Джейн Фэйзер - Охота за невестой

– О! – Это все, что она смогла произнести.

Он улыбался, глядя на нее сверху вниз, и поцеловал ее влажный лоб.

– Какая страстная, – тихо и нежно сказал он, поворачивая ее лицом к постели и жадно оглядывая ее всю – изящную спину, тонкую талию, постепенно расширяющуюся к бедрам, безупречную линию бедер.

Пруденс упала на постель, перекатилась на спину и раскрыла ему объятия. Она была полна желания, настоятельной потребности разделить наслаждение с ним. Он опустился над ней на колени, а она обвила его ногами, вжавшись пятками в его ягодицы.

– Иди ко мне, – позвала она его. – Не медли!

– К вашим услугам, мадам, – сказал он.

И вошел в нее. Она улыбалась, ее светло-зеленые глаза искрились и сияли.

– Не двигайся, дорогая, – сказал он. – Я бы хотел продлить этот момент, но оказался почти у самого края бездны.

– Ты задаешь тон, – ответила Пруденс и вытянула руки над головой жестом, полным покорности, столь чувственным, что он судорожно вздохнул, отчаянно стараясь сохранить остатки самообладания.

Он медленно вышел из ее лона и столь же неспешно снова вошел в него. Она тяжело дышала, лежа с закрытыми глазами. Живот ее напрягся, волна желания вновь поднялась в ней.

Он снова покинул ее. Глаза его были закрыты – он с трудом удерживался на краю, совсем близко от ее тела, потом с легким вскриком вошел в самую глубину ее лона, и ее мускулы конвульсивно сжались, обнимая его, в то время как его орган пульсировал внутри ее.

Со стоном он опустился поверх ее тела, опираясь на ее груди с такой силой, что она почувствовала, как громко бьется его сердце столь близко от ее собственного. Она обвила руками его влажную спину и теперь лежала неподвижно и тихо, медленно дыша и столь же медленно приходя в себя.

Гидеон пошевелился и скатился с нее.

– Иисус, Мария и Иосиф! – пробормотал он. – Вы чудо, мисс Дункан!

– Вы и сами неплохи, сэр Гидеон, – с усилием ответила она. – Теперь я уж точно не умру от любопытства.

Он посмотрел на нее.

– Что ты имеешь в виду?

Она лишь улыбнулась и закрыла глаза. Теперь она знала, чего ей раньше не хватало. Но тогда она ни за что не призналась бы себе в этом, хотя немного завидовала Констанс, явно удовлетворенной браком и сексуальными отношениями с Максом. Улыбка все еще блуждала на ее губах, когда она провалилась в глубокий сон без сновидений.

Она проснулась часом позже под тихий звук голосов, исходящий от двери. Пруденс лениво приподнялась, опираясь на локоть, и посмотрела на дверь. Гидеон, в халате, разговаривал с кем-то, стоявшим в коридоре.

Она снова упала на подушки, осознав, что Гидеон ухитрился не только встать, не разбудив ее, но и укрыть ее одеялом. Более того, она оказалась между двумя одеялами.

Голоса умолкли, и дверь отворилась. Пруденс с трудом приподнялась и села, опираясь на подушки, укрытая одеялом до горла.

– Откуда халат? – спросила она.

Халат был весьма элегантен, из шелковой парчи; вряд ли такие выдавали всем постояльцам.

– Я захватил его с собой.

Он приподнял с пола маленький чемоданчик. Пруденс вспомнила, что уже видела его раньше.

– Хочешь сказать, что спланировал все заранее? – спросила Пруденс, вовсе не уверенная в том, что это действительно было так.

Он покачал головой.

– До чего ты подозрительна, радость моя! Нет, я ничего не планировал. Большую часть дня провел, стараясь преодолеть нашу взаимную неприязнь. Но как ты могла заметить, я энтузиаст автомобиле – вождения.

– Я бы сказала – фанатик.

– Да, но не будем спорить о степени моего энтузиазма. Продолжая говорить, он раскрыл свой чемоданчик.

– И все же я опытный автомобилист. Я знаю, что даже самое надежное авто может подвести на большом отрезке пути. Поэтому готов ко всему. – Он извлек из чемодана шелковый халат и, встряхнув, расправил на нем складки. – Это для тебя.

Он разложил халат на постели. Это было неглиже из изумрудно-зеленого китайского шелка, расшитое ярко-синими павлинами. Пруденс провела по нему пальцем:

– Красиво. Но нам надо немедленно возвращаться домой.

– Нет, – ответил Гидеон. – Сейчас нас ждет обед. Если ты не забыла, жареная утка.

Пруденс откинула одеяла и бросила испуганный взгляд на часы на каминной полке. Было около половины десятого.

– Гидеон, я должна возвращаться. Моя семья сойдет с ума от беспокойства.

– Ничего подобного, – возразил он со спокойной уверенностью, столь часто ставившей ее в тупик. – Милтон знает, насколько ненадежен автотранспорт. Он не удивится, что мы не вернулись к десяти часам. Он отправится на Манчестер-сквер и объяснит, что мы заночевали по дороге и вернемся утром.

Она уставилась на него, все еще полная сомнений.

– А как насчет завтрашнего утра? Завтра понедельник. Разве ты не спешишь на работу?

– Мое первое заседание назначено на полдень. Мы выедем рано утром, и у нас будет уйма времени, чтобы вернуться вовремя.

Пруденс снова легла и натянула на себя одеяло.

– Есть ли хоть что-нибудь, чего бы ты не предусмотрел?

– Не думаю, – ответил он с некоторым самодовольством. – У меня с собой щетка для волос, зубная щетка, зубной порошок и халат для тебя. Хотя, – добавил он с сомнением в голосе, – едва ли он тебе понадобится.

– Возможно, и нет, – согласилась она. – Но если нас ждет жареная утка, может, стоит одеться и спуститься вниз?

– Незачем. Поедим здесь. Слишком много усилий понадобится, чтобы спуститься вниз, а столовую скоро закроют.

– Ах! – Пруденс снова потрогала халат. – В таком случае я встану и надену его.

– Возможно, это хорошая мысль, – согласился Гидеон. – Ванная напротив. Скорее всего нам ни с кем не придется ее делить. Не думаю, что кто-нибудь еще снял здесь комнату.

Пруденс надела халат и туго завязала пояс. – Ты что-то говорил насчет щетки для волос?

– Да, но я хочу сделать это сам. Твои волосы буквально сводят меня с ума. – Он подошел к ней, приподнял ее лицо за подбородок и поцеловал в уголок губ.

Она улыбнулась и прошлепала босыми ногами в ванную. Довольно маленькая, она имела все необходимое: ванну на когтистых лапах, раковину и ватерклозет. Пруденс пустила воду и пока наполнялась ванна, скрутила длинные волосы в узел, закрепила на темени и вернулась в спальню.

– Куда подевались мои шпильки для волос?

Гидеон собрал пригоршню с туалетного столика и предусмотрительно уложил горкой.

– Тебе не нужна компания в ванной?

– Она слишком мала для двоих, – ответила Пруденс.

– Мы могли бы потереть друг другу спину.

_ Невозможно этому противиться. – Она потянулась к нему и, улыбаясь, погладила по щеке. – У тебя выросла щетина.

– Пятичасовая щетина, – возразил Гидеон. – Обычно я бреюсь вечером и утром.