Миган Маккини - Падший ангел

Хотя Альберт был не из первых мужчин, он все же оказался сильнее Лизы, и ей никак не удавалось вы рваться из его объятий. Она расцарапала ему щеку, но это на него тоже не подействовало. Видимо, он решил добиться от нее своего любой ценой.

И вдруг Лиза с облегчением увидела, что кто-то раздвинул портьеры и снова задвинул их за собой. Она услышала голос Айвана:

— Вам что, жить надоело, Руни?

Альберт мгновенно отпустил Лизу, и она в изнеможении опустилась на ближайшую скамейку. Между тем Альберт пока не собирался сдаваться.

— Мы… мы хотим быть вместе, — начал он, запинаясь. — И… у вас нет власти, чтобы нам помешать, да!

— Ясно, — произнес Айван с усмешкой, после чего, без предупреждения, ударил Альберта кулаком в челюсть.

Альберт упал на скамейку рядом с Лизой. Он потерял сознание. Девушка в ужасе посмотрела на него.

— Айван, вы убили его! — воскликнула она. Айван протянул ей руку и помог встать. В полу темной нише она с трудом различала его лицо.

— С Руни все в порядке, — успокоил Айван. — Но, пожалуй, вы подали мне идею. Видимо, мне следует вызвать слугу и приказать, чтобы Альберта бросили в ров.

— Да разве можно даже думать о таких ужасных вещах, — тихо сказала Лиза.

— Я думаю еще и не о таких вещах, — ответил он.

Теперь они остались в нише одни, и Лиза сразу вспомнила о том, как они последний раз были наедине в его апартаментах. Ей сразу же захотелось убежать.

— Айван, я должна идти. Меня могут искать, — начала она.

— Сначала скажите, это что же, вы так расплачиваетесь со мной? Вы надели прелестный наряд и целуетесь с первым попавшимся гостем?

— Руни затащил меня сюда силой, — оправдывалась она. — Я не хотела с ним целоваться. А за что это я должна расплачиваться?

Он потрогал ее розовое платье. Лиза напряглась. Она не могла ожидать ничего хорошего от этого раз говора наедине.

— Вы в долгу у меня, Лиза, — проговорил он. — И в большей мере, чем вы сами думаете. Я не успел сказать, как великолепно вы сегодня выглядите, алаинн. Даже и это платье не вполне вас достойно.

Лиза вздрогнула. При слове «алаинн» сердце ее сжалось.

— Мне пора идти, — сказала она.

— Тогда давайте вдвоем оставим этот проклятый бал.

— Едва ли это будет правильно, — ответила Лиза. Она хотела, было уйти, но Айван удержал ее за руку.

— Почему вы так холодны со мной, дорогая моя? — спросил он. — Мне показалось, что вы охот нее целуетесь с Руни, чем со мной. И почему молва наделила вас таким прозвищем, Лиза, а я не чувствую этого?

— Молва лжет, — прошептала она. — Все это вранье.

— А мне хотелось бы, чтобы это было правдой, но чувствовал бы это только я.

— Но не Альберт? И не этот деликатный зеленоглазый юноша? Между прочим, он рыцарь.

Айван сжал ее руку.

— Что такое рыцарь по сравнению со мной!

— Зато у него, в отличие от вас, безупречное происхождение, — заметила Лиза.

Она сама не знала, как вырвались у нее эти слова, но Трамор причинял ей боль слишком часто и слишком охотно.

— А знаете, дорогая, что в прежние времена хозяин этого замка мог приказать запороть крепостную девку за такие слова. — Айван оттолкнул Лизу.

— И, конечно, вы бы сочли это недостаточным наказанием, — съязвила она.

— Это неподобающее наказание, — ответил он. — Особенно для вас.

Она принужденно засмеялась.

— В таком случае, слава Богу, что сейчас не прежние времена. — — Ей наконец удалось раздвинуть портьеры, и она добавила: — А теперь, с вашего разрешения, мне пора.

