичный звон ручейка, протекающего по мягкой земле.

– Сэр Пенли довольно мил, но он даже не знает, как обращаться с мечом, а до тебя ему и подавно далеко. И что проку от такого мужчины? – проговорила она.

Увидев ее озорную улыбку, Арик засмеялся. А потом выпрямился во весь рост, снова открывая ее взору свою великолепную наготу, все еще чуть влажную после ванны кожу. Гвинет с улыбкой обвила его шею руками и припала к его губам страстным поцелуем.

Арик с жадностью ответил на поцелуй, быстро овладев ее мягкими сочными губами. Никогда в жизни он так сильно не хотел женщину, ведь он мечтал не только о теле Гвинет. В его груди появилась удивительная нежность, ему все время, всегда хотелось быть рядом с Гвинет. А поскольку Арик редко игнорировал голос инстинкта, он предпочел прижать Гвинет к себе еще крепче.