Аманда Квик - Грешная вдова

Артемис кивнул:

– Вы правы.

– Владелец? – Глентхорп взглянул на четыре столовых прибора и вновь посмотрел на Артемиса. – Тогда кто же третий инвестор?

Флад скривил рот в усмешке:

– Я подозреваю, что третьим был Освинн. Он, как и мы, вложил в этот проект все свое состояние. Артемис не выходил из темного утла.

– Вы опять не ошиблись в своих выводах. Впрочем, вы всегда были самым умным из всей троицы, не так ли?

Флад поджал губы.

– А позвольте спросить, просто ради любопытства, какую часть наших инвестиций мы потеряли?

Артемис подошел к столу, взял бутылку и, налив себе в рюмку кларета, посмотрел на собравшихся.

– Вы оба потеряли все, – сказал он.

– Мерзавец! – прошипел Флад.

Глентхорп изумленно раскрыл рот:

– Все? Но это невозможно! А как же наша прибыль? Мы должны были здорово разбогатеть на этом проекте.

– Боюсь, что ваша прибыль, так же как и вложенные вами деньги, ухнула в рудники этого воображаемого золотого прииска в южных морях, – изрек Артемис.

– Вы хотите сказать, что никакого прииска нет?

– Да, Глентхорп. Именно это я и хочу сказать.

– Но… но я заложил свою недвижимость, чтобы получить деньги на покупку акций этого прииска!.. – Ослабев, Глентхорп вцепился в спинку стула. – Я буду разорен.

– Мы все трое поставили на кон гораздо больше, чем могли себе позволить. – Флад злобно уставился на Артемиса. – Мы поверили в иллюзию, а Хант выступил в роли фокусника. Что и говорить, ловко он нас надул!

Глентхорп зашатался. Лицо его исказила гримаса страдания. Он приложил руку к груди и сделал несколько слабых вздохов, потом медленно выпрямился.

– Ничего не понимаю… Зачем? Ради чего он заварил всю эту кашу?

Артемис посмотрел на него в упор:

– Ради Кэтрин Джексон.

Побледнев, Глентхорп кое-как добрался до кресла и рухнул в него как подкошенный.

– Черт возьми! Так это вы прислали мне брелок несколько месяцев назад?

– Я хотел дать вам время на размышления о прошлом, прежде чем сделать следующий шаг, – объяснил Артемис.

– Вы жестокий дьявол, Хант, – почти небрежно сказал Флад. – И как же я раньше об этом не догадался?

– Нет, – Глентхорп потер нос тыльной стороной ладони, – нет, этого не может быть! Каким образом? Все закончилось пять лет назад.

Артемис удостоил его лишь мимолетным взглядом. Самым опасным противником был Флад.

– Отомстить никогда не поздно.

– Но это был несчастный случай! – Глентхорп повысил голос. – Мы здесь ни при чем. Кто бы мог подумать, что эта маленькая вертихвостка будет так сопротивляться? Ей удалось вырваться. Мы хотели ее поймать, но она убежала. А ночь была темной, безлунной. Без фонаря ни зги не видно. Мы не виноваты, что она упала с той скалы.

– А я считаю, что виноваты именно вы, Глентхорп, – мягко проговорил Артемис. – Вы, Освинн и Флад.

– Ну хорошо, – спокойно сказал Флад. – Вы что же, собираетесь нас убить, так же как и Освинна?

Глентхорп от неожиданного обвинения не нашелся что ответить.

– Освинна убили вы? – Он судорожно скривился и вцепился в край стола, чтобы не упасть. – Значит, это был не уличный бандит?

– Конечно, Освинна убил Хант. – сказал Флад. – Кто же еще?

– На самом деле, – произнес Артемис, – я не убивал Освинна.

– Я вам не верю, – заявил Флад.

– Верить мне или не верить – это дело ваше. Но если вы будете все время оглядываться через плечо, опасаясь нападения с моей стороны, вы можете не заметить настоящего убийцу, который подойдет к вам спереди.

– Точно так же, как мы не заметили, что нас заманили в ловушку и разорили? – мрачно усмехнулся Флад.

Артемис улыбнулся:

– Совершенно верно. Советую вам быть поосторожнее с новыми знакомыми.

– Нет, – Глентхорп дышал слабо и прерывисто, – нет, этого не может быть!

Флад вновь поджал губы.

– Если Освинна убили не вы, Хант, тогда кто же?

– Отличный вопрос. – Артемис рассеянно попивал свой кларет. – Надеюсь, что скоро я получу на него ответ. А пока вполне вероятно, что убийца займется кем-то из вас. Вы оба можете стать его следующей жертвой. Вот почему я позвал вас сюда сегодня. Прежде чем вы умрете, я хочу, чтобы вы знали: Кэтрин Дженсон отомщена.

Глентхорп беспомощно потряс головой:

– Но зачем этот злодей будет нас убивать?

– Затем же, зачем он убил Освинна. Он пытается отвлечь меня от другого дела, которым я сейчас всерьез занимаюсь, – объяснил Артемис. – Должен признать, что пока ему это удается. Я не могу допустить, чтобы так продолжалось и дальше.

Флад взглянул на негр:

– От какого другого дела?

– Это вас не касается, – отрезал Артемис. – Достаточно будет сказать, что с настоящего момента я оставлю вас с Глентхорпом в покое. Обстоятельства вынудили меня вступить в игру раньше, чем я планировал. Мне придется удовлетвориться тем, что завтра утром вас прижмут кредиторы.

– Я разорен! – взвыл Глентхорп. – Окончательно разорен!

– Да. – Артемис пошел к двери. – Конечно, это ни в коей мере не может искупить вашу вину за злодейство, совершенное пять лет назад, но у вас по крайней мере будет о чем подумать долгими холодными ночами. Разумеется, при условии, что убийца Освинна не доберется до вас первого.

– Черт бы тебя побрал, негодяй! – прорычал Флад. – Не думай, что тебе это сойдет с рук.

– Если вам кажется, что я каким-то образом задел вашу честь, – очень вкрадчиво проговорил Артемис, – пожалуйста, можете прислать ке мне секундантов.

Флад побагровел от гнева, но смолчал.

Артемис вышел в коридор и закрыл за собой дверь. Он слышал, как что-то ударилось в деревянную панель стены – наверное, бутылка с кларетом.

Спустившись по черной лестнице, он шагнул в туманную ночь. Сырая погода не влияла на энтузиазм толпы, но сегодня вечером большая часть посетителей парка выбирала аттракционы в крытых помещениях. Напротив ресторана сияли огни Хрустального павильона. Артемис пошел по гравийной дорожке, которая петляла среди деревьев в освещенной фонарями роще.

Вот все и кончилось… Сегодня он осуществил свой план, который вынашивал и отшлифовывал долгих пять лет. Освинн мертв, Флад и Глентхорп разорены и могут в любую минуту пасть от руки таинственного злодея, маскирующегося под призрак Ренвика Девериджа. Что ж, этого более чем достаточно.

Он прислушивался к себе, ожидая каких-то особых эмоций, но ничего не было – ни удовлетворения, ни чувства свершившегося правосудия, ни маломальского успокоения.

Из Серебряного павильона донеслись аплодисменты: только что закончился сеанс гипноза.

Ему пришло в голову, что последние пять лет он жил в состоянии транса. Наверное, Мэделин права: он свихнувшийся чудак. В самом деле, какой нормальный человек в здравом рассудке потратит целых пять лет на подготовку мести?