Джуд Деверо - Преображение (Медовый месяц)

— Проклятье! — произнесла она вслух, сбросила одеяло и отодвинулась от Вериги. — Пора вставать. Сегодня ты поможешь мне готовить еду.

Может быть, работа позволит Вериги снова обрести хотя бы немного собственного достоинства.

Пока она готовила завтрак, в хижину вошел Уэсли, но не сказал ей ни слова. Он держался отчужденно, атмосфера наполнилась холодом.

— Будете завтракать, мистер Армстронг? — спросила она.

— Из ваших рук еду не приму, — бросил Уэсли, и тут в хижину вошел Ревис.

Лиа заметила ухмылку на его смуглом лице и догадалась, что он старается вникнуть в то, что же означает поведение Уэса.

— Этот парень не такой умный, как ты, Ревис, — ровным тоном заявила Лиа и поставила на стол блюдо с грудинкой. — Он думал, что стоит ему только попросить, и он меня добьется. Но ему не нравится, когда ему говорят «нет». Завтрак готов.

За едой Лиа дважды замечала, как Ревис следит за Уэсли, и чтобы отвлечь его, склонилась над его плечом, расставляя тарелки на столе. Должно быть, Ревис не терпит, когда на его территорию вторгается кто-то чужой, и он возненавидит Уэса еще больше, если решит, что гость преуспевает там, где он ничего не добился.

— Армстронг, когда предстоит твое дельце? спросил Ревис.

— Завтра утром. К тому времени они будут в четырех милях отсюда, у подножья горы.

— А откуда ты знаешь, что они продвигаются именно с такой скоростью?

— Есть у меня такие возможности, — только и ответил Уэсли.

Позже, когда Лиа и Вериги убирали со стола, Эйб подошел к сестре.

— Что, влюбленные, поссорились? — прошипел он ей на ухо.

— Мы с Ревисом? — спросила она, сделав вид, что не поняла.

— Ты с этим малым Стэнфордом. Вы все утро метали друг в друга молнии.

— Я ни разу на него не взглянула, — возразила она.

— Не взглянула, зато он на тебя смотрел каждую минуту. Лиа, вы, два голубка, все испортите. Если вас обоих убьют, мне никогда не стать почтенным джентльменом. А Ревис убьет вас обоих, узнав, что вы водите его за нос.

— Что Уэсли пообещал тебе в обмен на помощь?

— Не твое дело. У нас с ним заключена сделка. Как только он все разузнает про Танцора, мы уйдем отсюда. Конечно, если ты останешься с ним. Лиа, ты должна быть аккуратнее. Тебе в жизни не заполучить другого такого мужа.

— А я-то думала, что ты ненавидишь всех Стэнфордов.

— Я не могу ненавидеть того, кто пообещал поделиться со мной своими деньжатами. — Он наклонился к ней с улыбкой, обнажив гнилые зубы. — Думаешь, он не обманывает? Выполнит он свое обещание?

— Да, я в этом уверена.

К обеду Уэсли не пришел, и, когда появилась возможность, Лиа спросила у Кэла, где он. Сказав ему, куда уходит, она еще раз попросила Кэла не пускать к ней Ревиса. Собрав в мешок провизию, она пошла в горы, туда, где Уэсли рубил деревья.

Она постояла, наблюдая за ним, за тем, как по его мускулистой спине стекает пот, и почувствовала, что и у нее ладони вспотели. Но все любовное горение в ней погасло, когда Уэс рассерженно повернулся и заметил ее.

— Я принесла тебе поесть, — прошептала она с трудом, потому что в горле у нее пересохло.

Он медленно опустил топор на землю и направился к ней. Она непроизвольно отпрянула.

— Я не собираюсь нападать на тебя, не бойся.

— Я не боюсь. Я пришла кое-что сказать тебе. Эйб говорит, что мы с тобой… сегодня утром… понимаешь, он боится, что Ревис начнет нас в чем-то подозревать.

— В том, что мы с тобой валялись в кустах, а потом поссорились?

Когда он присел на пень, Лиа бросила на него быстрый взгляд.

— Ты хотел, чтобы Ревис в это поверил?

— Конечно. А с чего бы еще я разыгрывал злость и недовольство?

— Разыгрывал? — Она опустилась на землю рядом с ним. — Ничего не понимаю.

— Брат учил меня, что лучше всего не посвящать женщин в свои планы. Узнав, что ты совершила глупость, вернувшись в лагерь Ревиса, — он посмотрел на нее с упреком, — я понадеялся, что ты поступишь благоразумно и сделаешь вид, что с первого взгляда безумно влюбилась в меня, но понял, что требовать этого от женщины нельзя, особенно от тебя, Лиа. Еще ни в ком я не видел такой силы духа противоречия. Каждый раз, когда ты получаешь от меня то, что тебе нужно, ты передумываешь. Ты хотела стать моей женой, а когда я женился на тебе, ты передумала. — Она хотела оправдаться, но Уэс отмахнулся. — Это я сказал только к слову. Но мне хотелось, чтобы ты находилась в безопасности в Суитбрайаре, а когда отказалась уйти туда, я надеялся, что смогу защитить тебя здесь. Но ты, как мне кажется, умеешь совершать поступки, полностью противоположные тому, чего хочу я.

— Я не могла уйти с тобой, когда отвергла Ревиса.

Он был способен…

— Если ты еще раз скажешь, что Ревис убил бы меня, я задушу тебя, — ответил он, успокаиваясь. — Лиа, неужели ты думаешь, будто я настолько слаб, что ты должна защитить меня своим хрупким тельцем? Я уже говорил, что не позволю тебе направлять ход событий; а ты, черт побери, по-прежнему пытаешься всех и вся взять в свои руки. Если я прошу тебя пойти влево, ты идешь вправо. Мне приходится не только заниматься Ревисом и Танцором, но и беспокоиться о том, что ты сотворишь в очередной раз: ведь тебе кажется, будто ты единственный умный человек во всем свете. Кроме Ревиса, — добавил он, и в глазах его появилось горькое выражение. — Ты почему-то считаешь, что Ревис до того умен, что может убить меня, а мне эта мысль даже в голову не приходит.

— Дело не в его уме, но он просто негодяй, а ты нет. Ты хороший, добрый и…

Уэсли держал в руке кусок хлеба из кукурузной муки и, склонив голову, разглядывал Лию.

— Прошлой ночью ты сказала, что такого красавца, как я, тебе не приходилось видеть, а сейчас говоришь, какой я хороший и добрый. Лиа, ты начинаешь в меня влюбляться?

— Ни за что! — воскликнула она и покраснела.

— Жаль, — пробурчал он.

— Что ты замыслил? — поспешно спросила она, чтобы скрыть смущение.

— По правде говоря, Лиа, я боюсь сказать тебе правду. Если я расскажу, что собираюсь делать, тебе придет в голову, что для меня это слишком опасно, и ты совершишь нечто такое, что приведет к обратному результату. Конечно, я мог бы рассказать тебе нечто противоположное моим замыслам, и тогда ты совершенно случайно помогла бы мне.

— Да как ты!.. — резко выкрикнула она, поднимаясь с земли.

Уэсли схватил ее за бедро и привлек к себе; его губы приблизились к ее лицу:

— Как же ты могла наговорить мне столько мерзостей прошлой ночью, если в действительности считаешь, что я хороший и добрый?

— А почему ты веришь только хорошим вещам, которые я о тебе сказала, а не плохим? Разве ты когда-нибудь слушал меня?

Выпустив ее из объятий, он опять заглянул в мешок с припасами.