Дебра Маллинз - Три ночи

Ростовщик побледнел.

– Что вы, Дюферон, это же...

– Если только, – продолжил Люсьен тем же вкрадчивым тоном, – вы не расскажете мне, как вы осмелились прийти сюда и расстроить мою жену и почему вы решили, что я не заинтересуюсь этим делом.

Уигби достал платок и промокнул выступивший на лбу пот.

– Ходят слухи, что вы повздорили со своим тестем, и, поскольку это его долг, я обратился за ним к...

– Ага, мой тесть. Вы подумали, что, поскольку я поссорился с бароном Чезвиком, будет разумнее уладить это дело с моей женой.

– Именно так.

– Вы неправильно подумали. – Люсьен больше не старался скрывать свой гнев. – Вы, Уигби, пришли в мой дом и досаждали моей жене делом, которое целесообразнее было уладить между нами. И никакие извинения вам не помогут.

Уигби нервно крутил платок в пальцах.

– Я обмолвился всего парой слов с леди. Просто объяснил ей, что ее отец задолжал мне. И ничего больше.

– Вы расстроили ее, Уигби, а я никому не позволю расстраивать мою жену. Сколько вам должен Чезвик?

– Гм... тысячу фунтов.

Люсьен выдвинул ящик стола и достал оттуда приготовленный заранее банковский чек. Несколькими быстрыми росчерками пера он заполнил бланк, отписав тысячу фунтов на имя Маркуса Уигби. Затем бросил чек через стол.

– Вот ваши деньги, Уигби. И советую вам впредь никогда больше не появляться возле членов моей семьи.

Уигби схватил чек, быстро пробежал его глазами и положил в карман своего сюртука.

– Благодарю вас, Дюферон. Можно считать, что долг полностью выплачен.

– Подпишите эту бумагу. – Люсьен подтолкнул еще один документ в сторону ростовщика. Уигби скосил на бумагу глаза. – Это расписка, подтверждающая, что я оплатил долг Чезвика и вы не имеете больше никаких претензий к барону. Подпишите.

– Конечно. – Уигби подписал бумагу и вернул Люсьену, тот убрал ее в ящик стола. Затем закрыл ящик. – С вами приятно иметь дело, Дюферон, – сказал Уигби, отступая от стола. – Передайте мои наилучшие пожелания вашей супруге.

Люсьен так стремительно вышел из-за стола, что ростовщик отпрянул в испуге, затем повернулся и бросился к двери. Люсьен неторопливо последовал за ним.

– Послушайте меня, Уигби, – угрожающим тоном произнес Люсьен, наблюдая за тем, как ростовщик безуспешно пытался нащупать дверную ручку. – Если я когда-нибудь услышу, что вы крутитесь около моей жены, вас ждет неожиданный и болезненный конец. Вы поняли меня?

– Д-да. – Уигби наконец удалось открыть дверь. Люсьен вышел следом за ним из кабинета.

– И передайте всем вашим приятелям, что если кто-нибудь из них потревожит мою жену или любого другого члена моей семьи, то пусть попрощается со своей жизнью.

Уигби ничего не ответил, просто принял от стоявшего в ожидании Элтона свою шляпу и быстро покинул дом. Довольный Люсьен двинулся было назад к кабинету, но обратил внимание на движение на лестнице. Там с открытым ртом стояла Эвелин. Люсьен улыбнулся:

– Добрый день, моя дорогая. Ты хотела меня видеть?

«Добрый день»? Это все, что он мог сказать? Эвелин смотрела на своего мужа, с трудом осознавая то, чему только что была свидетельницей. Она шла с намерением рассказать Люсьену о визите Маркуса Уигби, обеспокоенная поисками выхода из создавшегося положения, а он, как оказалось, уже обо всем позаботился!

Люсьен со смягчившимся выражением лица подошел к основанию лестницы.

