Патриция Кэбот - Целомудрие и соблазн

— Который находится всего лишь в паре миль к востоку отсюда! — Кэролайн сама не ожидала, что слова подруги вызовут в ней такую досаду. — Побойся Бога, это же не какой-то там Китай!

— Ты просто не желаешь меня понимать, — обиженно заявила Эмми. — И мне кажется, делаешь это нарочно. Ты знаешь, что я не принадлежу к числу любителей сортировать людей по тому, родились они на восточном краю Лондона или на западном. И я верю не только в равенство классов, но и в равенство полов. Но, Каро, Брейден Грэнвилл заслужил репутацию охотника за юбками. И ты знаешь это не хуже меня. И ты не можешь позволить такому человеку, как он, действовать столь… интимно! Не надейся, что он сегодня сунет язык тебе в рот, а завтра об этом забудет! Для него это не просто любопытный эксперимент, как для тебя. Когда такой мужчина, как Брейден Грэнвилл, сует язык тебе в рот, это на самом деле имитация того, как он сует кое-что другое тебе в…

Тут Кэролайн не выдержала и швырнула подушку в лицо Эмми.

— Это не так! — выпалила она, покраснев от злости.

— Каро, это именно так! — Эмили поймала подушку. — И Брейден Грэнвилл не удовлетворится простой имитацией. Он не оставит тебя в покое, пока не доиграет спектакль до конца, и будет только рад, когда публика встанет, чтобы наградить актеров аплодисментами…

Кэролайн уже десять раз успела пожалеть, что вообще пустилась в откровения с Эмили. Гораздо заманчивее было оставить все в тайне, чтобы эта тайна грела ей сердце бессонными ночами, как любимая подушка.

— Ну, — осведомилась она нарочито бесшабашным тоном, — и что же тут плохого?

У Эмили глаза полезли на лоб.

— Что тут плохого? Я не ослышалась? Это ты спрашиваешь у меня, что тут плохого? Кэролайн, здесь плохо хотя бы то, что ты обручена с Херстом Слейтером, десятым маркизом Уинчилси, и до вашей свадьбы осталось меньше месяца!

— Да неужели? — Кэролайн дерзко задрала подбородок. — Но ведь у Херста есть любовница! Почему же я не могу завести себе любовника?

У Эмили отвисла челюсть.

— Хорошо, — вздохнула Кэролайн. — Допустим, ты права. Я не принадлежу к тому типу девушек, которые заводят любовников. Но все дело в одном простом факте, Эмми. Я примерила брюки. И они мне не подошли.

Ее подруга плюхнулась на кровать и ошалело пробормотала:

— Чего?..

— Я поцеловалась с Херстом в тот же вечер. Я целовалась по-настоящему, но ничего не почувствовала.

— Когда-то тебе нравилось с ним целоваться, — заметила Эмили.

— Вот именно. А теперь — ничего!

— О Господи! — Эмили подняла голову, и в ее зеленых глазах зажегся сердитый огонек. — Я ошиблась. — Эмили скатилась с кровати и принялась шагать взад-вперед по уютной, украшенной кружевными салфеточками и занавесочками спальне Кэролайн. — Это не ты виновата. Это все Томми. Если бы ему хватило ума не лезть под пули, Херсту не пришлось бы его спасать. А ты была бы вольна выйти замуж за кого угодно.

— Но мне было угодно выйти замуж за Херста, — честно напомнила Кэролайн. — Я просто была в восторге от этой мысли. До тех пор, пока не узнала о Жаки Селдон и о том, что брюки не подходят.

Эмили вперила в подругу сердитый взгляд.

— Значит, во всем виноват Брейден Грэнвилл! Ты бы в жизни не догадалась о том, что брюки не подходят, если бы ему не приспичило совать свой язык тебе в рот!

— Или, — мечтательно добавила Кэролайн, — лезть рукой ко мне за пазуху.

— Что?! — в ужасе вскричала Эмили.

— Ах да. — Кэролайн смутилась. — У меня как-то вылетело из головы, что эту часть я опустила.

— Кэролайн! — У Эмили сделался такой вид, будто ей вот-вот станет дурно, хотя Кэролайн знала, что этого можно не опасаться. Эмили, как и она сама, ни разу в жизни не падала в обморок. — Ты не могла… Он не мог… Скажи скорее, что это неправда!

— Ну, я оказалась в несколько необычных обстоятельствах, и мне трудно было его остановить, — призналась Кэролайн. — В том смысле, что он ведь гораздо больше меня и сильнее. И к тому же это было довольно…

— Прохвост! — взорвалась Эмили. — И как ему только хватило наглости?! Я сию же минуту пойду и все расскажу твоей матери. Нет! Лучше я сразу расскажу Херсту! Или еще лучше — Томми!

Кэролайн в мгновение ока поймала ее за руки.

— Даже и дум ять не смей! — В ее голосе зазвенела сталь. — Томми наверняка попытается вызвать его на дуэль, а ты прекрасно знаешь, что для этого он все еще слишком слаб. К тому же Брейден ни за что не ответит на его вызов, и ты представляешь, что тогда…

— Брейден?! — Эмили уставилась на подругу глазами, по размерам не уступавшими чайным блюдцам. — Ты уже считаешь себя вправе называть его по имени?!

— А почему бы и нет? — Кэролайн смутилась, но совсем чуть-чуть. — Мы с ним были гораздо более близки, чем с Херстом, а ведь Херста я зову по имени!

— Ох, Кэролайн, — Эмили сокрушенно покачала головой, — как это все отвратительно…

В дверь негромко постучали.

— Леди Кэролайн! — раздался приглушенный голос Беннингтона. — Вам письмо, миледи.

Кэролайн лишь молча закатила глаза. Наверняка кто-то из приглашенных на свадьбу прислал вежливый отказ. Ну что ж, ее мать будет очень довольна. Ведь это даст ей возможность продвинуть в список «А» еще одну супружескую пару из списка «Б».

— Поклянись мне, — потребовала она, не обращая внимания на дворецкого и сжимая обеими руками руку своей лучшей подруги. — Поклянись, Эмили, что ты ни слова не скажешь Томми!

— Ну так и быть, я клянусь, — неохотно кивнула Эмили. — Но и ты должна дать клятву, что положишь конец этой гнусной истории, Кэролайн. Прямо сейчас, пока все не зашло слишком далеко.

— Леди Кэролайн! — Это дворецкий снова постучал в дверь.

— Ох, пропади все пропадом! — вздохнула Кэролайн. Она отпустила руку Эмили и ответила: — Войдите!

В замке со скрежетом повернулся ключ, и в дверях возникла внушительная фигура дворецкого. У Беннингтона был такой вид, словно доставка писем юным барышням, посаженным под замок в своей спальне разъяренными мамашами, была для него самым обычным делом. В руках у него был серебряный поднос.. Кэролайн нетерпеливо схватила аккуратно сложенный листок бумаги, красовавшийся на подносе, и удивленно посмотрела на незнакомый почерк, которым был написан адрес. Кто бы это мог быть? Она взяла с ночного столика свои очки, водрузила их на нос и развернула записку. Стоило ей взглянуть на подпись — и ее лицо пошло пунцовыми пятнами.

Кэролайн, — гласили четкие, летящие буквы, выписанные твердой, уверенной рукой, — уже пять часов пополудни! Вы задержались ровно на час после условленного срока. Терпеть не могу, когда люди опаздывают. Берите свои очки и спускайтесь, я жду вас на улице. Если через пять минут вас не будет, мне придется ворваться в ваш дом и увести вас силой. Б. Грэнвилл.