Николь Берд - Обворожить графа

Мать Ричарда дала Маркусу косынку, и он быстро привязал к обеим сторонам ноги ветки, чтобы не сдвинулась кость.

Он посоветовался со своими попутчиками. В карете было очень тесно, а у фургона не было рессор. Наконец Они решили, что лучше всего поместить мать и мальчика в карету.

– Как далеко мы находимся от вашего дома? – спросил Маркус у матери Ричарда.

– У меня есть сестра, ее дом возле соседней деревни, – сказала она. – Я могу у нее остановиться; она сообщит моему мужу, он позаботится о карете и… – она указала на неподвижное тело у дороги, – о нашем несчастном слуге.

Одна из ее лошадей была так послушна, что хозяин кареты, его сын и дочь этой женщины могли ехать верхом позади кареты, чтобы забрать свой экипаж, когда их благополучно доставят до дома ее сестры.

Она горячо поблагодарила их всех. Маркус простился с ней и с остальными попутчиками, а затем, свернув с затопленной главной дороги, отправился дальше.

Однако он уже потерял много времени. Начинало темнеть, и он понимал, что ему придется провести ночь в ближайшей деревне. Но когда он добрался до единственной гостиницы, там уже не было свободных мест. Гостиница была переполнена, но Маркуса это не огорчило. Увидев, в каком состоянии эта гостиница, он подумал, что выехал бы из нее в приятном сопровождении клопов.

Он сумел купить себе эля и тушеного мяса, но в трактире было полно табачного дыма, пахло немытыми телами, стоял гомон многих голосов, и то тут, то там возникали споры или раздавались пьяные выкрики.

Закончив ужин, Маркус, не доверяя местному конюху, направился в конюшню проверить свою лошадь. Убедившись, что она на месте, он завернулся в плащ, сел, прислонившись к куче относительно чистой соломы, и закрыл глаза. В конюшне, по крайней мере, было тихо по сравнению с трактиром.

На следующее утро он снова отправился в путь и к исходу дня, наконец, подъехал к своему охотничьему домику. Он заметил, что здесь, видимо, не было такого сильного дождя и не было видно никаких признаков наводнения. Его домик стоял на возвышении, и вода никогда не угрожала им.

Он пришпорил лошадь и, промчавшись по подъездной дороге, соскочил с седла и подбежал к двери. На его стук откликнулся слуга и вышел из двери принять лошадь.

– Рады вашему возвращению, милорд.

– Как миссис Смит? – спросил Маркус.

– С ней все хорошо, милорд, – весело сказал лакей. – Вчера она выходила к обеду.

– Отлично. – У Маркуса отлегло от сердца. – А где мой брат?

– Точно не знаю, ваше сиятельство.

Маркус, направлявшийся к лестнице, остановился и оглянулся.

– Что? Ты не знаешь?

– Он ушел в город, милорд, – сказал лакей. – И еще не вернулся.

– Картер, ты идиот, – проворчал себе под нос Маркус. – Это так ты охраняешь дам?

Глава 13

Маркус был в нерешительности, ехать ли ему немедленно в город и отыскать там своего блудного брата или… Но сначала он должен был увидеть Лорен, убедиться, что ей лучше, да и просто повидать ее.

Он вошел в дом и направился к лестнице, по пути заглянув в гостиную. Он не ожидал увидеть ее там, но, к его удивлению, обе дамы мирно сидели там, на диване и пили чай.

Лорен подняла глаза, в которых он увидел радость и тревогу.

– Милорд, с вами все в порядке?

Он вошел в комнату и, не обращая внимания на смотревшую на них во все глаза графиню, наклонился и поцеловал Лорен.

– Конечно, – сказал он. – Что могло со мной случиться? – Только теперь он подумал о том, как странно он, должно быть, выглядел. Его одежда была в грязи после несчастного случая с каретой, а в волосах застряли соломинки, после проведенной в конюшне ночи.

Опомнившись, он поклонился дамам.

– Простите меня. Прошлой ночью я ночевал в конюшне. А перед этим дороги размыло, и мне пришлось ехать кружным путем. По дороге я столкнулся с семьей, у которой сломалась карета, и я сделал все, что мог, чтобы помочь им. Так что, как вы видите, было много причин, задержавших меня, и у меня не такой приличный вид, в каком бы мне хотелось предстать перед двумя леди. – Он оглядел себя и покачал головой.

– Думаю, у вас есть все основания для того, чтобы вас простили, – сказала ему Лорен, а графиня громко рассмеялась.

– Саттон, вы, как всегда, герой. – Она лукаво улыбнулась.

– Чепуха. – Он снова взглянул на Лорен. Она тоже улыбалась.

– Я рада, что вы живы и здоровы, – сказала она. – Видимо, ваше путешествие было очень трудным, милорд.

– Меня больше беспокоит, что здесь нет моего нерадивого брата, хотя я поручил ему заботу о вас, – сказал он, чувствуя, как в нем снова закипает гнев. – Я переоденусь и поеду в город, и постараюсь найти его.

– Но я не вижу в этом логики, – возразила графиня. – Вы оставляете нас одних, чтобы найти и отругать Картера за то, что он оставил нас одних?

– Сейчас время обеда, он может вернуться в любую минуту, – добавила Лорен. – А вы, должно быть, устали, милорд.

Ему хотелось сказать, что ей не надо называть его «милорд», но понимал, что на людях она не станет называть его по имени. Поэтому и еще по ряду других более существенных причин ему еще больше захотелось оказаться с ней наедине.

Вероятно, они обе были правы, и он должен подождать с выговором Картеру. Он устал и был голоден, ему хотелось обнять Лорен, почувствовать прикосновение ее рук. Черт бы побрал его братца, неужели хотя бы раз в жизни он не мог сделать то, о чем его просили?

Маркус повернулся и подошел к окну. Нет, еще долго не стемнеет, и он успеет съездить в город, проверить гостиницы, благо их было только две, и застать Картера врасплох, если получится, прежде чем он вернется домой, как всегда, с каким-то объяснением своего безответственного поступка.

Затем он сможет возвратиться, и они отпразднуют с Лорен свою встречу.

Он улыбнулся ей, надеясь, что она поймет его улыбку как обещание.

– Я еду в город, но очень скоро вернусь, – сказал он. – По-моему, я знаю, где найти моего блудного брата. Скажите слугам, что я вернусь к обеду.

Лорен неохотно кивнула.

Графиня насмешливо прищелкнула языком.

– Будьте осторожны, Саттон.

– Конечно. – Он поклонился им обеим и вышел.

В конюшне ему оседлали, свежую лошадь, и он направился в город. Он не пытался заглушить свое раздражение, и с каждой милей его гнев лишь возрастал. Если бы Картер его слышал, то, отрезанный от своих любящих выпить приятелей и азартных игр, черт бы его побрал, какое объяснение он мог бы придумать сейчас?

Когда Маркус приблизился к гавани, он пристально вглядывался в лица окружавших его людей, зная, что эти места любил посещать брат. Он остановил лошадь около гостиницы, находившейся рядом с портом. Это было наилучшее место, где можно было остановиться, лучший кабачок, в котором можно было выпить и поиграть в азартные игры. Если Картера там не было, то оставалась еще только пара подходящих мест – город был невелик.