Джейн Фэйзер - Когда пожелаешь: сборник

Джордж поморщился.

— О Боже! Я ненавижу, когда она так делает. Это как ушат холодной воды. Что? Ты смеешься? Что еще?

— Когда я встал, — сказал Элф, — оказалось, что один из ее крючков для мух впился почти на дюйм мне в задницу.

Это откровение было прервано большим глотком портера, но поскольку Джордж не мог смеяться и глотать одновременно, то половину он выплюнул, а половина попала не в то горло.

Элф вскочил, чтобы похлопать друга по спине, и когда тот пришел в себя, поднял бокал и произнес тост:

— За Генри Лэмба, который всю жизнь будет вытаскивать рыболовные крючки из задницы.

Глава 15

После свадьбы Генри Лэмб повез Люси к озеру, и там, в загородной гостинице, увитой розовыми цветками винограда, они лежали на пахнущих травой простынях, и он целовал и ласкал каждый дюйм ее тела, даря наслаждение снова и снова. А когда она успокоилась, он лег рядом, нежно обнял ее разгоряченное взмокшее тело и спросил:

— Тебе пока нравится замужняя жизнь?

— У меня такое чувство, словно я слетала к звездам и обратно, — пробормотала она, глядя ему в глаза. — А что я могу сделать для тебя?

— Все, что ты можешь для меня сделать, — сказал он, — это улыбнуться.

Люси улыбнулась.

Глава 16

В ту же минуту, когда Люси вернулась с озера, она решила избавиться от бутылочки.

Мать застала дочь в саду вместе с молодым мужем, когда Люси копала такую глубокую яму, что виднелось только ее перепачканное лицо.

— Люси, — сказала Лаура, — ради Бога, что…

Лэмб, выглядевший как всегда ошеломительно, живописно раскинулся на траве и, приподнявшись на локтях, наблюдал за женой.

— Она сказала, что хочет похоронить бутылочку, — улыбаясь объяснил он теще и спокойно показал рукой на предмет обсуждения… — Она ничего не хочет говорить, кроме того, что бутылка опасна. Даже не позволяет мне прикоснуться к ней. И не разрешает помочь ей копать. — Генри Лэмб приподнял наполненную мхом корзинку. — Моя обязанность — приглядывать за червяками, которых она выкопала.

Лаура покачала головой.

— Она всегда отличалась причудами.

В это время появились Рупа, Шарлотта, Джордж и Элф с семенившим позади Мистером Фрогом, которые прибыли как всегда точно за два часа до обеда, на который их пригласили.

— Привет, Лэмб, — весело сказал Элф и обратился к Люси: — Эй, Люси, зачем тебе такая большая нора в земле?

Приподняв брови, мать Люси указала на сверкающий в траве предмет.

— Она хоронит бутылочку.

— Зачем? — спросил Джордж. — Ей конец?

— Может, она хочет вырастить бутылочное дерево? — предположила Шарлотта.

И только Рупа загадочно и проницательно посмотрела на Люси.

— Самое время похоронить ее, — сказала она. — Бутылочка очень опасна. На ней можно загадывать желания.

Лаура с удивлением взяла бутылочку в руки, повертела ее и сказала:

— Тогда расскажи, Люси, что ты имеешь против нее.

Люси в ужасе посмотрела на мать, на любимых друзей детства, на улыбающегося мужа. На бутылочку.

И твердо сказала:

— Ни за что.

Элизабет Эллиот

Колдовство любви

Глава 1

Блэкберн-Хаус, 1820 год

— Постарайся улыбнуться, дорогой. — Леди Эвелина провела рукой по своим черными кудрям, проверяя, что они уложены, где нужно, и взглянула через плечо в нахмуренное лицо сына. — В конце концов, это праздничный вечер, а не похороны.

Джеймс Дрейк, лорд Уатт, последовал за леди Эвелиной на балкон, возвышающийся над длинной галереей Блэкберн-Хауса, потом повернулся и потянул за потайной рычаг. Секция книжного шкафа с легким скрежетом стала закрываться, но этот звук полностью заглушила музыка струнного квартета и дюжина голосов в зале под ними. Они стояли высоко над толпой приглашенных, выше массивных канделябров, скрытые от посторонних глаз.

Уатт прошел вперед, положил руки на теплые деревянные перила балкона и оглядел собравшихся внизу в длинной галерее гостей. Красные, как бургундское вино, стены галереи были украшены картинами в золоченых рамах, что делало людей в ней похожими на пестрых птичек в золоченой клетке. Большинство приглашенных составляли женщины, их высокие голоса иногда прерывались тонким смехом.

— Мне трудно улыбаться, ведь я специально просил тебя не устраивать в этом году вечер. Представь мое удивление, когда вчера утром мне принесли приглашение.

— Этот вечер — ежегодная традиция, — возразила леди Эвелина. — Если бы ты узнал о моих планах заранее, ты бы наверняка помешал мне осуществить их.

— Конечно, помешал бы, — сказал Уатт. — В прошлом году твоя традиция стоила мне тысячу фунтов. Теперь, когда ты пригласила по меньшей мере пятьдесят человек, и, готов поклясться, каждый привел служанку или слугу, не говоря о кучерах и лошадях, эта маленькая армия съест весь домашний бюджет следующего года. Я здесь только для того, чтобы убедиться, что вечер не перерастет в недельные каникулы для всей компании, как случилось в прошлом году. — Он подготовился к разговору и решил держаться твердо. — Первым делом я запру винный погреб. При отсутствии спиртного гости разъедутся раньше.

— Как тебе не стыдно, Уатт. Это мои лучшие друзья, а не бригада уличных мусорщиков. — Она изящно махнула ручкой в сторону гостей. — Этот вечер, возможно, окажет влияние на твое будущее.

Уатт мгновенно насторожился.

— Что ты замышляешь на этот раз, мама?

— Замышляю? — Она сделала обиженное лицо, но в ее темных глазах засверкали смешинки. — Заботу матери о благосостоянии единственного сына нельзя называть таким словом.

— Только не говори мне, что ты нашла еще одну… — Уатт сделал шаг назад. — Еще одну кандидатку в невесты.

— Ты говоришь о бедных девушках, как о бездомных кошках.

Уатт вспомнил вереницу претенденток, которых мать находила ему последние несколько лет, и кивнул.

— Все они мечтали получить остатки нашего состояния.

— Ерунда. Ты ужасный перестраховщик. А если ты считаешь, что богатая невеста развеет твое беспокойство, зачем было выискивать недостатки в девушках, с которыми я тебя знакомила?

— По-твоему, жена, от вида которой не падают в обморок, — это непозволительная роскошь? Или тебе кажется неразумным требовать, чтобы женщина была умнее, чем моя лошадь? — Он исподлобья посмотрел на мать. — Я могу позволить себе жену с несколькими приятными качествами, а не только чтобы владела состоянием, — если ты научишься экономить.