Эмма Уайлдс - Грешная тайна

Джулианна тоже так считала, но понимала, что родители Гарри пришли бы в ужас, если бы когда-нибудь увидели Ли. Вероятно, только поэтому он ничего им не говорил. И конечно же, ему даже в голову не приходило, что с ним может что-то случиться.

— Я уверена, Гарри и подумать не мог о том, что с ним произойдет то, что…

— Не нужно защищать его, — перебил Майкл. — И перестаньте обвинять себя. Все произошедшее не ваша вина. А вот мой старший брат, безусловно, виноват: слишком уж беспечным и легкомысленным оказался. Более того, мне кажется, моя дорогая, что вам не следовало помогать этой женщине после его смерти. Было бы гораздо лучше, если бы она обратилась к нашему отцу. Полагаю, она непременно это сделала бы, и тогда все устроилось бы гораздо раньше.

— А может, я должна была рассказать вашему отцу?

Майкл пожал плечами:

— Не уверен… Но теперь-то ситуация изменилась, и им можно об этом сообщить. Я сам им все объясню. И не беспокойтесь, дорогая. Очевидно, девочка очень к вам привязана. Полагаю, будет правильно, если мы позаботимся о ней.

Джулианна смотрела на мужа с удивлением. Неужели он так легко согласился? Да еще сказал об этом так спокойно, как о чем-то совершенно естественном…

А маркиз грустно улыбнулся и сказал:

— Ведь это ребенок моего брата… Так что я не смогу бросить малышку. Полагаю, ей будет лучше расти вместе с нашими детьми.

«С нашими детьми…» Да, конечно, Майкл хотел наследника — все мужчины в его положении хотели бы, — но почему-то его слова прозвучали необычайно интимно.

— Спасибо вам, — прошептала Джулианна.

— Пожалуйста, объясните, почему вы должны благодарить меня.

Майкл поднялся на ноги и, уронив салфетку, приблизился к жене.

Джулианна тоже поднялась — и в следующее мгновение оказалась в его объятиях. Но к ее удивлению, Майкл не поцеловал ее, а просто прижал к себе и тихо сказал:

— Вы ужасно устали, дорогая. К тому же следует учесть, что у нас — гостья. — Он с улыбкой покосился на кровать. — Малышка может проснуться среди ночи. И возможно, испугается, обнаружив, что оказалась в совершенно незнакомом месте. Так что вам, наверное, лучше остаться с ней. Вы можете ей понадобиться. А завтра мы найдем ей няню.

Если Джулианна еще не влюбилась в своего загадочного мужа, то сейчас это наверняка произошло. Поцеловав его, она крепко прижалась к нему — ей ужасно не хотелось проводить эту ночь без него, — но он, чуть отстранившись, провел ладонью по ее щеке и прошептал:

— Полагаю, что мне сейчас лучше уйти в свою комнату, иначе мои благие намерения будут очень быстро забыты.

Джулианна молча кивнула и отступила на шаг. Конечно, он прав — бедняжка Хлоя и так натерпелась… И малышка очень испугалась бы, проснувшись одна в незнакомом месте. Поэтому Джулианна останется с ней на ночь, хотя ужасно будет скучать по мужу — по его объятиям, его дыханию, его чудесным ласкам…

* * *

— К счастью, он промахнулся, полковник, — изрек Фицхью, отбросив в сторону окровавленную повязку и взглянув на руку маркиза. — Вашему врагу явно требуются уроки стрельбы под проливным дождем.

Майкл, сидевший в резном кресле, криво усмехнулся:

— Надеюсь, Фицхью, ты не станешь давать ему такие уроки.

— Разумеется, не стану. Но хотелось бы заметить, что вам не следовало с такой рукой нести маркизу по лестнице. Полагаю, подобная демонстрация галантности была не вполне уместна в данной ситуации.

— Но ведь это всего лишь царапина, — пробурчал Майкл, кивнув на руку. — Наверное, мне надо было догнать ублюдка, но я подумал, что могу попасть в засаду. К тому же я сомневался в том, что сумею его догнать.

— Становитесь осторожнее, милорд?

— А разве есть выбор? У меня ведь родители, жена… А теперь еще и доставшийся в наследство ребенок. Джулианна сказала, что благодарна тебе за своевременное вмешательство. Я тоже благодарю тебя.

Камердинер пожал плечами и принялся накладывать на рану свежую повязку.

— Я не знал, стоит ли мне выдавать свое присутствие, милорд. Но леди Лонгхейвен была очень расстроена, и я решил, что следует предложить свою помощь.

— Мне придется как-то объяснить и это. — Майкл кивнул на свою руку, — Но сначала придется объяснить, почему ты следил за ней. Сегодня она слишком устала, поэтому не задавала вопросы, но завтра наверняка об этом заговорит.

— Она отважная девочка, — заметил камердинер.

Заслужить уважение Фицхыо было не так-то просто, и это его высказывание, безусловно, являлось комплиментом.

— Похоже, у моей жены появился поклонник, — сказал Майкл с ухмылкой.

— Миледи рассказала мне эту историю, когда мы сидели в таверне, где бедная малышка, похоже, впервые в жизни поела по-человечески. Я не думаю, что в обычных обстоятельствах леди Лонгхейвен была бы столь откровенна, но она ужасно устала и промокла. К тому же маркиза очень боялась вашей реакции… на всю эту историю… — ирландец сдвинул седеющие брови. — Мне нравится в женщинах сочувствие. Это делает их прекрасными.

— Моя жена и так прекрасна.

— Да, разумеется. Но мне кажется, что красота внутри — это не то же самое, что красота снаружи.

— Только не надо такого ужасного ирландского акцента! — Майкл рассмеялся. — Ты ведь говоришь так только в тех случаях, когда хочешь как-нибудь досадить мне.

Не удостоив это замечание ответом, камердинер заканчивал перевязывать рану.

— Помогая этой женщине, она заботилась о моих родителях, — со вздохом сказал маркиз.

— У меня тоже сложилось такое впечатление, пол… милорд.

— Фицхью, расскажи мне, как у вас все случилось.

Камердинер поведал о событиях прошедшего дня, и его история в точности повторяла рассказ Джулианны.

Надевая рубашку, Майкл пробормотал:

— Та женщина, мать ребенка… Я думаю, Фицхью, тебе нужно найти ее. Я не хочу, чтобы впоследствии она расстраивала мою жену, заявляя, что ребенок был похищен. Я хочу прояснить ситуацию. Ребенок остается с нами — это решено.

— Я думаю, что ее можно найти. — Камердинер подал маркизу сюртук. — Да-да, я постараюсь. — Он немного помолчал, потом вдруг заявил: — И мне кажется, полковник, что вам следует уделять маркизе больше внимания. То есть времени, я хотел сказать.

Воцарилось молчание. «А ведь он прав, — думал Майкл. — Черт возьми, он абсолютно прав!»

Одернув сюртук, Майкл спросил:

— Значит, ты считаешь, что у меня в этом смысле проблемы?

— Да, милорд. — Фицхью протянул ему часы и цепочку. — А маркиза… она в высшей степени очаровательна.

— А ведь женщины в большинстве своем — это сплошные неприятности, не так ли?