Виктория Холт - Леди-Солнце

Расставшись с доктором Берли, Эдуард немедленно стал готовиться к отъезду.

Его сестра, имевшая обыкновение являться без предупреждения, ворвалась к нему в покои раскрасневшаяся и сердитая.

— Я слышала, ты едешь во Францию! — закричала она.

— В Брабант, — уточнил брат. — Хочу отплыть уже завтра. — А я должна торчать здесь? Совсем одна?

— Наверное, так, сестрица.

Она топнула ногой.

— Не хочу! Почему со мной так поступают? — Глаза ее наполнились слезами. — Эдуард, возьми меня с собой! Ну пожалуйста.

Она подбежала и обхватила его руками, но он спокойно отстранил ее, проговорив:

— Как же я могу? Подумай сама. Отец ничего не приказывал в отношении тебя.

— Но ведь он обещал!.. Обещал, когда уезжал отсюда. Говорил, придет день, и он меня возьмет с собой.

— Выходит, день еще не наступил.

Она заплакала в голос.

— Как жестоко с вашей стороны! Вы меня совсем не любите.

— Ты прекрасно знаешь, что это не так, Изабелла.

— Ненавижу этот дворец и все, что здесь!

— И снова говоришь неправду, — сказал Эдуард терпеливо. — Леди Омер любит тебя, и ты любишь ее. Тебе хорошо с ней. Сама говорила.

— Хочу во Францию… — продолжала всхлипывать Изабелла.

Эдуарду надоело уговаривать ее, и он молча ушел: станет он тратить драгоценное время на избалованную сестрицу…

Назавтра он уже отправился в путь. Провожая его, Изабелла снова рыдала, но ему было не до нее — он был устремлен в тот день, когда встретится с отцом, с матерью, увидит, что делает отец, готовясь к победным сражениям, услышит его слова про битвы, которые впереди. О девчонках — таких, как сестра Изабелла или невеста Маргарет, — он и не вспоминал.

Плавание по морю прошло благополучно, и вот он впервые ступил на континент. Все было ново и интересно, но он горевал, что ему еще так мало лет! Он хотел быть старше, чтобы сразу встать под знамена отцовской армии хотя бы простым солдатом!..

Обычно сдержанная Филиппа горячо обняла сына, когда они встретились, и от волнения долго не могла говорить. Как он вырос! Совсем мужчина! И как похож на отца: те же светлые густые волосы, высокие скулы, тот же орлиный нос с горбинкой и пронзительно-голубые глаза. Таким сыном может гордиться любая мать! В нем все от короля, и сам он как настоящий король! Хорошо, что она дала ему имя Эдуард.

Отец тоже был в восхищении от него. Но и о сыне, родившемся недавно, он также не забывал. Лайонел рос не по дням, а по часам и был здоров и весел. Воистину с сыновьями ему повезло, радовался король. Если бы и в войне, которая близится, он был так же удачлив! Дай-то Бог…

Принц Эдуард подробно отвечал на вопросы родителей, рассказывал о своем учении, о сестре Изабелле, о Лондоне, но ему хотелось услышать от отца о делах военных, о том, отчего до сих пор тот не победил короля Филиппа и не стал властителем Англии и Франции.

— …Дорогой сын, — говорил ему отец, — тебе еще нужно многому научиться. Когда я был в твоем возрасте, я думал и рассуждал так же, как и ты. Слишком рано став королем, я решил ринуться в поход на Шотландию. Там я получил первый горький урок и узнал, что война проглатывает деньги, очень много денег. Нужно платить солдатам, платить за оружие и снаряжение, платить за дружбу.

— За дружбу?! — удивился принц. — Никогда не думал, что ее можно крепить деньгами или подарками.

— Вижу, добрый доктор Берли из Оксфорда не напрасно занимается твоим образованием, — с улыбкой сказал король и серьезно добавил: — Покупать приходится не друзей, а союзников. Я назвал их друзьями, но они с таким же успехом могут превратиться во врагов, если кто-то им предложит лучшие условия. На тебя, мой сын, я тоже вынужден возлагать надежды, и вскоре мы вместе встретимся с герцогом Брабантским.

— Он один из друзей-врагов, кого нужно купить?

— Его помощь мне необходима, — уклонился король от прямого ответа.

— Отец, тебе очень нужна корона Франции? — вдруг спросил принц.

Подавив охвативший его гнев, король коротко ответил:

— Она моя по праву.

— Значит, мы отвоюем ее! — воскликнул принц. — Я мечтаю встать рядом с тобой в битве!

— Такой день наступит, мой сын. Надеюсь, он наступит…

Принц Эдуард был не в восторге от перспективы предстать перед герцогом, который будет рассматривать его, будущего мужа дочери. И не горел желанием увидеть нареченную. Это может подождать. Главное сейчас — начать войну и одержать первые победы, а уж тогда все эти герцоги и графы сами станут напрашиваться в друзья… Но самое, самое первое — деньги. Так говорил отец.

Деньги, звонкая монета, казна!.. Как ни назови, они решают все: еда, одежда, оружие, подкуп, развлечения — все зависит от них. Принц начинал понимать, что деньги не падают с неба, а достаются с трудом и от их нехватки страдают не только бедняки. Выходит, от них зависит и победа в войне? Но где же их брать? Ответа он не знал.

В эти дни ожидания и раздумий принц Эдуард познакомился с молодым человеком из окружения отца. Его звали Джон Чандос, он был красив, лет на десять старше принца. В его облике было нечто, говорящее о чести и благородстве, и принца, много размышлявшего в то время об этих свойствах, потянуло к нему.

Эдуарду захотелось узнать, что он думает о том, почему король никак не начинает настоящую войну. Может ли это означать, что ни одна из сторон не хочет этого и предпочитает такое неопределенное состояние?

Молодой человек ответил не сразу. Потом неуверенно произнес, что можно подумать и так, но, пожалуй, все упирается в нехватку денег. Джон Чандос сказал, что сам слышал слова Робера д'Артуа и ответную клятву короля. Видимо, добавил он, когда король произносил ее, то еще не думал о том, готова ли армия к такой войне.

Принцу понравилась откровенность Джона. Он сказал, что хотел бы встречаться с ним почаще, на что тот с радостью согласился.

Джон был не только приятным прямодушным собеседником, но и неплохим утешителем. Когда принц вновь выразил сожаление, граничащее с отчаянием, что его годы не дают возможности принять участие в сражениях наравне с отцом, Джон Чандос с улыбкой сказал:

— А представьте, что вы были бы лет на пять старше и вас женили бы уже по-настоящему на Маргарет Брабантской.

— Но я не хочу!

— Вот видите. Так что благодарите небо за свои юные годы.

Принц не мог не рассмеяться. Дружба их крепла с каждым днем.

Королева Филиппа была рада, что у сына появляются достойные друзья. Джон Чандос был не слишком знатного происхождения, но его семья вполне могла считаться благородной. Филиппа хорошо знала его сестру, которая была у нее фрейлиной и проявила себя с самой лучшей стороны, как теперь и ее брат на службе у короля. Конечно, этот молодой человек благотворно повлияет на мальчика.