Виктория Холт - Гордость Павлина

Иза всплеснула руками.

— Я хочу видеть его. Я не могу ждать.

— Боюсь, я не смогу показать его вам, — сказал Джосс, — потому что когда мы осмотрели тайник, который указал нам Бен, его там уже не было.

Миссис Лод страшно побледнела.

— Вы хотите сказать, мистер Мэдден, что этот опал находился в этом доме?

— Когда Бен положил его туда, но, похоже, кто-то украл его.

— Значит, его нет в этом доме. Слава Богу, — сказала тихо миссис Лод.

— Вы наслушались всяких сказок, миссис Лод, — сказал Эзра. — Вокруг таких камней всегда много сплетен. Это подогревает человеческое тщеславие. Они не хотят, чтобы кто-то наслаждался тем, чего у них нет, и тогда придумывают, что камень несчастливый. Да, вот так случай! Что вы будете делать, Джосс?

— Я собираюсь отыскать его. Но с чего начать?

— Кто мог знать, куда Бен спрятал его? Он кому-нибудь еще рассказывал об этом? — спросил Эзра.

— Я уверен, что не рассказывал. Он сказал нам обоим… мне и Джессике перед самой смертью.

— Где он находился?

— Он сделал отверстие в раме одной из картин.

— Как это удивительно и таинственно! — воскликнула Иза. — Кто же мог похитить его?

— Я не завидую им, — прошептала миссис Лод.

— О мама, ты слишком серьезно воспринимаешь эти слухи, — сказал Джимсон.

— Я хочу повторить то, что я уже говорил, и не сомневаюсь, что мне придется еще не раз убеждать вас в этом. Я не хочу никаких россказней о несчастливых камнях, иначе люди перестанут покупать опалы, — сердито сказал Джосс.

— Джосс, — прошептала Иза, — как вы собираетесь начать поиски Зеленого луча?

— Думаю, бесполезно вывешивать объявление: «Не желает ли вор вернуть бесценный опал, который он похитил в Павлинах».

— Но с чего вы начнете?

— Я должен все обдумать. Но я намерен найти опал.

— А то, что Джосс намечает, он всегда выполняет, не так ли, миссис Мэдден?

Золотистые глаза смеялись надо мной.

— Вы знаете это так же хорошо, как и все мы, — добавила она.

— Я не хочу, чтобы в городе об этом говорили, — сказал Джосс.

— Уже все говорят о том, что Десмонд Дерхэм не украл его и камень все это время был у Бена, — вмешался Эзра.

— Я знаю, но пусть все разговоры затихнут, — обратился Джосс к Эзре, и я заметила, что он хочет изменить тему. — В вашей конюшне появились новые лошади?

— Одна или две. Вы будете заинтересованы, Джосс. Я купил маленькую красотку… серую кобылку. Ее зовут Воти. Я еще никогда не встречал таких лошадей. Она на самом деле любит меня.

— Все лошади любят вас, — вставил Джим-сон. — Вы знаете, как себя вести с ними.

— Лошади и женщины, — сказала Иза, лукаво глядя на своего мужа.

— Определенно лошади, — ответил Эзра. — У вас есть хорошая лошадь для миссис Мэдден? — спросил он у Джосса.

— Я поищу что-нибудь подходящее.

— Мне хотелось бы подарить ей мою Воти. Она как раз то, что надо — сильная, немного своевольная, но уступчивая. Если я ей шепну на ушко, она сделает все, что нужно.

Я сказала:

— Это слишком щедрый подарок.

Эзра махнул рукой.

— О, это же все в компании. Вы ведь одна из нас.

— Я очень благодарна вам.

— Вы полюбите ее. Она настоящая красотка… и такая хорошая девочка. Обращайтесь с ней хорошо, и она отплатит вам тем же, а если я скажу ей кое-что… все будет хорошо.

— Это верно, — сказал мне Джимсон. — Я не знаю никого, кто умел бы так говорить с лошадьми, как Эзра.

— Вы очень добры. Благодарю вас, — сказала я.

— Итак, решено, — подтвердила Иза. — Дейвид, покажите свои сокровища.

— Может быть, после кофе, — предложила миссис Лод.

Иза, очевидно, сгорала от нетерпения, и поэтому сразу после кофе мы отправились в гостиную. Здесь перед глазами гордого павлина на стене, который мог бы рассказать нам, кто похитил опал, если бы умел говорить, Дейвид сел за стол и открыл свой кейс. Жалюзи были подняты, но день клонился к вечеру и были зажжены свечи, бросавшие тусклый свет на часть комнаты. Мы все сидели за круглым столом: Джосс и Иза с одной стороны от Дейвида, я рядом с Джоссом, а Эзра рядом с женой. Все Лоды сидели вместе. Мне начинало казаться, что им тягостно их положение. Они входили в эту семью и в то же время нет. Что-то в их поведении привлекало внимание. В центре стола стоял канделябр, и когда Дейвид достал драгоценности, они засверкали удивительными красками. Я была восхищена вспышками огня.

— У вас прекрасные образцы, Дейвид, — сказал Эзра.

— В основном они из Южной Австралии, — ответил Дейвид. — Они достались старателям с большим трудом. Здесь вам везет, а в той части страны условия хуже. Страшная сушь, и старатели испытывают много лишений: нет топлива и вода на вес золота.

— Он поднимает цену, — подмигнул Эзра.

Джосс обратился ко мне:

— Южная Австралия — равнина, усыпанная камнями. Ты можешь представить, какова там жизнь.

И непонятно отчего, я очень обрадовалась тому, что он вспомнил обо мне.

— Но, Дейвид, — повелительно сказала Иза, — где же этот Арлекин, о котором мы говорили?

— Все в свое время. Если вы сначала увидите его, то не захотите смотреть на другие.

— Какой вы мучитель!

Он открыл другой кейс, и мужчины рассматривали опалы, отмечая их величину, цвет, обработку и другие детали.

— Ну, Дейвид, — опять сказала Иза, — я хочу видеть Арлекин.

Тогда он достал коробочку, и опал во всем блеске появился перед нами, еще прекраснее, чем показался мне в первый раз.

Дейвид поднял камень, и на него упал свет. Он нежно потрогал его. Хотела бы я знать, он думал о его красоте или о его стоимости? Иза неторопливо протянула руку и положила его на ладонь.

— Он великолепен, — пропела она. — Я влюбилась в него. Посмотрите на эти краски. Арлекин… да. Неудивительно, что Коломбина любила его. Светлые, фантастические краски…

Она подняла свое пылающее лицо.

— Я думаю, это один из самых прекрасных камней, которые я видела.

— Я думаю, он стоит довольно дорого, — сказал Эзра.

— Вы совершенно правы, — ответил Дейвид.

— Я бы многое отдала, чтобы добавить его к своей коллекции, — вздохнула Иза.

— Я посмотрю, что можно сделать, — сказал Эзра.

Джосс снова обратился ко мне.

— У Изы одна из лучших коллекций опалов. Они не нужны ей для украшения. Она просто любуется ими.

Иза засмеялась. Ее лицо тигрицы осветилось выражением, которое я не могла понять. На нем отразились триумф и жадность.

— Это мое состояние, — сказала она мне. — Если Эзра когда-нибудь бросит меня, я смогу их реализовать.

— Вы считаете его способным так поступить? — холодно спросила я, не сумев сдержаться. Я устала от ее усилий продемонстрировать мне свое превосходство.