Бетина Крэн - Нежное прикосновение

Сделав остановку в Висконсине, они взяли вагоны, груженные строительным лесом, и начали медленно продвигаться к Сент-Полу. Теперь Даймонд жалела о своем упрямстве: необходимо было купить одежду в Чикаго. Каждое утро она умывалась над маленькой раковиной, а по вечерам полоскала свои чулки и белье, но этого было мало. Она затронула вопрос об одежде, объясняя свое желание пройтись по магазинам необходимостью купить вещи для Робби. Понимающий взгляд Беара задел ее и без того уязвленное самолюбие.

— Итак, ты признаешь, что в Чикаго совершила ошибку? — спросил он.

— Нет.

— Но ты же сейчас говоришь, что тебе нужна одежда…

Это одно и то же.

— Нет, не одно и то же.

— Ах так? Значит, ты продолжаешь утверждать, что одежда тебе не нужна? Отлично. Тогда я возьму Робби в город и куплю ему вещи. — Он надел шляпу и пошел к двери, потом оглянулся, увидел ее пылающее лицо и стиснутые кулаки. — Хочешь пойти со мной? — спросил он с улыбкой.

— Нет.

В тот вечер, когда они вернулись из привокзального ресторана, Беар подмигнул Робби и отправил его «посмотреть, как там строительный кран», а сам отнес свою чашку кофе к дивану. Даймонд сидела в кресле с доской на коленях: она собиралась писать письмо Хардвеллу и Анне. Когда девушка окунула ручку в чернильницу, Беар прочистил горло.

— Ты все еще сердишься на меня? — спросил он.

— С какой стати мне сердиться? — ответила она вопросом на вопрос, не поднимая головы. — Разве что зла, что меня обманом заставили, выйти замуж за человека, который охотился только за моими деньгами и обчистил меня в течение первых двух дней после свадьбы. За человека, который похитил меня из дома и протащил через полстраны, заперев в туалете…

— Я не виноват, что в ту первую ночь ты спала в туалете, — возразил Беар.

— За самоуверенного скупердяя, который не разрешает мне купить одежду, — продолжала она раздраженно, — если я перед ним не унижусь.

— О! — он выпрямился. — Ты считаешь меня скупердяем?

— Конечно…

Беар встал, вышел за дверь и через минуту вернулся.

— Ну что ж, тогда мне, пожалуй, надо отнести назад эти сапожки. Самоуверенные скупердяи не покупают своим женам такие сапожки. И французское льняное белье. И ремешки с серебряными пряжками. И дамские шляпки с перьями…

Даймонд подняла голову. Он стоял перед ней с охапкой пакетов, сапожками и шляпной коробкой. Она отложила доску для письма в сторону, встала и уставилась на эти вещи, крепко сжав ладони перед собой, чтобы не дрожать.

— Это мне? — прошептала она; в горле у нее стоял ком.

— Вряд ли я сумею втиснуть сюда свои ножищи. — Он сунул ей в руки блестящие черные сапожки. — А в этой шляпке я буду выглядеть полным кретином. — Беар открыл крышку шляпной коробки и кое-как вытащил оттуда черную шляпку с широкими полями. Это был женский, элегантный вариант той шляпы, которую обычно носил он сам.

На ней в самом деле было маленькое белое перо цапли, вставленное под ленту.

Даймонд невольно улыбнулась. В душе возникла странная легкость.

— Если не подойдет, — сказал он растерянно, — придется тебя откормить или, наоборот, подержать на голодном пайке, чтобы сошлись размеры. Завтра на рассвете мы тронемся в путь и будем ехать без остановки до самого Грейт-Фолса…

Внезапно стены и пол вагона затряслись от сильного грохота и металлического звона. Казалось, еще немного — и вылетят стекла. Когда тряска прекратилась, Беар швырнул все вещи на пол и выскочил на улицу.

— Что случилось? — крикнула Даймонд, бросаясь за ним следом.

В гаснущем вечернем свете они увидели тонны стальных рельсов, разбросанных по земле. Одного взгляда на вагон-платформу, из которого они высыпались, было достаточно, чтобы понять, в чем дело. Опорные балки грузовой платформы сломались и провисли. Беар подбежал ближе, чтобы осмотреть повреждения, потом взобрался на груду упавших рельсов. Из спальных вагонов начали выходить рабочие.

— Кто-нибудь пострадал? — громко спросил он. Судя по всему, обошлось без травм. Но тут вышел один седой старик железнодорожник и сказал:

— Ребенок немножко испугался. — Он вывел вперед Робби, обмякшего и с круглыми глазами.

— Робби! — Даймонд подскочила к мальчику и упала на колени. — Где тебе больно? Что случилось? Что вообще ты здесь делал?

— Я просто упал, вот и все, — проговорил Робби, еще взволнованный и задыхающийся. — Меня ударило по руке…

Даймонд попросила его пошевелить рукой, и он это сделал. Несмотря на боль, перелома вроде бы не было. Беар обернулся к толпившимся вокруг мужчинам.

— Кто-нибудь видел, что произошло? — Он переводил взгляд с одного лица на другое. — Кто-нибудь что-нибудь видел? — После бесплодного ожидания он испустил тяжелый вздох. — Ну хорошо. На рассвете мы выезжаем, так что придется поработать — раньше, чем мы рассчитывали, — он посмотрел на Даймонд. — Ты можешь отвести мальчика в вагон? — Она кивнула и ушла, а он обратился к своим рабочим: — А вы принимайтесь за дело… Возьмите веревки из вагона с инвентарем и начинайте перетаскивать рельсы обратно на платформу и закреплять их.

Когда все было закончено, Беар вернулся в свой вагон. Даймонд уложила Робби в большую кровать спального купе, чтобы следить за ним ночью, а сама сидела за столом.

На перроне толпились люди: услышав свисток, они прибежали встречать поезд.

— А вот и вы наконец! — крикнул Холт Финнеган, пробираясь сквозь пеструю толпу пастухов, вокзальных клерков, грузчиков и уличных зазывал, торгующих всем подряд — от горячих пирожков до земельных участков и золотых приисков. Ирландец радостно усмехался и басил на весь перрон. Обняв Беара крепкой рукой за плечи, он буквально оторвал его от земли. — Ну, как прокатился позади собственного локомотива?

— Неплохо, Финнеган. — Беар усмехнулся в ответ не сколько устало. К тому же он заметил в лице своего напарника напряжение. — Тебе надо тоже как-нибудь попробовать.

— Обязательно. А как рельсы? — Холт вытянул шею, пытаясь их разглядеть.

— Все на месте, — ответил Беар. — Я приобрел подъемный кран и нашел около тридцати рабочих. Еще я купил вагон-кухню, а в Милуоки нанял повара. Это не входило в наш план, но я подумал, что таким образом мы сэкономим время и деньги в долгой дороге.

— Повар? — Холт сдвинул брови, но скорее удивленно, чем осуждающе. — Надеюсь, он готовит вкусные бисквиты. В этом проклятом захолустье не сыщешь человека, который умел бы печь приличные бисквиты! — Он понизил голос и вытащил что-то из-под пальто. — Держи, парень. Это может тебе пригодиться.

Беар мельком взглянул на револьвер в кобуре.

— Что случилось? — Он выпрямился и инстинктивно начал оглядывать толпу на платформе в поисках возможной угрозы.