Патриция Гэфни - Идеальная любовница

Когда все кончилось, Себастьян устроился на боку позади нее, крепко прижимаясь к ней всем телом.

— Я нарушил свое обещание, — сказал он.

— Тебе не больно? — забеспокоилась Рэйчел. — Твой бок…

— Я обещал, что больше не трону тебя. Теперь я мог бы сказать, что сожалею. Ты бы мне поверила?

— Не знаю. Не уверена.

По его дыханию у себя на затылке она догадалась, что он смеется.

— Милая Рэйчел, — пробормотал он, — это было бы неправдой!

«Он неисправим», — подумала Рэйчел и сделала то, на что никогда бы не решилась раньше: поцеловала его сама, первая. Она прижалась губами к его пальцам, сплетенным с ее собственными, и сразу же почувствовала у себя на плече его губы, потом зубы, потом снова губы, мягкие и нежные.

Когда Себастьян заснул, Рэйчел сделала вид, что они женаты: обычная супружеская пара, отдыхающая в постели. Их руки и ноги были переплетены, потому что они доверяли друг другу. Любили друг друга. Прекрасно зная, что ей не суждено ближе подойти к домашнему идеалу, она позволила себе сполна насладиться иллюзией. Хотя бы на минуту.

Сон подкрадывался все ближе. Но прежде, чем он накрыл ее, Рэйчел вновь услышала отголосок прежнего шепота: «Это ты». О Господи, сделай так, чтобы это не было правдой! Но она боялась, что это правда. А если это так, значит, она погибла.

12

— Миссис Уэйд! Вы здесь?

Руки Себастьяна были заняты объемным деревянным ящиком, в дверь комнаты Рэйчел ему пришлось постучать носком сапога.

— Откройте, миссис Уэйд!

За дверью раздались торопливые шаги, и она распахнулась. Удивленное лицо Рэйчел было еще влажным, в руке она держала полотенце. Она умывалась перед тем, как спуститься вниз и начать подготовку к вечерней трапезе: расписание ее обязанностей по дому Себастьян разучил не хуже, чем она сама.

— Что случилось? — спросила она, с беспокойством переводя взгляд с него на ящик и обратно.

— Ничего не случилось. Закрой дверь, а потом подойди сюда. Открой свой подарок.

Пройдя мимо нее, Себастьян поставил свою ношу посреди ковра в ее кабинете.

— Поторопись, подарок не может ждать.

Щеки у нее порозовели. Она осторожно подошла поближе, держа стиснутые руки под подбородком.

— Это и правда подарок?

— Ну да. Шикарная шляпа с широкими полями. Мы с мисс Картер и мисс Вэнстоун целую неделю трудились над ней не покладая рук.

Глаза у нее сделались большими и круглыми, как блюдечки: на мгновение она действительно ему поверила. Что ж, ничего удивительного: он никогда раньше с ней не шутил.

— Вот глупышка! — засмеялся Себастьян. — Ты что, шуток не понимаешь? Давай открывай скорее! Пока подарок не открыл себя сам.

Рэйчел подошла поближе.

— Что же это может быть? — удивленно спросила она, проводя рукой по крышке ящика.

Как раз в эту минуту изнутри послышался скребущийся звук.

— Ой, — воскликнула Рэйчел, отдернув от неожиданности руку. — Тут что-то живое!

Себастьян многозначительно поднял бровь, как бы намекая: «Кто знает?»

Крышка держалась лишь на одном крючочке, зацепленном за торчащую над деревянной стенкой шляпку гвоздя. Рэйчел откинула крючок и опасливо, дюйм за дюймом, начала приподнимать крышку на петлях. В образовавшуюся щель тотчас же высунулся влажный нос, за ним — голова и желтые лапы, и наконец неуклюжим, но решительным прыжком наружу выбрался возбужденный долгим сидением взаперти щенок.

— О, — тихо простонала Рэйчел, — это собака!

И тотчас же опустилась на пол рядом со щенком. Себастьян склонился над ней.

— Я надеялся, что он тебе понравится.

Пока щенок обнюхивал ее, Рэйчел принялась гладить его лохматые бока. Он лизнул ее в щеку.

— Я велел Холиоку поспрашивать у арендаторов, нет ли у кого щенка на продажу. Любой породы, лишь бы масть была желтой.

Рэйчел подняла голову и благодарно посмотрела на него. По дороге в ее комнату Себастьяна обуревали сомнения: выбор подарка представлялся ему не столь уж мудрым. Но по выражению ее лица он понял, что попал прямо в точку. Идея оказалась удачной. Просто вдохновленной свыше.

— О, Себастьян!

Рэйчел беспомощно покачала головой, не зная, что сказать. Себастьяну хотелось ее поцеловать, но щенок его опередил и поцеловал Рэйчел первым.

— А как его зовут? Это он или она? Где мне его держать? Ой, какой чудный песик!

«Чудным» он мог показаться разве что ей одной. Это был уже не слепой щеночек, а довольно крупный и неуклюжий подросток неопределенной породы, отдаленно напоминающий ретривера, но явно с примесью каких-то иных кровей (гончая? терьер?), которым еще предстояло проявиться с возрастом.

— Это кобель. Возможно, у него и была кличка, но Уильям ее не запомнил. Он твой, Рэйчел. Если, конечно, он тебе нравится.

— Очень нравится! У моего брата была собака, когда мы были детьми. А мне подарили кошку. Но мне всегда больше нравились собаки, — призналась она.

Они сели рядом на полу, пустив щенка обследовать комнату. Себастьян не сводил глаз с Рэйчел, пока она следила за собакой. Ее радость сторицей вознаградила его за проявленное внимание. Она была прекрасна. В этот день она надела свое черное платье; и хотя он уже успел привыкнуть к этому наряду и даже привязаться к нему (так любой предмет, напоминающий о любимой женщине, кажется по-своему милым), Себастьян надеялся, что видит его в последний раз. Он заказал ей новый гардероб у портнихи в Эксетере, и срок исполнения заказа подходил на этой неделе.

— Какое же имя ему дать? — задумчиво спросила Рэйчел, следя сияющим взглядом за комичными движениями щенка. — Раз уж он желтый, — повернулась она к Себастьяну, — мы могли бы назвать его Янтарем. Правда, это не очень мужественное имя.

— Безусловно.

— Как насчет Абрикоса?

Себастьян фыркнул и поморщился.

— А, я знаю — Лютик!

Теперь она его поддразнивала. Это было новое и совершенно восхитительное ощущение.

— Только попробуй назвать пса Лютиком, и я живо отправлю его обратно на ферму!

Щенок приковылял обратно и тотчас же затеял игру в перетягивание каната, ухватившись зубами за платок, который Рэйчел вытащила из кармана.

— О, придумала — Одуванчик! Нет, послушай, — смеясь, воскликнула она, когда Себастьян начал возражать, — честное слово, это отличная мысль. Одуванчик меняет окраску, как столичный щеголь — свои наряды. Поэтому мы будем звать его Денди — щеголь. Это ведь неплохое имя, правда? Денди!

Щенок навострил уши, как будто догадавшись, что речь идет о нем, и Рэйчел бросила торжествующий взгляд на Себастьяна.

Он был очарован.