Линси Сэндс - Желание женщины

Глава 18

Уилла была уверена, что сейчас умрет. Она испуганно оглянулась по сторонам в поисках меча Хью, у нее упало сердце, когда она увидела, что меч лежит далеко от нее, рядом с распростертым телом Олснеты. Она была бессильна что-либо сделать. Уилла снова взглянула на Гавейна. Он стоял, расставив, ноги, и поднимал меч. Уилла напряглась, когда он приготовился опустить на нее меч. В последний момент она быстро откатилась в сторону. Меч ударился о землю в нескольких дюймах от нее. Ей в лицо полетели грязь и листва. Уилла стиснула зубы и встала на четвереньки. Гавейн наступил ей на подол и заставил остановиться. Уилла встала, не желая ползать перед ним на коленях. Она не умрет от удара мечом в спину. Если Гавейн хочет убить се, пусть посмотрит ей в глаза. Она надеялась, что ее лицо будет вечно преследовать его. Гавейн помедлил, и этого мгновения оказалось достаточно, чтобы спасти ей жизнь. В следующее мгновение воздух наполнился яростным криком. Она была уверена, что узнала голос Хью. Уилла пошатнулась, когда ее несостоявшийся убийца повернулся к вооруженному человеку. Только тогда она увидела, что этот низкий дикий вопль издал не Хью. К ее удивлению, человеком, с которым сражался Гавейн, был Джолиет. Она стояла неподвижно и с изумлением следила за происходящим. Когда раздался звон мечей, Уилла задержалась на месте от испуга, но потом ее внимание привлек стон Олснеты. Уилла с трудом преодолела разделявшие их несколько футов.

– Олснета? – прошептала она.

Уилла перевела взгляд на рану поварихи и ужаснулась. Плечо женщины было рассечено между шеей и рукой. Уилла знала, что та не выживет, но все же попыталась ей помочь.

– Уилла?

Олснета открыла глаза, когда Уилла начала накладывать жгут.

Уилла попыталась улыбнуться, хотя и знала, что это всего лишь жалкая попытка.

– Тсс, – прошептала она ломающимся голосом. – Молчи, береги силы.

– Их незачем беречь, – выдохнула женщина. – Я умираю.

– Нет, ты…

– Оставь это. Ты только причиняешь мне бесполезную боль.

Уилла поколебалась и прекратила останавливать кровотечение. Но это и так не возымело никакого эффекта – она не смогла остановить кровь даже двумя руками. Когда Олснета слабо махнула здоровой рукой, Уилла покорилась молчаливой просьбе и крепко сжала эту руку.

– Ты спасла меня.

– Да, – последовал медленный выдох. – Когда я обходила замок, то оглянулась и увидела, как Гавейн прячется у края яблоневого сада. Я знала, что он задумал что-то недоброе. Я поняла, что мне лучше всего проследить за ним. Поначалу я решила, что он собирается подглядывать за вами, это было бы достаточно мерзко, – с отвращением сказала она и покачала головой. – Я подождала, собираясь отчитать его, как только вы уйдете и не будете смущены его присутствием. – Она помолчала и с шумом вдохнула воздух. – Но потом он напал на тебя, и я поняла, что все неприятности исходят от него, от него и его мерзкого дружка Ульдрика.

– Ульдрика? – переспросила Уилла.

– Да, Он пропал в тот самый момент, когда того человека убили волки. Я не узнала его лицо – оно все было разодрано, но он был примерно такого же роста и с волосами такого же цвета. Должно быть, это был Ульдрик. Видимо, они с Гавейном служили Гарроду. Я не могла позволить ему убить тебя. Этот мерзавец уже убил мою Луви.

Олснета хрипло выдохнула.

– Благодарю тебя за спасение, – сказала Уилла.

Эти слова казались ничтожными по сравнению с жертвой, принесенной Олснетой. Она отдала за Уиллу жизнь ребенка, которого любила, и свою жизнь за женщину, которую ненавидела.

– Мне хотелось бы… – начала Уилла и вздрогнула, когда Олснета сжала се руку с неожиданной силой.

– Нет. Не считай себя виновной в моей смерти. Тебя не в чем винить. И ты не виновата в смерти Лувены. Я была не права. Я пережила потрясение и сходила с ума от горя.

– Но если бы мне не захотелось тогда погулять… – печально начала Уилла.

– А кто придумал это в первый раз? В тот самый первый раз, когда вы вдвоем улизнули?

Услышав вопрос, Уилла мигнула.

– Лувена, – неохотно признала она.

Рука Олснеты, державшая Уиллу, снова ослабела.

– Я тоже так думала. Я знала свою девочку. Ты редко делала что-то наперекор лорду Ричарду. – Олснета выдохнула, подрагивая при этом. – Виновата была больше она, чем ты. Тут сыграли свою роль судьба и этот мерзавец, твой отец.

– О, Олснета.

Когда женщина взглянула на нее, Уилла закусила губу и нахмурилась.

– Не плачь обо мне, дитя мое. Я скоро буду с Лувеной, моей маленькой Лувеной. – Олснета устало улыбнулась.

Ее голос слабел по мере того, как жизнь покидала обезображенное тело.

– И я готова к этому. Мать не должна жить и видеть, как умирает ее ребенок. Это неправильно. Она становится раньше времени ожесточенной и старой.

Чувствуя, как слезы текут по ее лицу, Уилла отвернулась и подняла руку, чтобы утереть их рукавом платья.

– Уилла?

Она повернулась и увидела, что Олспета смотрит нее с волнением.

– Что такое?

– Как ты думаешь, Бог простит мне то, что я пыталась отравить тебя?

Увидев в ее глазах внезапный страх, Уилла заверила женщину:

– Да, Олснета. Ты спасла мне жизнь. Это загладит твою вину. Бог простит тебя. Ты будешь вместе с Лувеной.

Олснета облегченно вздохнула, ее взгляд стал рассеянным, свет в глазах померк.

– Да. Я скучала по ней. Она была… моим сол…

– Солнышком, – со всхлипом договорила Уилла, когда жизнь беззвучно покинула тело Олснеты.

Солнышко! В ее памяти отозвалось эхом: «Ты – мое солнышко». Олснета часто так говорила Лувене, обнимая ее, когда девочки приходили па кухню за сладостями.

Уилла сидела и держала ее за руку до тех пор, пока та не начала остывать, тогда она положила ее на неподвижную грудь Олснеты. Уилла откинулась назад, ощутив при этом внезапную слабость. Ей в голень уперлось что-то твердое, ей потребовалось лишь мгновение, чтобы выяснить, что это. Отодвинувшись в сторону, она уперлась взглядом в огромный меч Хью. Бог оставил ей оружие, но Уилла была слишком слаба, чтобы воспользоваться им. А теперь Олснета мертва! Уилла схватилась за рукоятку и поднимала меч до тех пор, пока он не оказался в вертикальном положении. Он был выше ее, стоявшей на коленях.

Она оперлась о рукоятку меча и поднялась на ноги.

– Черт побери! Он испортил мой лучший камзол!

Уилла повернулась на эту раздраженную реплику и увидела, что Джолиет победил Гавейна. Он стоял рядом с распростертым телом дегустатора и с раздражением рассматривал дыру в камзоле. Оставив камзол в покое, Джолиет пожал плечами, улыбнулся и направился к Уилле.

– Ну что ж, лучше камзол, чем моя шкура. Олснета может идти, или мне сходить за Идой?.. Господи!