Лиз Карлайл - Добродетельная женщина

— По-моему, это будет забавно, — настаивала она, соблазнительно опустив ресницы. — С тобой я буду чувствовать себя спокойнее, чем с Эттой.

Внезапно Дэвид, схватив ее за плечи, резко рванул к себе. Шляпка съехала ей на один глаз.

— Послушай, Сесилия, ты не должна переступать порог этого дома!

Немного опомнившись, он тут же разжал руки и виновато взглянул в ее ошеломленное лицо.

— Но ты же меня не послушаешь, верно? — горько спросил он. — Даже если я буду умолять тебя, бросившись на колени. Если я не пойду с тобой, ты вернешься сюда со своей замухрышкой-горничной.

Наконец решившись, он достал из-под сиденья тяжелый пистолет и сунул его в глубокий карман пальто. Увидев это, Сесилия слегка заволновалась.

— Опусти вуаль, — приказал он, — и не говори ни слова, понятно? Настал твой звездный час. Впрочем, мне тоже хочется посмотреть на того человека, который недавно вошел туда, а если я оставлю тебя здесь одну, ты все равно не усидишь на месте.

Велев кучеру смотреть в оба, Дэвид взял Сесилию за руку и потащил ее к дому. Они вошли в парадную дверь и очутились в узком, тускло освещенном вестибюле. Их встретил широкоплечий низкорослый мужчина, лица которого Сесилия в темноте не разглядела.

Дэвид сказал, что желает видеть миссис Дербин. Недовольно поворчав, мужчина проводил их в большую гостиную. Здесь стояли чайные столики, окруженные удобными креслами и диванами с гнутыми спинками среди искусственных пальм в кадках. Обстановка комнаты весьма располагала к уединению.

Гостиная была полупустой. Слева от Сесилии женщина с мощным бюстом в желтом атласном платье о чем-то тихо разговаривала с посетителем, лицо которого оставалось в тени. Поодаль сидели еще двое мужчин. Развалившись в креслах и держа в руках бокалы с вином, они наблюдали, как изящная блондинка вешает свою одежду на спинку дивана, обитого красным атласом.

Наконец, посовещавшись, мужчины встали. Один из них обнял блондинку за талию, и все трое удалились за шторы в заднюю часть комнаты. Сесилия, ощутив, как ее лицо заливается краской, порадовалась, что надела вуаль.

В этот момент женщина в желтом обернулась и направилась к ним, радушно раскинув руки. Подойдя ближе, она окинула придирчивым взглядом стройную фигуру Дэвида.

— Милорд, — произнесла она хриплым голосом, — для меня большая честь принимать вас в моем скромном заведении.

Проклятие, она узнала его! Сесилия судорожно сжала руку Дэвида.

Впрочем, чему тут удивляться? Посещая бордели, он, безусловно, вымостил себе дорогу в ад.

— Добрый день, — поздоровался Дэвид, стараясь казаться спокойным. — Моя дама желает знать, какие… развлечения вы предлагаете.

Миссис Дербин понимающе улыбнулась.

— Милорд, наш дом не так изыскан, как те, к которым вы привыкли, — прошептала она, — но мы постараемся ублажить любую прихоть вашей дамы. Вы ищете партнершу? У меня много девочек…

— He надо девочек, — перебил ее Дэвид, — и женщин тоже не надо.

Миссис Дербин растерялась, но быстро взяла себя в руки и оценивающе посмотрела на Сесилию. Было видно, что ей очень хочется услужить знатным клиентам. В глазах ее зажегся огонек понимания.

— Хотите мужской стриптиз? — предложила она, оглянувшись на мужчину, с которым только что разговаривала. — Обычно мы не оказываем таких услуг, но, может быть, этот джентльмен согласится провести с вами время. К сожалению, у нас больше нет тех развлечений, о которых он спрашивал.

