Трейси Уоррен - Наслаждения герцога

Он выгнул бровь. В его взгляде появился странный блеск.

— Вы правы — бывает.

— Но наверное, днем мы поехать не могли бы, — продолжала она размышлять вслух. — Может быть, как-нибудь, вечером во время бала — просто чтобы развлечься? Что вы на это скажете?

— Я скажу, что вам нравится вызывать скандалы. Но с другой стороны, это нравится и мне. Продолжайте.

Проглотив вставший в горле ком, она так и сделала.

Спустя пять дней Эдвард стоял у стены и смотрел, как Клер выходит танцевать с очередным кавалером. Она была необычайно хороша в своем платье из нежно-лимонного шелка и плыла по залу, словно луч солнца.

Самым удивительным было то, что Клер совершенно не осознавала своей власти над мужчинами. Ей достаточно было улыбнуться, и представители сильного пола готовы были из кожи вон лезть, чтобы ее порадовать. В последнее время он все чаще ловил себя на желании разогнать их всех, чтобы безраздельно владеть ее вниманием. Однако Клер и без того вызвала достаточно пересудов — не годится ему давать новую пищу для сплетен.

Хорошо хоть то, что она, похоже, наконец смирилась с реальностью их помолвки.

По правде говоря, в последнее время Клер вела себя так скромно, что он даже услышал, как одна из патронесс «Олмака» посетовала на то, что они были слишком суровы к ней.

Все это Эдварда порядком забавляло бы, если бы не одно: она по-прежнему не назначила дату их свадьбы.

Его терпение стремительно истощалось, так что если она в ближайшее время не сделает выбора, он сделает выбор за нее.

Поскольку ему совершенно не хотелось танцевать (по крайней мере танцевать с кем-то, кроме Клер), он повернулся и ушел в библиотеку. Там он обнаружил группу джентльменов, которые горячо спорили о военных действиях. Взяв рюмку портвейна, он облокотился на каминную полку и стал их слушать.

В бальном зале танец подошел к концу. Сделав реверанс своему кавалеру, Клер позволила ему вести ее к краю зала. Они прошли почти половину пути, когда она вдруг споткнулась, чуть покачнулась и резко остановилась.

— О Господи! — воскликнула она. — Кажется, я наступила себе на подол!

Опустив глаза, она сделала вид, что осматривает свою юбку. Ее кавалер с растерянным видом стоял рядом.

— Боюсь, что порвала платье, — сказала она ему. — Прошу извинить меня за неловкость, но мне придется извиниться и пойти привести свой туалет в порядок.

Отпустив ее руку, он отступил на шаг.

— Конечно. Вам нужна помощь?

Она покачала головой:

— Я не сомневаюсь, что в дамской комнате будет служанка, которая сможет мне помочь.

Поклонившись, он принял ее отговорку и отошел.

Как только он скрылся, Клер стремительно повернулась и поспешно направилась к дверям. Конечно, с ее платьем ничего не случилось, но ей необходим был убедительный предлог для того, чтобы уйти из зала. Она уже опаздывала: часы пробили десять, а именно на этот час была назначена ее встреча с лордом Ислингтоном. Они договорились, что встретятся на улице и отправятся в путь.

Сердце ее отчаянно колотилось, нервы были напряжены до предела. Она вышла в коридор, ведущий к боковой двери особняка: Ислингтон подсказал ей, что оттуда легче будет выйти незамеченной. Ее затошнило при мысли о том, что стоит ей выйти из калитки — и ее судьба будет решена. Но с другой стороны, если она вернется, ее судьба тоже будет решена! Она станет женой Эдварда.

Вдали послышались негромкие голоса, и она поняла, что принимать решение нужно немедленно. Ей необходимо прямо сейчас решить, уходить или оставаться.

Прошло пять секунд, десять.

Глубоко вздохнув, она открыла дверь и вышла.

Эдвард одним глотком допил портвейн и отставил рюмку. Он послушал, о чем говорили в библиотеке, и не услышал ничего особенно важного. Большинству собравшихся нравилось делать многозначительные заявления, притворяясь, будто у них есть доступ к государственным и военным тайнам.

Эдвард как раз подумывал, не вернуться ли ему в бальный зал, когда в библиотеку вошел Адам Грешем и направился прямо к нему.

— Привет, Клайборн, — сказал он негромко. — Извини, что отвлекаю, но мне надо перемолвиться с тобой парой слов.

Эдвард удивленно выгнул бровь:

— Да, конечно.

Адам вывел Эдварда из комнаты в пустой кабинет, где их никто не смог бы услышать.

— В чем дело? — осведомился Эдвард, как только они оказались в кабинете и его друг закрыл за ними дверь.

— Леди Клер, — ответил Грешем без всяких предисловий.

Эдвард мгновенно напрягся:

— И что такое с леди Клер? Что она на этот раз сделала?

— Ушла, вот что она сделала! Пять минут назад я выходил на террасу покурить и увидел, как она выходит из дома.

— И?.. — спросил Эдвард требовательно.

— …и садится в экипаж. — Грешем немного замялся, словно ему неприятно было продолжать. — По-моему, она уехала с Ислингтоном.

Эдвард застыл неподвижно.

Ислингтон!

О чем она, к дьяволу, думала? Неужели это очередная ее нелепая выходка? Или она действительно решила бежать с этим человеком? При мысли о том, что может случиться, ярость и страх сжали его сердце.

Эдвард посмотрел на Грешема:

— Ты видел, в каком направлении они поехали?

Грешем кивнул:

— К меня была мысль самому за ними отправиться, но вместо этого я отправил грума. Он проследит за ними и вернется. Я сказал ему, что если час будет уже очень поздний, то ему надо отправиться с новостями прямо в твой особняк.

— Спасибо.

Наступила недолгая тишина.

— Будем надеяться, что Ислингтон просто повезет ее на вечернюю прогулку по Мейфэру, — проговорил Грешем. — Если повезет, то они уже через час вернутся.

— Да. Будем надеяться.

Однако Эдвард прекрасно понимал, что они не вернутся.

— Я знаю, что могу рассчитывать на твое молчание, — сказал Эдвард.

И вдруг его осенило.

Клер намеренно пытается себя скомпрометировать! Она действительно решила принудить его разорвать помолвку!

Эдвард нервно запустил пальцы себе в волосы.

— Если она не вернется в течение часа, мы скажем, что ей стало нехорошо и она уехала домой.

— А пока я отвлеку леди Мэллори и твою кузину, — пообещал Адам. — Постарайся не тревожиться. Мы ее вернем.

Глава 19

— Наверное, нам уже пора повернуть, — проговорила Клер со своего места в фаэтоне рядом с лордом Ислингтоном. — Мы уже едем больше часа.

Она подумала, что ее отсутствие уже должны были бы заметить. Она прикусила нижнюю губу, надеясь, что Мэллори и кузина Вильгельмина не слишком встревожены ее исчезновением.