Кэт Мартин - По велению сердца

Пронзительный взор голубых глаз, полный нежности и сострадания, обратился к ней.

– Мне очень повезло, Велвет, что я, пусть недолго, был твоим мужем.

Его ладонь коснулась ее щеки, задержавшись на мгновение. Но тут карета подъехала к ее дому, и то, что он мог сказать ей, осталось непроизнесенным.

Спустившись по железным ступенькам кареты, она оперлась на протянутую им руку и позволила проводить себя до дверей.

Глава 20

Сидя за столом в кабинете своего дома, Эвери оторвал взгляд от бумаг, которые читал, и жестом велел Бэсси Уилларду войти. Высокий дородный человек бочком вошел в кабинет, комкая в заскорузлых руках видавшую виды треуголку.

– Ну что, ты сделал?

Бэсси сглотнул, его кадык дернулся вверх и вниз.

– Я сделал это. Убил ее… так, как вы мне велели. – Говоря это, он смотрел на пятнышко на стене чуть выше головы Эвери. – Вы не сказали мне, что она такая красивая.

– Красивая? – хмыкнув, переспросил Эвери. – Да словно одна из этих индийских кобр. И так же опасна. – Оттолкнув кресло, он встал. – Тебя никто не видел? Все сделано чисто?

– Я следил за ней три дня. Сегодня она пораньше отпустила слуг. Мне это было на руку.

– Повезло, Бэсси.

Тот засопел, переминаясь с ноги на ногу.

– В чем еще дело? – Эвери нетерпеливо перебирал лежащие перед ним на столе бумаги.

– Там была женщина. Она вошла в комнату в тот момент, когда я из нее выходил.

– Она тебя видела? – приподнялся над столом Эвери.

– Со спины. Лицо не видела, а так – да.

– Черт побери! Надо выяснить, кто она такая, и убрать ее, пока она не наделала глупостей.

– Я знаю, кто она такая.

– Знаешь?

Бэсси кивнул:

– Это была та девушка, на которой вы собирались жениться.

– Велвет? Ты говоришь про Велвет Моран?

– Это была она.

– О Боже, но что у Велвет общего с такой женщиной, как Силия?

От волнения Эвери еще больше подался вперед, падающий через окно луч солнца коснулся его напудренного парика.

– Ты уверен, что это была она? Ты не мог ошибиться?

– Это была она.

Эвери почувствовал, как его прошиб пот.

– Тебе придется заставить ее замолчать, Бэсси. Твоя жизнь теперь в опасности.

Точно так же, как и его. Велвет уже пыталась что-то вынюхивать про него, расспрашивала слуг про убийство его отца. Если она подружилась с Силией, то сделала это только с одной целью.

– Убей ее! – велел он. – Заставь ее замолчать, пока она не наделала бед.

Бэсси топтался на месте:

– Мне не нравится убивать женщин. Особенно таких красивых.

– Слушай, что я тебе говорю, ты, большой олух! Ты заставишь замолчать эту девчонку, пока она не проговорилась, или же будешь болтаться на виселице!

Бэсси насупился, его темные брови почти сошлись на переносице.

– Ступай, – велел ему Эвери. – Утихомирь ее, и чем скорее, тем лучше.

Бэсси потупился, потом медленно кивнул головой. Виселица была кошмаром всей его жизни. И чтобы избежать ее, он был готов сделать все, что велит ему Эвери. Двигаясь с удивительной для человека его сложения скоростью, он открыл дверь, вышел из кабинета и осторожно прикрыл ее. Эвери неподвижно сидел за столом. Беспокойство, овладевшее им, не проходило. Что Велвет делала у Силии? Почему она интересовалась убийством восьмилетней давности?

Если Бэсси убьет ее, то он, Эвери, уже никогда не выяснит этого. Впрочем, в этом случае это уже не будет иметь никакого значения. Он удовлетворенно улыбнулся и откинулся на спинку кресла.

Взяв последнюю стопку документов, требовавших подписи герцога Карлайла, он обмакнул перо в чернильницу и нацарапал внизу страницы свое имя. С пера упала капля, расплывшись кляксой на белоснежном листе бумаги, но он не обратил на это внимания. Карета уже ждала его у входа, дорожные сундуки были упакованы и погружены в нее. Теперь, когда он разделался с делами, ему предстояло отправиться в свое совсем недавно отошедшее к нему поместье в восточном Суссексе, в бывший дом сэра Уоллеса Стэнтона.

Он должен присутствовать на похоронах своего тестя.

Эвери довольно улыбнулся. Женитьба на Мэри Стэнтон и смерть ее отца – самая удачная его проделка за многие годы.

Кристиан Сазерленд стоял у нижних ступеней лестницы, спускающейся в вестибюль дома в Виндмере. Начинался дождь, холодный и нудный, небо было затянуто тяжелыми, плотными тучами.

Он обернулся на звук шагов Мэри, легких и осторожных, – в них слышалась неуверенность.

– Мэри… – начал он, и голос его дрогнул.

В последнее время такое часто с ним случалось. Тонкая, почти бестелесная фигурка, детское очарование которой трогало его больше, чем откровенный зов плоти куртизанки.

Его восхищение Мэри росло с каждым днем, с каждым часом и с каждой минутой. Он находил ее трогательно правдивой и непритворно искренней. Его умиляли ее скромность и готовность простить любую ошибку близкого человека. Он чувствовал, что они дополняют друг друга: ее мягкость умеряла его силу, ее тактичность сдерживала его прямоту.

– Я готова, Кристиан.

Он взял ее за руку и помог преодолеть последние ступени лестницы.

– Ты не передумала, Мэри? Я не смогу отговорить тебя?

– Он был моим отцом, Кристиан. Я любила его. И теперь должна попрощаться с ним. Я не смогу жить, если не сделаю этого.

Ярость обуяла его, гнев на Эвери Синклера.

– Если герцог будет там и велит тебе возвращаться вместе с ним в Лондон, я не смогу защитить тебя.

Она вздрогнула.

– Я должна пойти, – прошептала она. – Пожалуйста, не сердись на меня.

Но им владели сейчас совсем другие чувства. Его переполняла ярость от крушения своих надежд. Мэри Стэнтон должна была принадлежать ему, а не Карлайлу. Она заслуживает того, чтобы ее уважали и заботились о ней. Бог весть что ей предстоит перенести!

– Если бы не вы… – произнесла она почти шепотом, – …если бы эти дни вас не было со мной и вы не внушили мне желание жить, не знаю, что я могла бы наделать. Но вы так мудры и так сильны, что смогли сделать это. – На ее глаза навернулись слезы. Они заблестели на длинных ресницах и покатились по щекам. – Я никогда не забуду вас, Кристиан. До конца своих дней буду помнить эти несколько дней, которые мы провели вместе.

Что-то перевернулось в его груди.

– Мэри… – Он привлек ее к себе и обнял, безмерно страдая от жалости и страха за нее. – Любимая, умоляю тебя. Пожалуйста… согласись остаться здесь, и ты будешь в безопасности. Со временем мы найдем какой-нибудь выход из этого положения. Всегда есть способ, если хочешь…

– Так ты любишь меня, Кристиан?

Он обхватил руками ее лицо:

– Я волнуюсь за тебя, Мэри. Ты знаешь, что ты для меня значишь.