Рексанна Бекнел - Вспышка молнии

— Так, значит, вы допускаете, что меня все-таки надо спасать?

Таннер крепко держал девушку за плечи. Эбби стояла на коленях, напротив нее, согнувшись, сидел Таннер. Их разделяло всего несколько дюймов. Если один из них хоть чуть-чуть нагнется вперед… Эбби подалась назад, насколько позволяла его мертвая хватка. Тем не менее она все еще находилась в опасной близости от него. Таннер прав, думала про себя Эбби, она желает его, хотя всеми силами старается избавиться от своей страсти. Ей показалось, что Таннер сердится на нее. Но ему-то на что сердиться?

— Может быть, Эбби, вам стоит представить себе, что ваш дедушка моими руками стремится прийти вам на помощь и избавить вас от утомительного путешествия, которое вам больше нет нужды продолжать?

— Я могу с легкостью завершить его, — упрямилась Эбби. Девушка скорее почувствовала, чем увидела, как он пожал плечами.

— Возможно. Но какой смысл всю жизнь терпеть лишения, когда дедушка может весь мир положить к вашим ногам?

— Он не может вернуть мне моих родителей, — горько бросила Эбби.

— Да, этого он не может.

— Если бы он не стал выслеживать папу… — договорить Эбби не смогла, такой несчастной она себя почувствовала,

— Вашему папе не следовало отправляться на Запад, — спокойно и тихо произнес Таннер. — Ему нужно было открыть вам правду, чтобы вы сами смогли принять решение.

Эбби вздрогнула: она и сама так думала. Папа должен был отнестись к ней с большим доверием: она взрослый человек, а не ребенок, которого надо постоянно оберегать от жизненных невзгод. Но, если она согласится с Таннером, это будет предательством по отношению к папе, который желал ей только добра.

— Вам легко критиковать моего папу. В конце концов, он действовал так из сострадания ко мне. А вы… — презрительно оборвала его Эбби. — И вообще… теперь, когда я узнала правду, почему вы и мой дедушка не предоставите мне возможность самой сделать выбор?! Вы сами совершаете то, в чем упрекаете моего папу!

— Вовсе нет. Вы не можете принять правильное решение до тех пор, пока не встретитесь со своим дедушкой.

Таннер опять был прав, но Эбби не хотелось соглашаться с ним. Кроме того, если ее мама отвергла этого человека…

— Идите за мной. Свое одеяло не трогайте. И не вставайте во весь рост.

Эбби различала только плотную черную тень в темноте ночи.

— Я до смерти устала, — огрызнулась она. — Разве не достаточно…

Макнайт оборвал ее, резко схватив за руку.

— Заткнись и ползи за мной, — приказал он. Он был самым непредсказуемым и тяжелым человеком из всех, кого она знала. Но он был сильнее, и Эбби поползла, куда велел Таннер. Ползти ей мешала юбка. Очень скоро она испачкала грязью ладони, а спутавшиеся волосы падали на лоб. Какая разница, уныло думала Эбби. С самого начала пути на Запад она не может отмыться от грязи, а руки у нее стали такими шершавыми и мозолистыми, что новые раны и ссадины уже не могут ее огорчить.

Таннер и Эбби замерли недалеко от того места, где спокойно паслись их лошади. Таннер остановил девушку, бесшумно положив руку ей на плечо, затем, к удивлению Эбби, приложил палец к губам и прислушался. Макнайт был так явно встревожен, что из чувства противоречия Эбби стала вышучивать его, но потом замолчала. Тишина прерывалась лишь порывами ветра и шелестом травы. Казалось, все тихо и ничто не предвещает беды, но Эбби заметила, что Таннер достал остро отточенный нож из чехольчика, который крепился ремешком у щиколотки, и бесшумно взвел курок ружья.

Должно быть, к ним кто-то приближался. Эбби не различала никаких посторонних звуков. Лошади продолжали мирно щипать траву, но Таннер был настороже. Взглядом он предупредил девушку об опасности. Не двигайся, как будто, говорил он, и тогда они, может быть, уберутся восвояси, молчи, и, может быть, никто не пострадает. Эбби казалось, что в напряженном ожидании они провели вечность. По черному бархату неба медленно ползла луна, холодный, молчаливый свидетель всего происходящего на земле. Одна и та же луна лила свой бездушный свет и на обитателей фургонов, двигающихся на Запад, и на старый дом Эбби, и на ее новоявленного дедушку, и на могилы ее родителей.

Наконец, когда Эбби уже начала сердиться на Танкера ей почудился какой-то звук: в траве что-то шуршало — заяц или мышь, или змея. Таннер сделал ей знак молчать. Присмотревшись, девушка увидела, что он готовится к молниеносному прыжку. И тогда она поняла, что шелест травы был вызван не зайцем и не мышью — к ним подкрадывались люди. Ее спасители напали на след Таннера,

— Не надо, — одними губами прошептала Эбби, взывая к его милосердию.

Вместо ответа Макнайт нахмурился и бесшумно снял шляпу, готовясь к прыжку. Эбби настаивала:

— Я скажу им, что сбежала с вами по доброй воле, — шепотом пообещала она. — Я скажу, что сама попросила, чтобы вы отвезли меня в Чикаго.

Таннер с удивлением поднял брови. Ответить он не успел. Мир, казалось, содрогнулся. Эбби услышала победные вопли и шелест травы, через которую продирались люди, потом раздалось два выстрела. Сердце Эбби забилось от страха. Чина и Мак с фырканьем и ржанием рванулись в сторону, но далеко убежать они не могли, потому что были стреножены.

— Черт! Их здесь нет! — донесся из темноты чей-то крик.

— Заткнись и найди их! — раздался сердитый приказ в ответ.

Один голос был знаком Эбби, но она не могла вспомнить, кому он принадлежит. Без сомнения, кому-то из их каравана. Но почему они стреляли? Может, они хотят убить Таннера?

Теперь к ее опасениям прибавился страх за Таннера. Она не хотела, чтобы Таннер причинил кому-нибудь вред, но она также не хотела, чтобы ранили его. Был только один выход из положения.

— Со мной все в порядке! — в отчаянии крикнула она в темноту. — Не трогайте Таннера! Пожалуйста! Я… я… еду с ним по доброй воле!

— Встаньте, мисс Морган, ах нет, мисс Блисс! — донесся в ответ чей-то голос после секундной паузы.

— Нет! — резко выдохнул ей в ухо Таннер и прижал ее к земле, не давая подняться.

— Я не хочу, чтобы кто-нибудь пострадал, — гневно зашептала Эбби. — Если я поговорю с ними, они с миром уедут, а вы… вы получите долгожданную награду:

— Женщина, я свяжу тебя и заткну тебе рот, — с угрозой произнес Макнайт в ответ. — Прости, Господи, я сделаю это, если вы не поклянетесь замолчать и не двигаться. Вы же не хотите, чтобы я убил их, не так ли?

Только угроза заставила девушку покориться. Она не хотела, чтобы на ее совести были чьи-то жизни.

— Обещаю, — чуть слышно пробормотала Эбби. — Но не причиняйте им зла, — добавила она.

Таннер не ответил. Он нырнул в высокую траву и растворился в море цветов и звуков. Эбби. прислушалась и поняла, что преследователи приближаются. Без сомнения, они двигались на ее голос. Один был почти рядом с ней, второй чуть дальше и правее. Эбби замолчала и затаилась. Поджав колени и обхватив их руками, она присела. Девушка напряженно вслушивалась в обманчивую тишину.