Мэгги Осборн - Луна прерий

Снова укладываясь на подушки, она уставилась в потолок. Все эти годы деньги Камерона каждый месяц поступали в банк, что дало ей возможность оставить работу в салуне.

Она припомнила его замечания по поводу фермы. Должно быть, он полагал, что дополняет содержание, которое она получает от отца Кларенса, не подозревая, что лишь благодаря его помощи она смогла выжить.

И если она телеграфирует в банк Ту-Крикса, чтобы ей перевели некоторую сумму денег, достаточную для завершения поездки в Атланту, это будут деньги Камерона. Джеймс Камерон являлся частью ее жизни уже десять лет, только она об этом не знала.

Следующие несколько дней Делла просыпалась на рассвете, одевалась и отправлялась гулять по улицам Сент-Луиса. Только иногда она обращала внимание на дома или магазины, мимо которых проходила. По большей же части она уносилась мыслями в прошлое, обдумывая все, начиная с того дня, как она юной девушкой прибыла в Атланту, вплоть до ночи, когда переспала с янки, убившим ее мужа.

На четвертый день утром Делла вновь вернулась в небольшой, по-зимнему темный парк и села на знакомую скамью. Настало время подсчитать ресурсы и принять решение.

Денег почти не осталось. Придется телеграфировать ее банкиру в Ту-Крикс.

Делла все же решила добраться до Атланты. Ведь большая часть пути уже пройдена, а ей так хотелось увидеть дочь.

Поглощенная своими мыслями, она вдруг почувствовала, что кто-то сел рядом, и ощутила изысканный аромат крепкого кофе.

Она резко повернула голову.

– Ты! – Делла напряглась. – Как ты нашел меня?

Это был глупый вопрос, она поняла это, как только слова сорвались с языка.

Камерон поставил одну чашку на скамью между ними, а вторую взял в руки.

– Прошу тебя, Делла, выслушай меня. Я буду краток.

Глава 18

– Я не стану просить прощения за то, что убил Кларенса Уорда.

Камерон понимал, что эти слова лишь усугубят тяжесть положения. Будь оно все проклято.

– Мне хочется плеснуть этот кофе тебе в лицо, – процедила Делла сквозь зубы. – У меня для этого тысяча причин.

– Шла война. Не убей я Кларенса, он убил бы меня. Только одному из нас суждено было выжить. Я не боюсь смерти, но и не позволю с легкостью лишить меня жизни. Человек, который меня осилит, должен быть проворнее, чем я, лучше и удачливее меня. Кларенс был не таков, во всяком случае, в тот момент.

– Нет смысла об этом говорить. – Она коснулась чашки, но не подняла ее. – Мне холодно. Я возвращаюсь в гостиницу.

– Я купил офицерский патент и отправился на войну. Десять лет ждал, прежде чем вернуть то, что принадлежало тебе по праву. Не сказал правды, зная, что ты станешь меня презирать. Эти три поступка я никогда себе не прощу.

– Презирать – мягко сказано. Ты должен был сразу сказать мне правду! Возможно, ничего бы не изменилось или изменилось бы все. Каждый пошел бы своей дорогой. – Глаза ее сверкали, нервно подергивалась щека, но она осталась сидеть на скамье.

– Что сделано, то сделано, но я бы хотел тебе помочь улучшить твою жизнь.

– Это ужасно, что именно ты убил Кларенса.

– Его мог убить любой солдат-янки.

– И после этого ты пустил меня в свою постель.

– Тут мне нечего возразить, – помолчав, сказал он.

Делла стиснула кулаки.

– Ты явился в мой дом, сидел за моим столом. Я считала тебя другом моего мужа! Мало того! Влюбилась в тебя!

Все десять лет он мысленно представлял себе этот разговор. Ее слова и выражение лица не были для него неожиданностью и не должны были бы так ранить его.

– Я хочу увидеть, чем кончится эта поездка.

– Плевать я хотела на то, что ты хочешь.

– Думаю, ты тоже этого хочешь, Делла. Хочешь увидеться с Клер, поговорить с ней, выяснить, сможете ли вы жить вместе. Я знаю. – Он поднял руку. – Ты говорила, что хочешь только взглянуть на нее. Но может быть, эта встреча положит начало вашей совместной жизни.

Она с презрением посмотрела на него.

– Думаешь, я поеду с тобой дальше, будто ничего не случилось?

– Я обещал отвезти тебя к дочери и хочу выполнить свое обещание. Тебе не придется сидеть рядом со мной в поезде или делить со мной трапезы. Мы продолжим путь на любых приемлемых для тебя условиях.

Наступило молчание.

– Это ты каждый месяц посылал мне деньги? – заговорила Делла. Он не ответил, и она вздохнула. – Я так и думала. Расскажи-ка мне кое-что, Камерон.

Снова Камерон. В ночь, когда она пришла к нему, она назвала его Джеймсом. Никто не называл его так.

– Мне хотелось бы понять. Ты посылал мне деньги, теперь везешь к дочери. Это помогает тебе освободиться от угрызений совести? Когда эта поездка закончится, ты сможешь отбросить воспоминания о войне и окончательно освободиться от нее?

– Я убил сотню людей, у которых были жены, родители, дети, ждавшие их возвращения, – ответил он. – Если бы мне были известны имена этих людей, я попытался бы сделать что-то во искупление своей вины. Но мне известно имя только одного солдата Конфедерации.

– Поэтому ты будешь охотиться и убивать преступников, чьи имена и обстоятельства тебе известны. – Она встретилась с ним взглядом. – Помогая мне, ты не можешь изменить ни своих воспоминаний, ни того, что ты чувствуешь или считаешь своим долгом.

– А что еще я могу сделать?

– Ты сказал, что, когда убил последнего человека на этой войне, враг для тебя как бы обрел лицо. – Делла поднялась со скамьи. – Теперь и мой враг обрел лицо.

– Осталось еще кое-что, – сказал он, тоже поднявшись. – Больше мы уже не будем возвращаться к этому.

Она отступила назад, не отрывая от него взгляда.

– Я не воспользовался тобой, чтобы удовлетворить мимолетную прихоть. Думаю, ты и сама это знаешь, иначе не пришла бы ко мне в ту ночь. Долгих десять лет я почти каждый день смотрел на твою фотографию, Делла. Иногда мне казалось, что я любил тебя всю жизнь – Она побледнела. – Но когда ты пришла ко мне в постель, я должен был остановить тебя и рассказать всю правду. Нет. Мне следовало это сделать в тот самый вечер, когда я подъехал к твоему дому.

– Ты злоупотребил моим доверием. Воспользовался обстоятельствами, – прошептала она.

– Единственное, что я получил от тебя, – это воспоминания. Это все, чего я желал. – Когда она отвернулась от него, он вытащил из кармана часы. – У нас в запасе три часа до отхода поезда. Ты едешь или хочешь, чтобы я отправил тебя обратно в Техас?

Она подняла голову, глаза ее сверкали.

– Ты должен мне эту поездку, Камерон!

– Я тоже так считаю.

Делла двинулась за ним, отказавшись принять предложенную им руку и поддернув сбоку юбку, чтобы подол не касался его ног.

Камерон посмотрел на грузовую повозку, с грохотом проезжавшую мимо небольшой калитки парка, и поправил шляпу.