Сара Уэстли - Поединок с тенью

– Не на дуэли.

– Не скрывайте ничего, святой отец, – мрачно произнесла леди Сен-Обэн. – Расскажите нам все, что знаете.

– Как говорит его свита, – неохотно начал отец Джон, – это случилось в результате пьяной потасовки. Мечи были вынуты из ножен… Вроде бы ссора вышла из-за женщины.

– Из-за потаскухи, – уточнила леди Сен-Обэн с отвращением и болью в голосе и вытерла горячий лоб сына смоченной в холодной воде тряпкой. – Неужели вы думаете, что я не знаю, в кого превратился мой сын, святой отец? Ему никогда в жизни не везло.

– Ему повезло, ведь он родился Сен-Обэном! – возразила Дженевра. – Если бы он преодолел в себе зависть к старшему брату, если бы отказался от злобной ненависти, на которую истратил все силы своей души…

– Дрого честно заслужил свои шпоры, – тихо вставила Алида. – Бедный мой брат!

– …но он пренебрег рыцарскими обетами, а мог бы покрыть свое имя славой, как Роберт, – сказала Дженевра.

– Роберт во всем опережал его, – угрюмо заметила леди Сен-Обэн. – К тому же Дрого считал брата виновным в твоем несчастье, дочь моя. Такое трудно простить.

– Ты же знаешь, что это не так! Зачем заставлять Роберта понапрасну мучиться чувством вины. В любом случае Дрого никогда не испытывал ко мне глубокой привязанности, – с горечью произнесла Алида, – он не постеснялся сделать из моей слепоты орудие мести. Нет, мама, моя беда для Дрого была лишь поводом для вражды. А ты его поощряла.

– Ничего подобного, моя девочка!

– Ты могла бы дать ему понять, что ты с ним не согласна. Ты должна была попытаться сгладить трещину…

– Вражда между братьями – дело обычное во многих семьях. Дрого хотя бы никогда не насылал своих людей на Роберта…

– Да, – согласилась Алида. – У него сохранились еще остатки чести.

– Однако он мог убить Роберта на дуэли не моргнув глазом, – выпалила Дженевра. – В Мерлинскрэге он был готов на это. А Роберт, – мягко продолжила она, – дважды пощадил Дрого. Ради вас, миледи.

– Неужели? – удивилась леди Сен-Обэн, однако лицо ее вспыхнуло – как подумала Дженевра, от смущения. – Оставьте меня с сыном, – грубо приказала она. – Если понадобится, я вас позову, отец Джон.

В этой суматохе, поднявшейся вокруг больного, Дженевра еще не удосужилась спросить, с какими новостями вернулся священник. Когда все покидали комнату леди Сен-Обэн, он замешкался у двери и, подождав Дженевру, дотронулся до ее руки.

– Можно мне поговорить с вами, миледи?

– Конечно, – ответила та. – Мне не терпится узнать, увенчались ли успехом ваши поиски! Пойдемте ко мне.

Она повела священника в свою комнату и усадила его на табурет возле небольшого столика, на котором стояла бутыль с вином и рожок для питья.

– Освежитесь медовухой с пряностями, – предложила Дженевра.

Отец Джон отлил себе немного вина в рожок и выпил.

– Благодарю вас, миледи. А теперь к делу. Я спешил к вам с хорошими новостями, когда на постоялом дворе встретил сэра Дрого.

– С хорошими новостями, святой отец? – Она сцепила руки у себя на коленях. – Вы нашли священника, который обвенчал моих родителей?

Отец Джон посмотрел на Дженевру и произнес:

– Нашел, миледи. Прежде всего я навел справки во дворце в Элтаме. Там еще остались люди, которые помнили времена, когда леди Маргарет Хескит прислуживала покойной королеве. Они кое-что слышали о любовнике леди Маргарет, но ничего не знали о свадьбе – наверное, эта тайна хранилась свято. Однако мне удалось узнать имя священника, который в то время был духовником всех обитателей дворца. Он вроде бы удалился на покой в монастырь в Кенте.

– Это недалеко оттуда?

– Примерно на расстоянии пяти лиг. Тогда я пустился в путь и нашел обитель, где он живет до сих пор, тихо и спокойно. Это старик, ему примерно лет семьдесят.

– Он помнит мою мать? – с живостью спросила Дженевра, поскольку отец Джон опять замолчал и снова отпил вина.

– Да, миледи, и вашего отца – тоже. Это был очень красивый и достойный джентльмен, если верить отцу Саймону. Он обвенчал их в близлежащей церкви и потом отслужил торжественную мессу. Он поклялся никому не говорить о церемонии без их разрешения. – Священник сделал гримасу и снова отпил вина. – Мне пришлось долго уговаривать его, что вам, оставшейся сиротой, необходимо доказательство законности вашего рождения. И только после этого досточтимый старец заговорил!

– Но он все же заговорил! О, отец Джон! Спасибо вам! Я так счастлива! У вас есть письменные доказательства или только его слова?

– Он дал мне подписанное заявление. Вот оно.

Отец Джон вручил Дженевре лист пергамента, который та быстро прочитала. И по мере того, как она читала, лицо ее менялось, на нем вскоре появилось выражение полнейшего счастья.

Как только она закончила чтение, отец Джон передал ей еще один документ, вынув его из-под рясы.

– Вот копия самой записи, которая хранится там, в церковных свитках, и ее можно увидеть в любое время.

Дженевра дрожащей рукой взяла другой лист пергамента. Она внимательно прочитала его, и у нее на глазах выступили слезы.

– Значит, никакого сомнения нет, – тихо произнес отец Джон. – Вы рождены под сенью Святой церкви и являетесь законной наследницей состояния лорда Уильяма Эгертона.

Едва он закончил говорить, Дженевра упала перед священником на колени и схватила его за руки.

– Благодарю вас, дорогой отец Джон! Как я смогу отплатить вам за все, что вы для меня сделали? Ваша услуга просто неоценима! Останетесь ли вы здесь или захотите возвратиться в Мерлинскрэг, у вас никогда ни в чем не будет недостатка.

Священник улыбнулся. Усталость его как рукой сняло.

– Мне очень понравилось путешествовать, миледи, но, восстановив силы, я хотел бы вернуться к своей пастве. Я буду ждать вашего приезда, буду с нетерпением ждать встречи с лордом Сен-Обэном, но в Мерлинскрэге я нужнее, чем здесь. Так мне кажется.

– В таком случае, разумеется, возвращайтесь. Я еще не сообщила вам, что лорд Нортемпстон умер и мой супруг отбыл на погребение. Вот почему его здесь нет и почему он не встретил вас.

– Граф умер? Скорблю об этом. Однако, насколько я понимаю, вы стали очень богатой женщиной, миледи!

– Все, что у меня есть, принадлежит моему мужу. Я отправила ему гонца с сообщением о приезде Дрого, хотя сейчас он, скорее всего, возвращается.

– Его опечалит болезнь брата, – произнес отец Джон. – Однако обрадуют вести, что я привез.

– И в самом деле. Как жаль, что мой дед не прожил еще несколько недель и не узнал о вашей успешной миссии, пресвятой отец!

– Граф был бы так счастлив… Но он уже укрепился в своем решении. Так что не расстраивайтесь из-за, этого, миледи.