Юна-Мари Паркер - Дворцовые тайны

Было видно, что Джеки не терпится что-то спросить у Селии, но не хватает духу, словно у влюбленной девочки. Наконец она все-таки не выдержала.

— Вы давно виделись с Джеральдом Гулдом? — спросила она небрежно.

Селия сначала удивилась.

— Вы его знаете? Ах, ну конечно, ведь это же я познакомила вас на балу в Сайон-парке. Я видела его пару дней назад, он ужинал в «Иви». Ему нелегко вести нормальную жизнь с женой-актрисой. Джеральд привык ужинать рано, как все люди, но она освобождается из театра лишь около одиннадцати вечера. Она поет в «Манхэттен старлайт». Это очень популярная постановка из Америки.

— В таком случае они, очевидно, нечасто бывают вместе, — осторожно сказала Джеки. — А ведь поженились совсем недавно, не так ли?

— Недавно. Все случилось совершенно неожиданно, и мы с Хьюго долго не могли оправиться от удивления. Джеральд всегда считался убежденным холостяком, а тут вдруг вернулся из деловой поездки в Нью-Йорк и объявляет, что женился. Впрочем, он признался, что и сам принял решение спонтанно, под влиянием минуты. Но все равно, как мне показалось, был очень счастлив.

— Не сомневаюсь, — тихо отозвалась Джеки, а Селия продолжала:

— Знаете, по-моему, между Джеральдом и Селвином много общего. За исключением возраста, естественно. Но оба они поднялись из низов и всего в жизни добились тяжким трудом. Это не просто преуспевающие бизнесмены, это люди, которые, как принято говорить, «сделали сами себя».

Джеки машинально кивнула, злясь на себя за то, что у нее заныло в груди. Господи, какая нелепость! Она едва знакома с Джеральдом, а такое ощущение, будто они вместе много лет. Почему ее с такой силой тянет к нему? Почему ей даже кажется, что она любит его? Когда она узнала о том, что он женат, разочарование причинило ей такую боль, какую испытывают, наверное, только ревнивые любовники.

Ей бы замолчать, но Джеки не могла удержаться от следующего вопроса, отчасти походя в этом на человека, который поминутно теребит больной зуб и ничего не может с собой поделать:

— А его жена… она хорошенькая?

— Я никогда не виделась с ней. Сразу по приезде из Америки она начала репетировать, а потом состоялась премьера. До меня доходят слухи, что она бывает в городе каждую ночь, но… слишком поздно для нас с Хьюго. — Она улыбнулась. — Мы с мужем привыкли ложиться пораньше, если нет никаких дел.

Джеки все не унималась:

— Она очень неплохо выглядит. Я была на премьере мюзикла и видела: она буквально покорила весь зрительный зал.

Селия пожала плечами.

— Я не любительница этого жанра и вообще эстрады. Мы с Хьюго предпочитаем оперу, но, впрочем, я нисколько не сомневаюсь, что Джеральд боготворит свою жену.

На этом Джеки наконец-то решила замять тему. Она узнала то, что ей было нужно. И теперь что бы ни сказал ей Джеральд, больше не увидится с ним.

Селия сверилась со своими часами.

— Боже мой! Неужели уже так поздно?! Вы простите меня, если я сейчас побегу? Мы с мужем наняли для ребят на каникулы домашнего учителя, и они сегодня идут играть в теннис. Я обещала заехать в Риджент-парк и посмотреть на их успехи.

— Мне тоже надо идти, — согласилась Джеки. — Ко мне опять приехал брат, и мы собрались по магазинам. У него две маленькие дочурки, и жена просила подыскать для них какую-нибудь типично английскую одежду. Он, разумеется, пребывает в полнейшей растерянности.

Селия рассмеялась.

— Еще бы! С моими детьми в этом смысле меньше забот. Одежда мальчишек никогда не интересовала. Дай им тренера по теннису — и они уже счастливы.

— Вы наняли частного учителя? В Штатах такого нет.

— О, что вы, это же так удобно! Он остается с ними целый день, помогает им с занятиями и организует отдых. Обошелся он недешево, но и помощь нам с мужем очевидная, — горячо проговорила Селия. — И потом нам повезло, мы выбрали замечательного молодого человека.

Весь день Роланда Шоу душила ярость. Он еле сдерживался. Утром Колин и Иан занимались уроками в столовой, а он сидел на противоположном конце длинного стола и только что не скрипел зубами от гнева и возмущения. «Какая стерва, эта Джеки Давентри! Стерва, стерва!» Ненависть его к ней не знала границ. Она не только перекрыла ему доступ на все светские вечера, но еще догадалась насчет похорон. Откуда она узнала, черт возьми?! И как посмела называть меня вчера Рафаэлем?! Он сидел, тупо уставившись в окно, почти забыв о присутствии мальчиков, и сгорал от желания уничтожить Джеки Давентри. Американская шлюха! Еще нос смеет задирать! Какая жалость, что с похоронами была всего лишь шутка! Он с такой силой стиснул кулаки, что ногти впились в ладони. Но хуже всего, что дураком она выставила его прилюдно! Теперь все будут знать, что он не работает на «Сэсайети», все будут называть его мошенником и станут смеяться над ним. Все те люди, в круг которых он так хотел войти. Но все они оказались на деле липовыми светилами, полными ложным чувством собственной значимости, ослепленными врожденным снобизмом. Да пошли они все к такой-то матери! Роланду было плевать на них, он в них больше не нуждался. Теперь его мозг был занят мыслями о мести. Если они не хотят иметь его в своих рядах, придется их проучить… Для этого, правда, надо обладать властью и деньгами. Другого способа не дано.

Он оглядел красивую столовую Атертонов. Бледно-желтые обои, картины предков… Роланд ненавидел хозяев этого дома почти так же сильно, как ненавидел Джеки Давентри.

Но пока что нужно по возможности свести к минимуму тот урон, который она нанесла его репутации. Роланд задумался и через минуту решил, что придется связаться с Элфридой. Она вульгарна и, конечно, никакая не леди, но в ней он видел родственную душу. Может быть, потому что они оба вышли из низов. Роланд понял, что для него жизненно важно «запудрить ей мозги», прежде чем она узнает правду. С некоторых пор Элфрида заделалась первой лондонской сплетницей и он понимал, что она может ему навредить, если у нее развяжется язык.

— Пойду позвоню. Надо проверить, заказали ли нам корт на сегодня, — весело объявил он мальчикам, направляясь к двери. — Я скоро.

— Но мама уже звонила вчера, — заметил Колин.

— Ничего, лишний раз проверить не помешает, — твердо сказал Роланд.

Он закрыл за собой дверь и быстро направился в кабинет. Селии не было дома, а миссис Пиннер убирала наверху. Если повезет, его никто не побеспокоит.

— Можно мне будет заглянуть к вам сегодня вечером? — спросил он с ходу, едва его соединили. — Я долго вас не задержу.

— В чем дело? Что вам нужно? Джеки Давентри сказала, что вы не работаете в журнале «Сэсайети»! Она сказала, что вы не ведете никакую светскую колонку! — сердито и даже агрессивно ответила ему с того конца провода Элфрида.