Мужчина, словно угадав, что речь идет о нем, быстро шагнул вперед. Неяркий свет упал ему на лицо. Дэвид испытал сперва удивление, потом стыд, а потом любопытство.

Это и впрямь он! Бентам Ратлидж!

Однако на сей раз он уже не казался беспечно-веселым. Лицо молодого человека искажала странная гримаса. Дэвид хотел оттащить Сесилию прочь, но тут Ратлидж усмехнулся, натянуто поклонился Сесилии и обвел ее горящим взглядом блестящих карих глаз.

— Все знают, что вы безукоризненны в выборе женщин, милорд, — сказал он вкрадчивым тоном, — но сегодня, пожалуй, оплошали. Я вас жду, миссис Дербин, ведь мы еще не договорились. — Он вновь обратился к Дэвиду: — А что касается вас, милорд, то мы очень скоро увидимся. — С этими словами Ратлидж, нагло усмехнувшись, отошел прочь.

Миссис Дербин заметно смутилась. Дэвид еще не знал, что именно произошло, но уже не сомневался в виновности Ратлиджа.

Внезапно Сесилия заговорила.

— Знаешь, милый, я передумала, — сказала она низким, гортанным голосом и взглянула на миссис Дербин. — Пришлите нам девочку. Только, пожалуйста, предоставьте более уединенное место.

— Конечно, — сладко пропела хозяйка и ушла, чтобы поговорить со швейцаром.

Дэвид резко обернулся к Сесилии.

— Что ты делаешь, черт возьми? — яростно прошипел он.

Глаза Сесилии вспыхнули.

— Но мы же еще ничего не узнали! У Дэвида чесались руки схватить ее за плечи и хорошенько встряхнуть.

— Может быть, вы, мэм, и не узнали, зато я теперь точно знаю, что связал свою судьбу с сумасшедшей. Я уже увидел то, что хотел, и готов покинуть этот дом.

В этот момент вернулась миссис Дербин, держа в руке ключ.

— Анджелина не разочарует вас, милорд, — прошептала она, многозначительно перекатывая ключ в пальцах. — Поднимайтесь в седьмой номер и ждите ее там.

Дэвид, нехотя взяв ключ, с силой стиснул его в кулаке. Ну ничего, Сесилия заплатит за свои капризы! Может, приведя наверх, как следует ее отшлепать? Или привязать к стойкам кровати и ласкать до тех пор, пока она не взмолится о пощаде? А может, все же воспользоваться услугами, которые их ожидали? Это пойдет ей на пользу: будет знать, как не слушать его!

Он поволок ее на второй этаж. Их номер был последним. По дороге Сесилия с любопытством разглядывала темный коридор, насыщенный стойкими запахами дешевой пудры и духов.

Стены коридора были украшены скабрезными картинками, в нишах стояли гипсовые статуи обнаженных натур. Под коптящим подсвечником висело изображение некоего псевдогреческого бога, резвящегося с водной нимфой. Сесилия даже вытянула шею, стараясь получше все рассмотреть.

Дальше было хуже. В алькове у двери под номером семь сюжет был таковым: Пан с рогами и копытами, перекинув полунагую пастушку через камень, воткнул ей член сзади.

Сесилия резко остановилась.

— О Боже! Это… — она нагнулась чуть ближе, разглядывая белые гипсовые ягодицы скульптуры, — это с-содомия? — наконец выдавила она.

Дэвиду хотелось провалиться сквозь землю.

— Не совсем, — прошипел он, с силой оттаскивая ее прочь. — Содомия — это нечто другое. И вообще помолчи, пожалуйста!

Он отпер дверь и быстро втащил Сесилию в комнату, которая начала казаться ему спасительным убежищем. В камине ярко пылали угли, но тепло лишь усиливало приторный, назойливый аромат, проникавший из коридора. Дэвид, сняв с Сесилии плащ, тоже скинул пальто. Стульев здесь не было, поэтому он повесил одежду на подставку для ног.