Кэтрин Кэски - Как соблазнить герцога

– Но каковы были ночи, моя дорогая? – спросил Старый Повеса. Взгляд этого видавшего виды распутника вызывал отвращение.

– Приношу вам свои извинения, леди Аппертон, но если Рогана здесь нет, тогда где же он? Очень важно, чтобы я поговорила с ним прямо сейчас.

– Я здесь.

В комнату входил герцог, держа под руку седовласую женщину. Женщина эта держалась по-королевски, и Мэри была уверена, что она ее знает. Но откуда – не могла вспомнить. Лорд Лотариан и леди Аппертон подошли к даме и стали разговаривать с ней, но взгляд Мэри был устремлен на Рогана, она не обращала никакого внимания на гостью. Роган освободил руку леди и вежливо покинул ее, чтобы подойти к Мэри.

– Я должен поговорить с тобой, Мэри.

Леди Аппертон повернулась и схватила их обоих за руки.

– У вас будет время, все время в этом мире для вас двоих, чтобы вы могли поговорить. Но нам пора выслушать леди Джерси. Прямо сейчас.

– Леди Джерси? – пробормотала Мэри. Она уставилась на женщину. Да, это она. Та женщина с портрета в галерее Харрингтонов.

Только теперь она была намного старше. Волосы ее поседели и больше не были каштановыми, кожа стала морщинистой.

– Леди Джерси! Н-но откуда она здесь?

Леди Джерси благосклонно позволила лорду Лотариану проводить ее к дивану и чинно села.

Она подняла глаза на Мэри и смотрела на нее оценивающе.

– Я хорошо знала покойного герцога Блэкстоуна. Его сын здесь, он и попросил меня прийти и рассказать вам о той моей кашмирской шали, которую вы, должно быть, нашли.

Глаза Мэри широко раскрылись от удивления.

– Да, мы действительно после смерти отца нашли шаль среди его вещей.

Леди Джерси приподняла свои тонкие брови.

– Не думаю, что мы знакомы с вами, девочка.

Дрожь пробежала по телу Мэри: если рассказ Старых Повес – правда, то эта женщина предпочла бы, чтобы Мэри и ее сестры были… мертвы.

Леди Аппертон представила их друг другу, как того требовали приличия. Мэри, похолодев от ужаса, нерешительно сделала реверанс.

– Мисс Ройл? – Леди Джерси прищурилась. – Ваше имя припоминаю, а лицо – нет. Мы встречались раньше? Может быть, в театре или на балу?

– Нет, миледи. Возможно, вы встречались с моим отцом и знаете его имя. Одно время он был личным лекарем принца Уэльского. – Мэри ждала, что история их рождения хоть как-то подтвердится.

Но ничего не произошло.

– Не очень помню его. – Леди Джерси говорила ровным голосом, спокойно, не разжимая губ. – У принца на службе всегда было несколько лекарей. И в прошлые годы, и сейчас.

Лотариан принес шаль, понимая, что терпение леди Джерси, да и Мэри, на исходе.

– Вот та кашмирская шаль, о которой упомянул герцог, – сказал он. – Мы заметили, что у вас была точно такая же, потому что на портрете, который висит в галерее Харрингтона, вы изображены в похожей шали. Взгляните, эта вещь принадлежала вам?

Леди Джерси внимательно, очень внимательно рассмотрела шаль.

– Кажется, это одна из нескольких кашмирских шалей, которые у меня были.

Глаза леди Аппертон засверкали.

– Леди Джерси, эта шаль сильно испачкана… кажется, высохшей кровью. Можете ли вы сказать нам, как такое произошло и как она могла попасть к мистеру Ройлу?

На лице почтенной дамы появилась неловкая улыбка.

– Я припоминаю только один случай, когда моя одежда могла быть испачкана. – Она схватила шаль, положила ее на чайный столик перед собой, подняла глаза на леди Аппертон и улыбнулась. – Мне не следовало бы говорить, но, так как эта шаль, кажется, очень интересует всех вас, я расскажу вам. Это случилось много лет назад. Принц Уэльский был болен, и ничто не могло утешить его, так как миссис Фитцхерберт оставила его навсегда. У лекаря не было выбора. И было решено пустить принцу кровь.

Мэри вся обратилась в слух.

– Я была его близким другом в то время, поэтому сидела рядом с ним, чтобы успокоить его нервы, пока лекарь вскрывал вену. Он дернулся, и кровь начала литься, а не течь тонкой струйкой. Лекарь, которому надо было действовать быстро, схватил шаль с моих плеч и завязал ею руку принца, чтобы остановить кровотечение.

– А с шалью? Что стало с шалью? – спросил Роган, торопя ее скорее рассказать обо всем.

Леди Джерси встала.

– Я никогда больше не видела этой шали. Но мне было все равно. У меня были другие заботы. – Она подняла глаза на Рогана: – Итак, если моя миссия окончена, Блэкстоун, мне бы хотелось возвратиться к себе домой.

Роган поклонился, затем повернулся к брату. Они обменялись взглядами, и этого было достаточно, чтобы Квин взял леди Джерси под руку и проводил ее на улицу к ожидавшему экипажу.

– Ну что ж, сожалею, что рассказ был не столь ободряющим, мисс Ройл, – громко вздохнул Лотариан.

– Это ничего для меня не меняет. Не мое прошлое меня интересует… а мое будущее. – Она позволила себе задержать взгляд на Рогане. – Хотя мои сестры, должно быть, будут разочарованы. – Мэри взглянула на леди Аппертон и улыбнулась. – Но наше пребывание в Лондоне продолжается, и, смею надеяться, с помощью Элизабет и Анны будут найдены еще какие-нибудь доказательства.

– Миссис Фитцхерберт еще жива, – вмешался Роган. – Я могу попытаться устроить вашу встречу с ней.

– Спасибо, не надо. – Мэри повернулась, и их взгляды встретились. – Мы с сестрами согласились, что никогда не приблизимся к такой достопочтенной леди с нашей историей, не имея явных доказательств. А у нас их нет.

Мэри внимательно смотрела на герцога. Леди Аппертон заметила это.

– Лотариан, могу ли я поговорить с вами в коридоре?

– О чем?

– У меня возникла проблема с грызунами. Идите сюда. – С поразительной ловкостью пожилая женщина схватила Лотариана за руку и вывела его из библиотеки в коридор.

Мэри не отрывала взгляда от Рогана, в глазах ее стояли слезы.

– Прошу у тебя прощения, моя любовь. Мне следовало бы тебе доверять. – Слезы уже катились ручьями по обеим щекам, и она не в силах была остановить их. – Я так сожалею…

Роган поднес палец к ее губам, пытаясь успокоить ее.

– Ш-ш, больше ничего не говори. Пожалуйста, только слушай.

Мэри молча кивнула в ответ.

Роган взял ее лицо в свои руки и стал вытирать подушечками больших пальцев слезы.

– Я люблю тебя, Мэри, всем своим сердцем и душой. Я люблю тебя.

Он прижался губами к ее губам. Мэри таяла в объятиях герцога.

Роган оторвался от уст любимой:

– Я не могу сделать тебя принцессой, но, если сегодня вечером согласишься взять меня в мужья, ты будешь герцогиней. – Роган достал из кармана жилета золотое обручальное кольцо, поднес к ее глазам. – Если ты любишь меня, как я тебя, скажи, что согласна, Мэри. Скажи, что ты будешь моей женой.