Розалинда Лейкер - Розы во льдах

– Вам.

Бет произнесла это спокойно, но твердо. 3игрид не сдержала возглас изумления:

– Мне кажется, что Дом у Черного Залива повлиял на ваш рассудок! Зачем мне было шантажировать бедную дурочку?

– По очень веской причине: Джине предстояло унаследовать Холстейнгаард и все земли после смерти деда. Она ведь была старшей.

Впервые на лице Зигрид промелькнул испуг.

– Вы хотели, чтобы она передала вам свое право на наследство, а потому пытались запугать: это было единственное оружие, которым вы располагали.

Зигрид сидела не шелохнувшись, соображая, что предпринять.

– Предположим, что я признаюсь. Что вам это даст? Что вы собираетесь делать? – спросила она хрипло.

– Мне нужно знать, как реагировала Джина на эти притязания.

– А потом?

– Потом я должна выяснить, есть ли какая-нибудь связь между шантажом, Домом у Черного Залива и смертью Джины.

– И это все? Вы можете поклясться, что не разгласите то, что я вам скажу?

Бет удивленно посмотрела на Зигрид:

– Вы спрашиваете, все ли это? Разве смерть сестры для вас столь ничтожный пустяк? Обещаю, что никто не узнает того, что вы соблаговолите мне рассказать. Я пытаюсь провести расследование исключительно в своих личных целях.

Зигрид протестующе взмахнула рукой:

– Нет, разумеется, я не отношусь к смерти Джины спокойно. Мне очень тяжело сознавать, что она погибла так рано и так трагично.

Зигрид спрыгнула со стола и машинально прошлась по засыпанному опилками полу до пилы и обратно.

– Хорошо, – произнесла она, очевидно, придя к решению. – Раз вы обещаете никому не говорить, могу признаться: да, я ее шантажировала. Ее было так легко запугать, что никто не стал бы меня винить. Достаточно было пригрозить, что я расскажу о ее секрете Паулю, и она потеряла голову. Согласилась дать письменное свидетельство, что передаст мне право наследства, когда бы ни умер дедушка. Никому не могло прийти в голову, что она умрет раньше старика. В обмен на документ я обещала не сообщать Паулю, что благодаря ей Анну поместили в психиатрическую лечебницу.

– Вы хотите сказать, что Джина приложила к этому руку? – спросила потрясенная Бет.

Зигрид криво усмехнулась:

– Хотя Анна младшая из нас троих, она уже в то время положила глаз на Пауля и твердо решила заполучить его в мужья. Тогда она ему, конечно, нравилась, он сам был молод и горяч. Джина бледнела в сравнении с Анной. Но Анна отличалась взбалмошным характером и доставляла деду много хлопот своими дикими выходками. Чистой и правдивой Джине не стоило большого труда убедить деда в душевной болезни Анны. Он даже обрадовался предлогу освободиться от младшей внучки, отослал ее в лечебницу и вскоре после этого выдал Джину замуж. Мы остались с ним вдвоем. Если бы я была внуком, он бы расшибся в лепешку ради меня: он же видел, как я люблю эту землю. Но он так и не простил нам, что мы родились девочками, он и дочек ненавидел по той же причине. Так как его единственный сын был незаконнорожденным, жизнь деда была лишена радости. Я управляюсь с фермой не хуже любого мужчины, но дед никогда бы не признался в этом. Он терпел меня в доме, потому что ему была нужна бесплатная нянька и экономка. Вот и все, больше мне сказать нечего.

Да, подумала Бет, Зигрид, действительно, сказала все и даже больше. Из всех троих самой несчастной оказалась Анна. Джина, как натура слабая, прибегла к предательству, чтобы отстоять свою любовь, пожертвовав младшей сестрой. Шантаж Зигрид тоже не делал ей чести. И главным звеном всей цепи трагических событий был один человек – невольная причина семейной драмы.

– Из того, что вы говорили, я не смогла понять, какое отношение ко всему этому имеет дом у Черного Залива, – сказала Бет, стараясь понять, где Зигрид солгала. Но она не надеялась, что Зигрид что-то добавит к сказанному, и решила, что нужно благодарить судьбу за то, что удалось узнать. Бет направилась к выходу, но Зигрид преградила ей дорогу.

– Почему вы считаете, что должна быть связь между Домом у Черного Залива и смертью Джины? – прошипела она. – Может быть, никакой связи вовсе нет. Джина просто спряталась там, потому что Паулю никогда не пришло бы в голову искать ее на чердаке. Это вы растревожили и оживили старое проклятие, поселившись в доме, теперь оно обрушивается на головы других людей. Но скоро подойдет и ваша очередь! Так всегда бывает. Фру Сандвиг пострадала из-за вас – она на вас работала. Теперь прикована к постели на всю жизнь. Гарольд Дженсен погиб, потому что проник в ваше жилище… Да, это он расправился с вашими рисунками. На его пальцах была краска, я смывала ее, когда обмывала труп. – Она вызывающе вскинула голову. – Это вы виноваты в обвале на Торденгорне! Пауль мог погибнуть, когда поднимался вам на помощь. Недавно Джулиану могли убить, потому что она пошла с вами. А сегодня мне сказали, что Рейкел собираются ампутировать руку…

Бет вдруг почувствовала, что ей становится дурно:

– Бедняжка! Не знаю, что сказать…

– Я знаю. Скажите «до свиданья» Тордендалю! Уезжайте, пока другие невинные люди не пострадали из-за вас. Оставьте нас в покое!

Бет выбежала на воздух. Она никогда не думала о проклятии как о всеобщем зле, видя в нем только личный поединок с таинственными силами Дома у Черного Залива. То, что другие страдают из-за брошенного ею вызова черным силам, в корне меняло дело.

Уже издали Бет заметила, что Джулианы на скамейке нет, и поняла, что провела с Зигрид больше времени, чем намеревалась.

– Джулиана! – позвала она. – Где ты? Мы возвращаемся!

Ответа не последовало. Бет в ужасе устремила взгляд туда, где оставила лодку. Лодка исчезла. Посреди озера плавало весло.

– Джулиана! – закричала она срывавшимся от отчаяния голосом и тут же вернулась, помчалась к амбару, где работали мужчины, и подняла тревогу. С мельницы прибежала Зигрид; поняв, что случилось, она на ходу давала распоряжения подошедшим работникам. Работы прекратились. Кто-то бросился к лодочному домику, другие – к той части озера, где бурлили пороги, ибо была опасность, что Джулиана не справится с лодкой и ее отнесет прямо на них. Специальный гонец был послан к Паулю в Нилсгаард.

Вскоре гладь озера запестрела множеством лодок, в которых спешили на помощь люди с обоих берегов.

Бет не переставала упрекать себя за то, что взяла Джулиану в Холстейнгаард. Ведь девочке не хотелось ехать, мысль об этом Доме и о тете Зигрид приводила ее в нервозное состояние. Как глупо было везти ее сюда! Она, по всей видимости, чего-то испугалась и решила покинуть это место. Хоть бы людям удалось перехватить лодку у порогов!

Джулиану искали повсюду – на фермах, в подсобных пристройках. Бет сначала помогала в этих поисках, но потом отправилась вдоль берега к порогам; она то бежала, то переходила на шаг, казалось, что все происходит в кошмарном сне. Послышался стук подков, появилась Зигрид верхом на лошади – она возвращалась со стороны порогов. Бет старалась угадать по лицу всадницы, какие новости та принесла. Поравнявшись с Бет, Зигрид спрыгнула на землю.