Молли Харпер - Искусство обольщения обнаженного оборотня

– Хорошо, – сказал он и обнял меня. – Поскольку вскоре я собираюсь просить тебя выйти за меня замуж. Я знаю, что это вроде как подходящий момент в связи с успешным лишением девственности, укусом и всем остальным. Но я не хотел делать это тогда, когда ты того ожидаешь. И не знал, хочешь ли ты обручальное кольцо или нет. Я не видел, чтобы женщины в стае носили их.

Я улыбнулась и поразилась тому, насколько легко я приняла эту мысль после целой жизни постоянных насмешек над счастливыми семейными парами. И опять же, помолвка – это что-то вроде столкновения на дороге в сравнении с пожизненной связью через укус на заднице.

– При обращении кольца легко соскальзывают, – сказала я ему. – Большинство из нас делают татуировку на пальце. Но если для тебя это слишком, то некоторые женщины принимают ожерелья в знак помолвки. Цепочка должна быть прочной и довольно длинной, чтобы носить её на шее в любой форме.

Он усмехнулся.

– Ты этого хочешь?

– Я не в особом восторге от иголок. – Я пошевелила бровями. – Мне нравятся цветные камни. Не покупай мне бриллиант размером с дверной молоток. Просто небольшой камушек.

– Какого цвета?

Я улыбнулась, убрав светлые пряди волос с его глаз.

Глава 12

Я проснулась, радуясь, что в этот момент оказалась в человеческом обличье.

Я лежала в постели Ника, завернувшись в его одеяла. Чувствовала его запах на всём своём теле, словно каталась по Нику всю ночь. Я улыбнулась и потянулась на кровати, лёжа в уютном гнёздышке из подушек. Не думаю, что когда-либо чувствовала себя более комфортно.

Я приподнялась на локтях, слушая, как Ник ходит по дому. Но сквозь дверь спальни ощутила странное напряжение, исходящее из гостиной. Набросив на себя одну из его футболок, я тихонько пошла в направлении звука его голоса.

– Ты точно знаешь, почему нет! – Ник был одет в твидовый пиджак поверх рубашки с галстуком и ходил туда-сюда с прижатым к уху сотовым телефоном. Он заметил меня и застыл, когда человек на другом конце линии, казалось, начал распускать нюни. Ник смущённо покачал головой, а затем прокричал: – Мне всё равно! Мне всё равно, если для тебя это кончится «выселением», что, как мы оба знаем, означает «дилер вытрясет из меня всю душу». Я не должен тебе ни единой чёртовой монеты! Если уж мы начинаем разговор о долгах, то давай вспомним о деньгах, которые отец посылал тебе снова и снова, чтобы помочь «вернуться домой», что, казалось, никогда не побуждало тебя засунуть свою задницу в автобус. Или как насчёт того дерьма, которое ты вытащила из моей квартиры, когда просто «вынуждена» была неделю спать на моём диване? Поверь, я в двойном размере вернул тебе то, что ты потратила на моё несчастное детство. – Благодаря своему сверхчувствительному слуху я услышала, как контральто звонившего перешло от бесполезных рыданий к злобному потоку проклятий. – Знаешь, что? Валяй, звони в прессу. Расскажи свою чёртову поддельную слезливую историю кому угодно, кто будет её слушать. Мне плевать. Чёрт, да людям, вероятно, будет жаль меня. У игры появятся тысячи новых подписчиков.

Ник закрыл телефон и заорал, швырнув его через всю комнату. Мобильник отскочил от бычьего черепа и с грохотом приземлился на столешницу.

– Да, ты прав, плохой телефон, – произнесла я, подняв бровь. – Взгляни на него, лежит там, весь такой высокомерный. Телефон точно получил по заслугам.

Ник резко схватил меня и завладел моим ртом с таким неистовством, что у меня перехватило дыхание.

– Твоя семья, – сказал он, его руки дрожали на моих щеках. – Ты знаешь, как тебе повезло, что она у тебя есть?

Я кивнула.

– Да. А теперь расскажи, что случилось.

– Моя мать. – Ник сел и вздохнул, опустив голову. Я устроилась у него на коленях, расставив ноги, и убрала волосы с его лица. – Та же сама старая песня. Она живёт в Нэшвилле. И когда трезва, хочет быть следующей суперзвездой кантри. Мать просрочила платёж за квартиру. И ей просто необходима жалкая тысяча баксов, чтобы внести его до конца месяца. И она не понимает, почему я такой неразумный и скупой, когда у меня так много денег. Она должна была следовать за своей мечтой и оказала мне услугу, оставив меня с отцом. И ничего не могла поделать, раз уж он оказался пьяницей. И однажды даже прислала мне поздравительную открытку на день рождения. А также ей не хотелось бы ради собственного выживания прибегать к продаже истории о бедной матери игрового магната. Рассказывать, перемежая свою речь всхлипами, как купила мне первый подержанный компьютер на гаражной распродаже. Я ведь даже не пишу программный код для чёртовой игры. Но она не понимает этого. Её не интересует то, что я сделал, а заботит лишь то, сколько денег заработал.

Я не могла понять этого. До предательства Эли я никогда не сталкивалась с тем, чтобы члены семьи враждебно относились друг к другу. Это было чуждое мне поведение – желать высосать деньги из члена стаи. Конечно же, если кто-то в нашей стае нуждался в средствах, то они, считай, лежали в его кармане ещё до того, как он об этом заикнулся. Мы заботились о своих. И если какие-то люди имели склонность к тому, чтобы жить за чужой счёт, то мы просто принимали это как часть их индивидуальности и лишь слегка поддразнивали.

Я провела рукой по щеке Ника. Он просительно взглянул на меня своими светло-голубыми глазами в надежде на что-то вроде одобрения, поддержки. Я поцеловала его в лоб.

– Не беспокойся о ней. Ты не сможешь отделаться от подобных людей, дав им то, что они хотят. Они вернутся за большим, – сказала я. – К тому же, ты не нуждаешься в ней. У тебя есть новая семья. Мы не совсем нормальные, но как только ты становишься нашим, то это навсегда.

Я наклонила голову и прижалась лбом к его лбу.

– Я люблю тебя, – произнёс он голосом, от которого моё сердце болезненно сжалось.

Я постаралась скрыть это, поглаживая его руки и мягко вращая бёдрами на его коленях.

– А ты озорник, раз одеваешься так перед отъездом из города, – промурлыкала я, когда его пульс участился, а дыхание стало частым и неровным. Его руки скользнули под мою рубашку и начали вырисовывать волнующие маленькие узоры на спине. – Ты сделал это специально, чтобы спровоцировать меня, – пробормотала я у его рта, расстёгивая молнию штанов, засовывая руку за пояс и обнимая пальцами его твёрдый горячий член. – Это похоже на вычурный вариант выхода к гостям в плёнке для заворачивания продуктов.

Ник нежно опустил меня на диван и устроился сверху, когда я стянула с его плеч пиджак.

– Я тут думал…

– Обожаю, когда ты думаешь.

– Я знаю, ты не хочешь сразу заводить ребёнка. И меня это устраивает. Я не думаю, что в ближайшее время нам следует прекращать использование противозачаточных средств. Но мы можем, скажем, уменьшить наши шансы, пробуя другие варианты, которые не так рискованны, но доставляют не меньшее удовольствие.