Сандра Честэйн - Серебряная мечта

Его рука двинулась дальше по животу и остановилась на благодатном тепле ее лона.

– Ты уверена… – начал он.

– Тс-с-с, Коултер, и поторопись, а не то я закричу и перебужу всех! – Она с голодной страстью раздвинула ноги. Нежно погладив шелковистую поросль волос, он скользнул в нее, уже восхитительно влажную и готовую принять его. Господи, помоги! От нее невозможно оторваться. И он ласкал каждый дюйм ее тела, сжимал и двигался все с большей энергией и восторгом, пока, наконец, не ощутил ее оргазм.

– Боже, я люблю тебя, Коултер, люблю!

Он и сам был почти на вершине. Наслаждение схватило и опалило его, как огонь прерии. «Я тоже люблю тебя». Снова и снова он содрогался и изливался в нее, пока без сил не опустился на ее тело.

Сабрина осторожно, чтобы не потревожить его, натянула на них одеяло. Уже почти рассвело. Это и все, что было отпущено ей жестокой судьбой, и больно было сознавать это.

Глава 19

Проснувшись, она вспомнила прошедшую ночь, его ласки. И словно вновь услышала свой голос:

– Коултер…

И он медленно вошел в нее, с такой пронзительной нежностью, что у нее перехватило дыхание. И то, что случилось, было чудом. Она не разобрала, что он шептал, да разве это было важно? Он мог никогда не говорить ей, что любит, мог и сам не сознавать этого – но он ЛЮБИЛ ее. Она знала это совершенно точно.

Потом он лежал, крепко обняв ее. Она не хотела засыпать, не желая терять ни секунды его объятий. Но она уснула.

А теперь его не было.

Как только они уедут из форта, она перестанет быть миссис Квинтон Коултер.

Пока они седлали лошадей, Коултер рассказал Тайлеру про свой разговор с капитаном:

– И если я совершил ошибку, то мы в беде.

– Разве это не наше обычное состояние?

– Это совсем другое дело. Мы, конечно, выдали Дэйна, но и себя разоблачили. А представь, что будет, если Дэйн не приедет за деньгами? Получится, что я все выдумал да еще вас подставил под удар.

– Разве у тебя был выбор? И потом, Дэйн обязательно приедет за деньгами.

– Дай Бог, чтобы все было именно так, и очень надеюсь, что капитан все же следит за ним.

– Что-то в этих горах становится тесновато. Тут и индейцы Серого Воина, которые надоедают нам. А теперь еще и люди капитана, следящие за Дэйном.

– Черт с ними, лишь бы не спугнули Дэйна.

На крыльцо вышла Сабрина. Ее чудные волосы были спрятаны под старую фетровую шляпу.

Коултер, как завороженный, смотрел, как она приближалась.

– Ты любишь ее, капитан?!

– Да, Тайлер, люблю, да простят меня небеса.

– А ты сказал ей?

– Нет, и не собираюсь. Это сумасшествие, а я не могу позволить ей… надеяться. Нас все равно арестуют. А она не любит смиряться с судьбой. Боюсь, что попытается помочь нам.

Тайлер украдкой улыбнулся. Капитан был прав. Сабрина уже увезла его от индейцев, потому что он был нужен ей. И если уж она захочет сохранить его, трудно даже предсказать, что она устроит. Ладно, капитану виднее, как справиться с этой женщиной. И Тайлер задал вопрос, который не давал ему покоя:

– Не понимаю, как Дэйн заполучил бумаги Литлджона?

– Я тоже изрядно поломал над этим голову. Помнишь, Уайли говорил, что нашли убитого человека, а рядом стоял армейский мул. Не мог ли это быть настоящий Литлджон?

Мужчины помолчали, размышляя. Будь проклята эта война! Сколько судеб перепутано! Вот и сами они все больше увязали в жизни Александеров. Что было совсем не в тягость, даже наоборот, потому что были нормальными людьми, но все это мешало исполнять долг. Шла война, и им по-прежнему угрожала опасность. Арест и суд не шутка. И как бы ни привязались они к сестрам, как бы ни хотели помочь им, они понимали, что предстояла разлука. Тайлеру больно было сознавать, что и Мэри, и ее пробуждающееся чувство останутся в прошлом.

– Доброе утро, – сказала Сабрина. Она так и не выговорила «муж». Он больше не был Калленом, а «Коултер» в данной ситуации звучало бы неуместно. Она швырнула сумку с одеждой в глубь фургона. Лошадь уже под седлом, а вот и Мэри с Изабеллой идут в окружении мужчин в мундирах, старающихся вызвать последнюю улыбку и сказать последние слова прощания.

Тайлер помог девушкам забраться в фургон, сел между ними, взял поводья и направил фургон к воротам.

Провожая их, капитан Холлэнд пригласил Сабрину и остальных приехать еще. Дэйна не было видно. А лейтенант Гарлэнд сказал:

– Будьте осторожны, капитан. – И Коултер понял, что лейтенант поверил ему.

Они поехали домой. Заканчивался март. Скоро наступит апрель и дикие цветы украсят горные склоны. Деревья уже казались зеленее, а с горных вершин стаивал снег.

Но Сабрина ничего этого не замечала. Ее не оставляла одна мысль: скоро расставание. Сложив утром платье в сумку, она печально подумала, что она упаковывает и свои воспоминания о ночи с Коултером. Ей хотелось сохранить их в потаенном уголке памяти и защитить от жестокой реальности и разлуки.

Изабелла никак не могла прийти в себя от первого в жизни выхода в свет и щебетала всю дорогу. Мэри сидела молча. Ни Тайлер, ни Коултер не проронили ни слова. Всем хотелось одного: поскорее приехать домой. А вот уже и ущелье. С каждым метром сердце Сабрины все больше наливалось скорбью. Она храбрилась вчера, убеждая себя, что ночь с Коултером облегчит расставание. Она лгала сама себе. И одного взгляда на его оцепеневшую фигуру было достаточно, чтобы понять: ему ничуть не легче.

Он не брал на себя никаких обязательств. Наоборот, он не уставал твердить, что их связь – ошибка, что этого не должно было случиться, что они не подходят друг другу. Но ни один из них не смог отказаться от другого.

Слава Господу, они хоть уехали от людей, которые в любой момент могли арестовать Коултера и его парней. И чем ближе был дом, тем важнее и вместе с тем безнадежнее казалось все, что произошло.

Во дворе их встретили Лорин и Рэйвен.

– Дома, – выдохнула Изабелла, спрыгнув на землю раньше, чем Тайлер успел помочь ей. – Где Карл?

– Сначала «здравствуй, Изабелла», – поддразнивая сестру, упрекнула Рэйвен. – Он на руднике.

– Я просто скажу ему, что мы вернулись.

– Нет! – остановил ее Коултер. – Сначала разгрузим фургон, а потом мне надо кое-что обсудить с парнями. А о танцах расскажете за ужином.

Несколько минут спустя, когда все было выгружено, внесено в дом, а лошади выпряжены, Коултер с Тайлером отправились на рудник.

Изабелла кипела от негодования.

– Расскажи-ка лучше все мне и Рэйвен, – попросила Лорин, отвлекая сестру. Как она и ожидала, Изабелла тут же начала рассказывать. Лорин удивленно взглянула на Сабрину: как это она не помчалась вместе с мужчинами, сделала так, как сказал Коултер? Совсем на нее не похоже. Стало почему-то тревожно. Поскорее бы увидеть ирландца. В доме остались пять женщин, только теперь некоторые из них, как шутил папа, «побывали в Лондоне, чтобы навестить королеву».