Катарина Фукс - Падение и величие прекрасной Эмбер. Книга 1

Постепенно темнело. Я догадывалась, что ехать нам осталось недолго.

Глава пятьдесят девятая

Итак, я в темных джунглях.

– Странно, что дом находился в такой местности, – заметила я.

Тропа расширилась, и теперь мы с Санчо ехали рядом.

– Когда-то здесь не было всех этих деревьев и кустов, – откликнулся Санчо. – Джунгли наступают там, где человек сдается им, не проявляя должной человеческой силы воли.

– Значит, с тех пор как та несчастная семья погибла, люди не решаются здесь селиться?

Санчо кивнул.

– Ты считаешь их страх ложным? – Я ехала, опустив голову.

– Как сказать, Эмбер. Я твердо верю в то, что ничего сверхъестественного в этом мире не существует…

– А в каком-либо другом мире? – прервала я его.

– Прежде стоит ответить на вопрос, существует ли какой-либо иной мир, и если да, то где и как он может существовать. Но гораздо важнее то, что существуют вполне реальные опасности. И еще: люди достаточно ловко умеют придавать своим действиям странный характер, чтобы они походили на действия сверхъестественных сил.

– Похоже, нам придется столкнуться именно с этим вариантом, – задумчиво произнесла я.

Внезапно Санчо резко натянул поводья. Конь его заржал.

– Что ты? – я тоже остановила свою лошадь.

– Послушай, но как ты догадалась, что мы едем именно в тот заброшенный дом, где когда-то произошло страшное убийство целой семьи?

– Догадаться не так уж трудно. Меня все время преследует мысль о том, что опасность, грозящая моему отцу, связана с этим заброшенным домом. Более того, у меня уже есть своя версия.

– Расскажи.

– Я знаю, что донью Инес наверняка мучает эта страшная и нелепая сплетня о том, что силой колдовства мулатки Хуаны донья Консепсион, мать доньи Инес, превращена в демоническое существо, жаждущее крови. Отец любит свою жену. Я думаю, он просто периодически ездит в этот дом и потом убеждает донью Инес, что никакого бессмертного вампира здесь нет.

– Что ж, логично, – коротко бросил Санчо.

– И дальше, – продолжала я, ободренная его оценкой, – мы знаем, что случаются необъяснимые пропажи людей. Так, совсем недавно исчез Фернандо, молодой слуга-испанец. Наверное, ты предполагаешь, что в доме прячутся бандиты. Поэтому моему отцу и грозит опасность. Дальше. Ты рассказал об этом лорду Карлтону и попросил его помощи. Ведь у него прекрасные отношения с тестем. Но в то же время ты можешь надеяться, что во время этого опасного предприятия лорд Карлтон может погибнуть, – я невольно вздрогнула. Санчо слушал с интересом. – Ты… – Я почувствовала на миг, что мне не хватает воздуха. – Ты послал его вперед. – Теперь я говорила медленно; возможно, подспудно я давно обдумывала все это, но сейчас мне казалось, что меня осеняет внезапно. – Ты нарочно послал его вперед, чтобы он подвергся опасности. Ты надеешься, что он погибнет.

Я замолчала. Мне было неприятно, горько; я чувствовала себя одинокой.

– Честно ли это, Санчо? – вырвалось у меня. – Честно ли? Можно ли, чтобы такой человек, как ты, поступал подобным образом?

Он выслушал меня внимательно, не прерывая.

– Да, – начал он, – ты имеешь полное право задавать мне подобные вопросы…

По его тону я поняла, что сейчас он начнет говорить прямо и честно.

– Боже, Санчо! – раздраженно воскликнула я. – Сейчас ты с такой прямотой объявишь мне, что просто должен подвергнуть лорда Карлтона смертельной опасности, что мне ничего не останется, кроме как восхищаться твоей честностью и откровенностью!

– Эмбер! Об этом заброшенном доме и об опасности, грозящей твоему отцу, я рассказал лорду Карлтону то, чего пока не могу доверить тебе. Я ничего не скрыл от Карлтона. Да, он поехал вперед добровольно.

– Как ты дал ему знать о поездке отца?

– Ты разве не заметила у меня во внутреннем дворе голубятню? Разведение голубей – старый испанский дворянский обычай. Я отослал к лорду Карлтону почтового голубя. Поэтому я и пропустил несколько поездок твоего отца, чтобы Карлтон успел прибыть в город.

– Но ты надеешься на гибель лорда Карлтона?

– Да, – глухо произнес Санчо и отвернулся. – Но, Эмбер, если бы ты знала то, что знаю я! Фактически я спасу и твоего отца и Карлтона.

– Я перестаю понимать! Чего ты хочешь? Кого спасаешь и кого губишь?

– Эмбер, скоро ты будешь знать все. Это будет страшная правда. Я предупреждаю тебя. Лучше бы тебе не знать этой правды никогда. Но если ты не будешь знать, ты не поймешь моих действий.

– Коринна знает хоть что-то?

– Совсем ничего.

– Она поймет твои действия? Или она готова к гибели мужа?

– Мы вместе с тобой обсудим, что говорить и чего не говорить Коринне.

Я давно убедилась, что лесть в человеческой жизни – нечто исключительное. Стоит вольно или невольно польстить человеку, и он преисполняется доверия и даже нежности к тому, кто ему польстил. Я вовсе не была исключением. Мне польстило доверие Санчо, которого я любила не только за его тело, но и за его незаурядный ум.

В молчании мы продолжали путь. Санчо предупредил меня, что нам следует держаться рядом. Темнело прямо на глазах. Темнота опускала на нас свой покров, полнилась звуками, сильными и резкими; запахами, острыми, пряными, неведомыми; шорохами, таинственными и коварными. Кто-то взвизгивал, полз, шуршал в листве.

– Не пугайся, Эмбер, – предупредил Санчо. – Все, что ты сейчас слышишь и видишь, – явления совершенно реальные.

Последний отрезок нашего пути пролегал сквозь таинственные ночные джунгли.

Глава шестидесятая

Мне казалось, что я двигаюсь сквозь сплошную живую стену. Все шевелилось и издавало странные звуки.

– Это растения и ночные животные джунглей, – предупредил меня Санчо.

Я не могла понять, что же это движется – лианы или змеи? Страшный дикий вопль оледенил мне кровь.

– Тигр охотится ночью, – тихо произнес Санчо. Раздались новые вопли. Ночные хищники зажили своей жизнью.

Вдруг я отчетливо услышала свист, негромкий и непронзительный.

– Человек!

Я ощутила, как ужас вот-вот овладеет мною.

– Санчо! – я крепко сжала его руку. Он понял причину моего страха.

– Это просто одна из разновидностей питонов. Да, как-то странно напоминает свист человека, предупреждающего об опасности.

– Ты уверен?.. уверен? – задыхаясь, шептала я.

– Совершенно уверен, Эмбер. Возьми себя в руки. Помни то, о чем я все время предупреждаю тебя: вокруг нас нет ничего сверхъестественного.

Наши лошади двигались ужасающе медленно. Меня охватывало мучительное желание резко послать лошадь вперед. Но это было невозможно. Усилием воли я овладевала собой. Иногда мне казалось, будто что-то касается меня, моего лица. Резкие, порою липкие прикосновения, очень быстрые.