Сьюзен Грейс - Проказница

Джад взглянул на Диану:

— Мы должны ехать немедленно. Я не могу допустить, чтобы ты попала в руки этому негодяю.

— Я пойду переоденусь, пока ты приготовишь лошадей, — сказала Диана. Она повернулась к родителям: — Простите, что мы вот так исчезаем, но у нас нет выбора. Джад и я отправимся в Дублин и встретимся с вами на корабле в субботу утром.

Шум за окнами привлек внимание Кэтрин. Подбежав к окну, она отодвинула портьеру и осторожно выглянула.

— Слишком поздно. Подъехали по меньшей мере десятка два вооруженных людей. Я думаю, за черным ходом тоже следят. Вам не удастся исчезнуть незаметно. — Опустив портьеру, она обратилась к мужу: — Майлс, мы не можем допустить, чтобы этот человек арестовал нашу дочь и Джада. Что нам делать?

— Я отдамся в его руки, — заявил Джад, прежде чем Майлс успел ответить. — Это все моя вина, Ана здесь ни при чем. Если я сдамся и смогу убедить Ярдли, что я заставил ее помогать мне, угрожая убить всех в доме, наказан буду я один.

Диана схватила его за руку:

— Нет! Я не для того выходила замуж, чтобы через час стать вдовой! Если ты выйдешь к ним, я пойду с тобой.

— Дядя Майлс! — Анжела вбежала в гостиную. — Ваши люди препираются с этими верховыми, что подъехали к черному ходу. Отец хотел выйти к ним, но я убедила его подождать вас.

Майлс с минуту помолчал.

— Никто из этого дома не выйдет. Анжела, позови отца. У меня есть план, как раз и навсегда покончить с Ярдли.

— Но, сэр, — запротестовал Джад, — я не позволю вам подвергать кого-либо риску из-за меня. Если я сдамся…

— Забудьте об этом, Джад. Я этого не допущу. Нашей семье случалось попадать и не в такие переделки, и из этой мы тоже выберемся без ущерба для себя. Питере, — обратился он к лакею, — отец Каспер у меня в кабинете. Попроси его сюда. А потом скажи Розе, что я хочу, чтобы вся прислуга собралась в кухне и оставалась там, пока главный констебль и его люди у нас в доме.

Когда Анжела и Питере вышли, Майлс адресовался к Лайэму:

— Главный констебль когда-либо вас видел?

— Нет, милорд. Джад не велел мне снимать маску в его присутствии.

— Отлично. Джад, снимите сюртук и отдайте его Лайэму.

Прежде чем Джад успел что-либо сказать, он заметил, что лицо Кэтрин озарилось восторженной улыбкой.

— Майлс, — сказала она, подходя к мужу. — Мы собираемся разыграть маленький спектакль для главного констебля?

— Вот именно. Ты думаешь, ты сумеешь?

— Разумеется. Что я должна делать?

— Отведи Ану и Джада к нам в комнату и спрячь их в чулане за книжной полкой.

— А зачем у тебя чулан за книжной полкой, мама? — спросила Диана.

— Твой отец распорядился его устроить на тот случай, если кто-то из наших друзей, из тех, кто не в ладах с законом, явился бы к нам в поисках безопасного места. Я никогда представить себе не могла, что он понадобится для моей собственной дочери.

— Подождите минуту, — вмешался Джад. — Я не понимаю, каким образом Лайэм в моем сюртуке и мы с Дианой в чулане сможем чему-то помочь. Ярдли знает, что Диана живет здесь. Если он обыщет дом и не найдет ее, он останется здесь ждать ее появления.

Майлс усмехнулся:

— Ну конечно, он знает, что Диана живет здесь. Мы просто постараемся убедить его, что он ее никогда в лицо не видел.

Диана засмеялась.

— Папа, это замечательно! Я никогда не подозревала, насколько ты можешь быть изобретательным.

Майлс подмигнул ей:

— Это у нас наследственное, Ана, как и слишком пылкие натуры.

Когда она направилась к двери, отец взял ее за руку:

— Дай-ка мне твое кольцо. Оно может пригодиться.

Джад все еще был озадачен.

— Но каким образом…

— У нас будет время поговорить об этом в чулане, — сказала Диана, снимая с пальца кольцо и отдавая его отцу. — Если у тебя нет предложения, чем нам еще заняться.

Ее улыбка и явная уверенность в успехе отцовского плана положили конец сомнениям Джада. Если его прекрасная умница-жена верит, что все будет хорошо, ему не стоит спорить.

Бросив Лайэму свой сюртук, он с Дианой поспешил к лестнице.

Полчаса спустя Ярдли позвали в столовую. Он находился в крайне возбужденном состоянии. Лицо его побагровело. В сером плаще, со шляпой в руках он остановился рядом с креслом, в котором во главе стола сидел граф, и отвесил короткий поклон.

— Простите за вторжение, милорд. Я Хью Ярдли, главный констебль графства. Я здесь по очень важному делу, по делу государственной важности.

Майлс бросил салфетку и гневно на него воззрился.

— Надеюсь, что дело действительно важное. Как видите, у нас сегодня семейный праздник, и всякие помехи мне неприятны. Так почему же вы вломились в мой дом?

Ярдли протянул ему свернутый в трубку пергамент:

— Это ордер на арест вашей дочери Дианы Грейсон.

Граф приподнял брови и засмеялся.

— В самом деле?

Он повернулся к изящной блондинке, сидевшей справа от него.

— Диана, что ты такое натворила? Снова скупила все содержимое местной галантерейной лавки? Анжела, смеясь, покачала головой:

— Глупости, папа! Мы только что приехали. Я еще и вещи не разложила, какие там лавки! А потом, какое преступление в том, чтобы тратить деньги?

— Очень серьезное преступление, если ты тратишь больше положенного тебе содержания и разоряешь этим отца! — усмехнулся Майлс. — Но теперь ты — замужняя женщина и будешь тратить деньги мужа, а не мои. Не так ли, Уинстон?

Лайэм в синем сюртуке с гладко причесанными волосами робко улыбнулся, подергивая шейный платок:

— Да, милорд.

— Папа, не дразни Уинстона, — Анжела нежно погладила Лайэма по руке. — Мы только час как женаты, а ты уже наговорил ему бог весть чего о моих дурных привычках. Не беспокойся, Уинстон, я стану хорошей женой и научусь экономить.

Ярдли, с раскрытым ртом наблюдавший за этим обменом шуточками, внезапно обрел способность говорить:

— Н-н-но эта молодая особа — не ваша дочь Диана Грейсон.

Майлс нахмурился:

— Это не кто иной, как она. Он взял Анжелу за руку:

— Видите это кольцо с фамильным гербом? Диана моя дочь. Это доказывают и счета этой прелестной девицы, которые я оплачивал последние двадцать лет.

— Майлс, в этом нет ничего смешного, — вмешалась Кэтрин. — Главный констебль прибыл к нам по делу, а ты с ним шутки разыгрываешь. — Она снисходительно улыбнулась Ярдли. — Извините моего супруга, но боюсь, что вино, выпитое им по поводу свадьбы нашей дочери, ударило ему в голову. Что это за вздор об ордере на ее арест?

Ярдли вертел в руке свернутый в трубку пергамент.

— Три дня назад ко мне явилась молодая особа, назвавшаяся вашей дочерью леди Дианой Грейсон. Это была высокая красивая девушка с темными волосами. Она была превосходно одета, а ее речь и манеры самого высшего тона. Мои люди сказали, что на дверцах ее кареты был герб Фоксвудов.