Джейн Киддер - Падший Ангел

– Может быть, – пожал плечами Эрик, – но почему миссис Грэхем в разговоре со мной так упорно подчеркивала, что ребенок маловат для своего возраста? Нет, как ни крути, а все это очень странно! По-моему, эта женщина отчаянно пытается что-то скрыть. И ты ведь не можешь отрицать сходства, Нат. Мальчик – просто вылитый ты!

– О, это только из-за цвета волос и глаз, – слабо воспротивился Натан.

От слов брата голова у него пошла кругом. Было чертовски похоже, что Эрик все-таки прав. Неужели он, Натан, настолько глуп, что не понял: ребенок, которого он видит каждый день, – его собственный сын?! Нет, не мог Натан свалять такого дурака! Конечно, он сразу догадался бы, если бы Колин был его ребенком! У Эрика просто разыгралось воображение!

– Тебе кажется, что мальчишка похож на меня, поскольку он светловолосый и голубоглазый, – проговорил Натан, сам отчаянно пытаясь поверить своим словам. – Но ведь Элис тоже светлоглазая блондинка.

– Правда, – спокойно согласился Эрик. – Но у Элис, если я правильно подметил, глаза зеленые, и у нее нет ямочки на подбородке, а у вас с Колином – есть…

– Ну, это совпадение! – насмешливо заявил Натан, разводя руками.

Эрик с минуту сидел, уставясь в пол, потом подобрал соломинку и повертел ее в руках.

– Ты прав, Нат, это не мое дело, – тихо проговорил он, – но я твой брат, и мне не все равно. Поэтому я задам тебе еще один вопрос. Если не захочешь отвечать… Что ж, я пойму…

Натан медленно кивнул, прекрасно понимая, какой вопрос сейчас услышит, и не зная, наберется ли смелости дать на него ответ.

– Если миссис Грэхем почему-то скрывает возраст Колика и на самом деле малышу только шесть или семь месяцев, как я подозреваю, – ты можешь быть его отцом?

Натан долго молчал. Он был не в силах сразу ответить на прямой вопрос Эрика.

– Да, – наконец прошептал рейнджер. – Если ему семь месяцев, то он может быть моим.

Эрик медленно поднял глаза и с состраданием взглянул на брата. Потом мягко осведомился:

– Ты спрашивал Элис?

– Да! – в отчаянии заорал Натан. – Как только я впервые увидел Колина – тут же спросил ее, кто его отец. Она сказала, что Колин – сын ее покойного мужа, из чего я заключил, что в прошлый раз мы с Элис встретились вскоре после его смерти. Потом я услышал в городке, что мистер Грэхем погиб четыре года назад, и понял, что Элис солгала мне, но больше не спрашивал ее ни о чем.

– Почему?

Натан сжал кулаки и зажмурил глаза.

– Я не знаю, черт побери! – простонал он. – Наверное, я просто понял, что это не мое дело. Я не думал, что Колин мой сын, и мне было плевать, кто его отец.

Заметив, что Натана трясет от волнения, Эрик примирительно проговорил:

– Ладно, Нат, давай начнем все с самого начала. Так что же между вами произошло?

Натан протяжно вздохнул.

– Это было какое-то наваждение, – пробормотал он, медленно разжимая кулаки. – Я ехал в Остин. Собиралась гроза… Ну и вышло так, что я остановился здесь. Попросился переночевать… Элис пустила меня, накормила ужином… Мы разговорились и… ну, сам понимаешь…

Он умышленно не стал упоминать о том, что Элис соблазнила его только ради спасения своего брата. Признаваться в некоторых вещах – даже Эрику – Натану было слишком больно.

– На следующее утро я уехал, – продолжал он, – и больше мы с Элис не виделись, пока меня не прислали сюда защищать ее от бандитов.

– Так вы были вместе только одну ночь? – уточнил Эрик.

– Да. И только один раз.

Эрик пожал плечами, тень улыбки скользнула по его губам.

– Что ж… Могло хватить и одного раза.

– Знаю! – рявкнул Натан. – И, увидев ребенка, я, конечно, подумал, что он мог быть моим. Но Элис поклялась мне, что Колину восемь месяцев, и я решил, что в ту ночь, которую мы провели вместе, она была уже беременна.

– Угу, угу, – покивал головой Эрик. – А еще она клялась тебе, что Колин – сын ее мужа. Как ты считаешь, зачем она плела тебе всю эту чушь?

– Я не знаю, – повторил Натан, запустив в волосы пятерню и вновь принимаясь мерить шагами сарай. – Я думал, ей, наверное, стыдно, что она связалась с каким-то мужчиной – и не смогла скрыть свой грех. Но клянусь тебе, Эрик: если ребенок мой, то она еще пожалеет, что солгала мне!

– А теперь остынь, – стал успокаивать его Эрик, снова превращаясь в мудрого и заботливого брата. – Не надо себя взвинчивать. Ты же сам сказал, что я могу ошибаться и все это – только лишь случайные совпадения. Возможно, все обстоит именно так, как ты и думал. Элис могла тебе сказать, что отец ребенка – ее муж, поскольку не хотела, чтобы ты считал ее распутницей. Ведь если бы ты узнал, что был вторым ее любовником за два месяца, ты бы, наверное, решил, что она… э-э… слишком щедро одаривает мужчин своей благосклонностью. Ни одна женщина не хочет прослыть гулящей, даже если она и впрямь… не монашка.

Натан ерошил волосы, стараясь вспомнить, от кого еще слышал те же слова. Ред! Он сказал то же самое, когда они обсуждали Элис. И Натан сквозь зубы ответил Эрику так же, как раньше Реду:

– Элис не из тех, кто «слишком щедро одаривает мужчин своей благосклонностью». Она не такая!

– А я и не говорю, что такая, – поспешил успокоить брата Эрик. – Я только пытаюсь понять, почему она тебе лгала.

– Надеюсь, ты не собираешься рассказать ей о своих подозрениях? – мрачно осведомился Натан.

– Да боже упаси! – воскликнул Эрик, бросив на брата испуганный взгляд. – Неужели ты меня так плохо знаешь! Все это касается лишь вас двоих, вам во всем и разбираться. А я не вправе вмешиваться в ваши дела.

– Но ты действительно считаешь, что Колин может быть моим сыном?

– Да, Нат, считаю. И ты должен узнать, так это или нет. Что ты будешь делать, если выяснится, что я не ошибся, – это уж решать тебе. И только тебе! Но мне кажется, что если у тебя есть сын, то ты имеешь право знать об этом.

Натан зарылся в солому, закусив нижнюю губу и уставившись в стену отсутствующим взглядом.

– Сомневаюсь, что Элис признается, даже если я спрошу ее напрямую…

– Я так понял, что больше между вами ничего нет?

В памяти Натана всплыли те мгновения страсти, что они с Элис делили так недавно:

– Ну, я не сказал бы – совсем ничего, но думаю, что это лишь голос плоти, не более… Во всяком случае, у Элис.

– А как насчет тебя? – мягко спросил Эрик.

Натан посмотрел на брата и в изумлении покачал головой:

– Слушай, адвокатом в нашей семье надо было стать не Адаму, а именно тебе. Ты кого угодно заставишь заговорить – и не успокоишься, пока не вытянешь всю правду.

– Скажешь тоже! – улыбнулся Эрик. – Никакой я не адвокат, а простой фермер и вполне этим доволен. Нет, законником у нас станет Адам – если прекратит гоняться за девчонками и сумеет-таки одолеть все науки.