Марша Кэнхем - Меч и роза

Алуин прищурился, переводя взгляд с капрала Питерса на Алекса:

– А это еще кто такой?

– Капрал Джеффри Питерс, – воинственно объяснил Алекс, – к нашим услугам. Точнее, к услугам этих двух... – он помедлил, подыскивая слово, – авантюристок.

– Капрал Питерс помог нам выпутаться из чрезвычайно неприятного положения! – с вызовом выпалила Дейрдре. – Он согласился сопровождать нас, зная, что рискует жизнью. И если бы мистер Максорли не узнал нас, неизвестно, что часовые могли сделать с капралом... и с нами.

– Напрасно вы считаете, что опасность миновала, – вкрадчиво предостерег Алекс. – Я по-прежнему жду объяснений. Кэтрин! Не находишь ли ты, что твое молчание неприлично затянулось?

Дейрдре побледнела и шагнула вперед.

– Сэр, она молчит потому, что до сих пор не оправилась от потрясения. Если хотите, взгляните на царапины и синяки на ее лице. Может быть, тогда вы поймете, как жестоко было с вашей стороны запугивать нас.

Она прикусила дрожащую губу, наблюдая, как Александер впивается пристальным взглядом в лицо жены. Еще один томительный, напряженный миг – и он вскочил, не сводя с нее глаз. Обойдя вокруг стола, он остановился перед Кэтрин, ошеломленный тем, что видит на ее лице вовсе не тень от фонаря. Он осторожно приподнял ее голову, наклонил в сторону, к свету, чтобы рассмотреть лиловый синяк на щеке и опухоль под глазом. Еще до того как он успел все понять, его взгляд скользнул ниже, к шейному платку, который сбился, открывая уродливые черные следы пальцев.

– О Господи... – прошептал Алуин, подошедший к Алексу. – Что случилось?

Кэтрин медленно открыла наполненные слезами глаза и взглянула на мужа.

– Сегодня утром, когда мы проснулись, дом был пуст, – заговорила Дейрдре. – Почти все слуги разбежались кто куда. В дом явился один английский офицер... из отряда, который находился в поместье до вашего появления. Он вернулся первым – должно быть, догадался, что некоторое время дом будет пустовать. Так или иначе, он... воспользовался тем, что миледи осталась одна, и...

Кэтрин почувствовала, как рука ее мужа, поддерживающая подбородок, содрогнулась. Ей и прежде случалось видеть Александера в гневе, которого так боялись его враги, но она еще никогда не сталкивалась с такой неприкрытой, всепоглощающей яростью, повелевающей всеми мышцами его сильного тела, его сухим коротким дыханием, самой жизнью.

– Струан, оседлай Тень и будь готов через пять минут.

– Я еду с тобой.

– Нет! – выкрикнула Дейрдре и схватила Максорли за руку, не давая ему покинуть палатку. – Нет, возвращаться туда не надо!

– Я хочу знать, кто он, – с пугающим спокойствием произнес Алекс. – Алуин!

Маккейл взял Дейрдре за плечи и резко повернул к себе:

– Его имя, Дейрдре... ты знаешь этого мерзавца?

Она изумленно открыла глаза: лицо ее нежного и любящего мужа вдруг ожесточилось. В неистовой ярости Алуин изменился до неузнаваемости, и Дейрдре стало страшно.

– Не надо! – вмешалась Кэтрин, преодолевая боль в горле. Она вцепилась одной рукой в Алекса, другой – в Алуина и устремила умоляющий взгляд на Струана. – Он уже мертв. Тот, кто напал на меня, умер.

– Умер? – переспросил Алуин. – Как это случилось? Кто его убил?

Кэтрин перевела взгляд на мужа:

– Мы с Дейрдре. У нас не было выбора... нам пришлось защищаться.

Александер непонимающе вскинул голову:

– Что? Что ты сказала?

– Это правда, сэр, – робко вмешался капрал Питерс. – Поначалу я тоже не поверил им, но они говорят правду, ей-богу!

– А откуда это вам известно? – рявкнул Алекс, оборачиваясь к капралу, как зверь в поисках жертвы – любого человека в мундире британской армии.

– Я отправился на поиски лейтенанта Гудвина... да, это был он. Полковник велел мне сообщить ему место и время встречи с отрядом Камберленда. Прежде я замечал, как ведет себя Гудвин в присутствии миссис Монтгомери, и я... словом, я сообразил, куда он мог уехать, едва услышав, что мя... то есть якобиты отступили. К тому времени как я добрался до поместья, все было кончено. Дамы сумели справиться с ним... – Его голос дрогнул, взгляд стал отчужденным при воспоминании о том, как он вошел в гардеробную, склонился над изуродованным до неузнаваемости трупом лейтенанта Гудвина и убедился, что тот мертв. – Я впервые видел такую смерть, сэр, клянусь! Жаль, что я опоздал и не успел прикончить его своими руками. А когда я увидел, что он сделал с миссис Монтгомери... словом, я был готов растерзать его!

– Продолжайте, капрал.

– Я выслушал объяснения и понял, что дамам нельзя оставаться в поместье, иначе их возьмут под стражу. Я попытался убедить их выбрать другое направление, я знал, что брат миссис Монтгомери живет в Лондоне, но они и слушать не захотели. Они заявили, что отправятся вслед за вами, объяснив, что вы доставите их в Блэкпул, а там они дождутся возвращения мужа миссис Монтгомери. Я сумел настоять лишь на одном: чтобы они позволили мне сопровождать их.

– Прости, Алекс... – тихо расплакалась Кэтрин. – Мы не знали, как быть и где мы будем в безопасности.

Алекс бережно обнял ее, проклиная судьбу, которая так жестоко посмеялась над ним. В безопасности!

– Капрал Питерс, – он отыскал взглядом офицера, – я глубоко признателен вам за то, что вы отважились пойти на риск ради моей жены и миссис Маккейл. Приношу вам глубочайшие извинения. Если мы можем чем-нибудь отплатить вам – говорите, не стесняйтесь.

– Вашей жены, сэр? Но... – Питерс нахмурился, забыв о воинской дисциплине. – Но я думал... мне говорили, что мистер Монтгомери – торговец...

Высвободившись из объятий Алекса, Кэтрин обернулась к растерянному капралу:

– Простите, что я солгала вам. Видите ли, я не знала, как вы поступите, когда выяснится, кто на самом деле мой муж. Моя настоящая фамилия – Камерон. Миссис Александер Камерон.

Капрал Питерс слабо улыбнулся ей и собирался что-то сказать Алексу, как вдруг обратил внимание, на его смоляные волосы, широкие плечи, перекатывающиеся бугры мышц.

– Разрази меня гром! – воскликнул он. – Так это вы! Тот самый Черный Камерон!

– Просто Александер или Алекс. – По-хозяйски обняв Кэтрин за талию, Алекс протянул руку капралу.

Питерс растерялся, затем принялся суетливо вытирать свою взмокшую ладонь и наконец обменялся с Алексом рукопожатием.

– Для меня это огромная честь, сэр. Да, я хотел бы попросить вас об одном одолжении: чтобы мне позволили капитулировать, отдав оружие лично вам.

Алекс попытался было возразить, но капрал остановил его:

– Прошу вас, сэр! Мой отец сорок лет провозглашал тосты за «короля, который за морем». Мне не хватило духу сразу присоединиться к вам, но теперь, когда я здесь... и я... словом...