– Все в порядке, Эвелин, – успокаивающе сказал он. – Я уже все уладил.

– Ты заплатил ему?

Люсьен начал подниматься по ступенькам.

– Да, заплатил. Тебе больше не о чем беспокоиться.

– А как насчет Хлои? – В голосе Эвелин прозвучала паника. – Боже мой, Люсьен, он угрожал, что причинит вред Хлое!

– Он угрожал? – В глазах Люсьена появился опасный блеск. – Никто не причинит вреда Хлое. Об этом я позабочусь.

– Но могут появиться и другие кредиторы. – Эвелин схватила Люсьена за руку, как только он поравнялся с ней на ступеньках. – Люсьен, ведь неизвестно, кому еще должен отец. Ведь он с ума сходил по игре.

– Если появятся еще кредиторы, я оплачу его долги. – Люсьен ласково провел пальцем по щеке Эвелин. – Ты плакала.

– Я так испугалась...

Люсьен ободряюще улыбнулся:

– У меня много денег, Эвелин, и оплата карточных долгов твоего отца – это не такая уж большая цена за твое душевное спокойствие. Я не хочу, чтобы ты беспокоилась об этом.

– Я не могу тебя понять. Ты же ненавидишь моего отца.

– Но я же не испытываю ненависти к тебе. И не испытываю ненависти к Хлое.

Эвелин закрыла глаза, ощущая, как уходит страх и исчезает нервная дрожь.

– Господи, Люсьен, когда он сказал о Хлое, я не знала, что делать. Потом поняла, что должна рассказать об этом тебе. – Люсьен обнял ее, и Эвелин с благодарностью прильнула к нему, уткнувшись в его сюртук. – Я и шла к тебе, чтобы рассказать, но ты уже обо всем позаботился.

– Очень мило с моей стороны. – Люсьен отклонил назад ее голову и строго посмотрел в ее глаза. – Поверь мне, Эвелин. Пока я жив, никто не причинит вреда ни тебе, ни Хлое.

Эвелин пытливо всматривалась в выражение решимости на его лице, в его серьезные темные глаза.

– Я верю тебе.

– Вот и хорошо. – Он нежно повернул ее и, обняв за талию, повел вверх по лестнице. – Я найму человека для постоянной охраны Хлои и гувернантки, чтобы тебе было спокойнее, но я не думаю, что у нас возникнут какие-то трудности. Всех этих людей, в сущности, интересуют только деньги, которые им должны. Стоит их отдать, и они больше не придут.

Они поднялись на площадку, и Эвелин наконец пришла в себя настолько, что смогла робко улыбнуться Люсьену.

– Похоже, ты неплохо разбираешься в таких делах.

– Из опыта моей растраченной молодости. Раньше мне приходилось вести кое-какие дела с некоторыми лондонскими темными личностями. – Люсьен тихо засмеялся. – С другой стороны, и им приходилось иметь дело со мной, так что они, скорее всего, постараются не злить меня.

– Не сомневаюсь в этом.

Люсьен поднес ее руку к губам.

– Иди к себе, отдохни немного, моя дорогая. У тебя расстроены нервы.

Эвелин ответила глубоким вздохом, но руки своей не отняла.

– Должна признать, они действительно расшатались.

– Что это? Эвелин Дюферон признается в слабости? – Люсьен округлил глаза в притворном удивлении.

Слабая улыбка тронула ее губы:

– Сегодняшние события расстроили бы даже тебя, муж мой.

– Это правда. – Люсьен стиснул ее руку. – Должен признаться, я пережил несколько неприятных минут, когда Элтон сказал, что сюда приходил Уигби. Но сейчас все улажено. Так что иди отдыхай, встретимся за обедом.

– Я, пожалуй, попрошу принести мне обед в комнату. – Эвелин ласково провела ладонью по его щеке. – Спасибо, Люсьен. – Затем она повернулась и ушла, оставив его одиноко стоять на лестничной площадке.