Андреа Кейн - Саманта

— Довольно, довольно, — улыбаясь, прервал ее Ремингтон. — Я едва могу запомнить вопросы, и у меня совсем нет времени, чтобы обдумать ответы. Я владею лишь каплей информации: когда я покидал ваш дом, Дрэйк только-только получил сообщение о рождении дочери.

— Что значит «получил сообщение»? Разве в это время он не был в спальне Алекс?

— Нет. Очевидно, она решила, что дела пойдут лучше, если его не будет.

— Проще говоря, он нервничал так сильно, что Алекс выставила его вон.

— Примерно так. Но я могу утверждать, что малышка и ее мама чувствуют себя прекрасно, а твой брат в упоении. Я подозреваю также, что твой племянник, которого я повстречал в саду и который произвел на меня самое благоприятное впечатление, раздумал желать получить в подарок брата и начал хотеть, чтобы мама подарила ему сестричку. Дворецкий в Аллоншире полон гордости в связи с рождением наследницы. Что касается Смитти, то вряд ли ему что-либо известно, потому что я прибыл сюда прямо после встречи с твоим братом. К несчастью, ничего не могу сказать ни об имени, ни о внешности малышки. — Ремингтон помедлил и спросил: — Ну что… мне удалось удовлетворить твое любопытство?

— Да, да! Рем! Как замечательно! Как я рада! Я не могу дождаться, когда вижу малышку! А не отвезешь ли ты меня в Аллоншир?

— Дорогая… — Ремингтон замялся, не зная, как, не обижая Саманту, объяснить ей, что вряд ли было бы правильно, если бы он сопровождал ее на пути в дом Дрэйка.

— Саманта… — наконец отважился он. — Не думаю, что Дрэйк поймет меня правильно. Нас связывают с ним только деловые отношения. Час назад мы договорились о том, что он построит для меня бриг.

— Вы договорились? — изумилась девушка. — Но как ты собираешься расплачиваться?

Ремингтону очень не хотелось увиливать от прямого и честного ответа, но тот вел к следующему вопросу, ответ на который с неизбежностью заставил бы его рассказать о секретном задании правительства.

— Мне удалось спасти часть капитала.

— А почему ты решил строить именно бриг?

— Я решил этим судном положить начало собственному флоту. Надеюсь, мне повезет и мои суда будут беспрепятственно перемещаться по британским морским владениям.

— Понятно. А что Дрэйк? Ему понравилась твоя мысль?

— По-моему, да.

— Тогда почему бы тебе не отправиться вместе со мной?

— Дорогая, твой брат оберегает свою семью от постороннего вмешательства с яростью дикого животного. Стоило мне упомянуть, что я пару раз видел тебя на балу, как он весь напрягся, представляешь, что будет с ним, если я явлюсь к нему снова с семейным визитом?

Саманта зарделась:

— Что он сказал?

— Отпустил несколько замечаний по поводу моей репутации. И еще несколько — о твоей наивности. Он очень упорно предостерегал меня от того, чтобы я начал ухаживать за тобой.

— Ты сказал ему, что мы…

— Я не сказал ему ничего.

— Значит, нет причин, которые бы помещали тебе сопровождать меня в Аллоншир.

— Есть одна большая причина, по которой я не могу сопровождать тебя в поместье брата: Саманта, я хочу тебя Каждая клеточка моего существа стремится проникнуть в глубь твоего А ты хочешь меня Наши желания просачиваются в наши жесты и улыбки. Дрэйк очень тонкий человек. Скажи честно, разве мы сможем скрыть наши желания?

— Рем, скажите честно, ты не передумал? — встревожилась Саманта.

— Нет, я не передумал. Я не могу покинуть тебя ни за что на свете. Как я могу уйти от тебя, если от тебя зависит моя жизнь? Ты удовлетворена моим ответом?

— Да, — облегченно выдохнула девушка.

— Кроме того, я вовсе не хочу бахвалиться перед Дрэйком близким знакомством с тобой. Я уважаю его. Теперь мы стали партнерами. Но работа — это одно, а мнение по поводу моих отношений с его сестрой — это другое.

— Я уже взрослая женщина, — гордо заявила Саманта.

— Я знаю, девочка, знаю. — И он крепко поцеловал Саманту.

— Ну хорошо, — согласилась Саманта. — Я отправлюсь в Аллоншир одна. Завтра утром. В сопровождении Смитти. Если мне удастся удержать его в Лондоне до завтрашнего утра. Он так же хочет взять малышку на руки, как и ее собственный отец.

— Возвращайся не позже заката, — прошептал Ремингтон, целуя девушку в ушко. — Будь одета к девяти. Я хочу, чтобы эту ночь ты подарила мне. Будь готова.

— Завтра? — переспросила девушка, вся трепеща.

— Да.

— Рем… как тебе это удастся?

— Положись на меня. — С этими словами он поднес ее руку к губам и поцеловал. — Полагаю, сегодня тебе Следует выспаться получше, вряд ли это удастся сделать завтра.

Глава 14

Особняк, где проходил очередной бал, кишел приглашенными. Ремингтон был рад этому. Он проскользнул в комнату, где мужчины играли в карты, вспоминая, как прелестно выглядела Саманта, когда он покидал ее. С каким нетерпением она, должно быть, дожидается завтрашнего дня. Утренний визит в Аллоншир, а потом ночь… Завтра в это время Саманта будет принадлежать ему.

Одна мысль о том, что она будет в одной постели с ним, что завтра он будет обнимать ее обнаженное тело, заставляла его чувствовать каждый мускул своего тела. Не испытанная дотоле нежность обволакивала его. Ремингтон хотел, чтобы ночь его любви была изысканной и утонченной, он готов был выполнить любое желание возлюбленной, он хотел доставить ей незабываемую радость. Ему хотелось стать тем героем, которого она не уставала творить из него. И путь, каким ему должно следовать, был известен Ремингтону.

— Привет, Гришэм! Не ожидали встретить вас здесь! — прозвучал голос маркиза Гладдингтона, поднимающегося из-за игорного стола. — Что касается меня, то я рад вашему появлению. Вы единственный здравомыслящий игрок в этой комнате. Не хотите ли составить партию? Или вы предпочитаете полистать Книгу пари? Может, хотите узнать, какую следующую победу мужская молва приписывает вам?

Итак, сплетни.

Его и Саманту видели на балу Олмака, за беседой в Карлтон-Хаус, во время прогулки в Гайд-парке, во время представления в «Ковент-Гардене». Только Господу известно, кто видел их, а кто только слышал про них. Черт возьми, как он только мог допустить такое легкомыслие? Не вчера же он появился на свет! Как бы то ни было — он найдет и убьет на дуэли сплетника!

Ремингтон принялся с пристрастием перелистывать страницы. Наблюдательность джентльменов вызывала восхищение. Несколько раз было упомянуто имя Клариссы, перемежающееся с именем герцогини Ладсворт и другими доступными женщинами. Слава Богу, имени Саманты в его боевом списке не значилось. Ремингтон с облегчением вздохнул.

— Впечатляющий список, — поделился Гришэм с мужчинами, сидящими за карточным столом.