Лиза видела, что он смотрит ей вслед, и девушке было неприятно, что он заметит, как она расстроена. Но в это время Альберт, к своему несчастью, произнес имя Лизы, и это снова привело Айвана в ярость. Он снял венок, висевший на окне, и набросил его на хрупкие плечи Руни, после чего тоже удалился из ниши.

Глава 20

Этот вечер казался Лизе нескончаемым. Ужин был великолепным, и гости наслаждались дорогостоящими деликатесами, которые им подавали слуги маркиза. Но у Лизы аппетит пропал, и даже остроумные шутки ее соседа, сэра Гилберта, не могли вернуть ей хорошее настроение.

Рядом с ними сидели Эвви с Холландом и Бишопы, но кроме этих людей почти все гости вокруг были Лизе совершенно не знакомы. Почти все они не были жителями Ноддинг Нолл. А рядом с Айваном сидела какая-то неизвестная Лизе красивая брюнетка; зато маркизу она была хорошо знакома и даже осмеливалась поглаживать его по щеке, хотя ее собственный муж сидел почти рядом с нею. Когда Лиза смотрела на нее, то не могла ни пить, ни есть, и когда подали последнюю перемену, она была смертельно рада, что ужин, наконец, завершился.

Айван встал и помог подняться красотке. Сэр Гилберт предложил руку Лизе. В этот момент она услышала окончание разговора хозяина с его сосед кой по столу.

— Антония, я рад заметить, что вы такая же упрямая, как всегда, — добродушно заметил Айван.

— Напротив, милорд, я кроткая, как неиспорченная деревенская девушка, — зеленоглазая красавица улыбнулась и поглядела на пожилого человека, стоявшего по другую сторону от нее. — Не правда ли, Ковел?

Услышав эти слова, он рассмеялся.

— Вот видите? — вставил Айван. — Даже сейчас вы мне противоречите. И как только вы ее выносите? — спросил он у своего собеседника, который был мужем этой Антонии. — Вы говорите ей, что сейчас утро, а она вам скажет: вечер. Вы утверждаете, что летом листья зеленые, а она твердит: нет, желтые.

Ковел, смеясь, похлопал Айвана по плечу.

— Верно! В самую точку! Знаете, не будь она сказочно богатой, я бы давно бросил ее. — Отсмеявшись, он сказал: — Чего мне не хватает, Трамор, так это грозного взгляда, как у вас. Эти ваши черные глаза…

Антония, улыбаясь, взяла мужа под руку.

— Синие, дорогой мой, — заметила она. — У Айвана синие глаза.

При этих словах Ковел снова расхохотался. Антония улыбнулась Айвану, а Лиза чуть не села снова. Она была поражена. Не так уж много людей было, настолько коротко знакомых с Айваном, чтобы знать настоящий цвет его глаз. Лиза даже думала, что она одна такая. Антония Ковел как будто прочла мысли Лизы, потому что повернула голову и посмотрела на нее. И, к своему удивлению, Лиза прочла в ее глазах сочувствие и симпатию. А когда ни маркиз, ни ее муж не смотрели в сторону Антонии, она вдруг подмигнула Лизе, чем удивила ее еще больше.

Но уже в следующую секунду Айван и Ковел исчезли в толпе гостей, предоставив Лизе самой решать, в чем был смысл этого необычного обмена взглядами.

Весь вечер после этого Лиза старалась держаться подальше от Айвана, но куда бы она ни посмотрела, он непременно оказывался в той стороне. После ужина гости вернулись в Баронский зал, и снова начались танцы. Айван тут же оказался окружении дам. Он притягивал женщин, как нектар притягивает пчел, и постоянно танцевал то с одной, то с другой красот кой. Проводив до кресла Арабеллу, он в третий раз пригласил Антонию Ковел. После этого Лизе стало невмоготу, и ей захотелось поскорее уйти.