Джо Беверли - Рождественский ангел

– Папа Леандр! Перина съедает маму! – весело закричала Роузи. – Спаси ее!

Он подошел к постели и, схватив Джудит, потянул ее вверх. Сопротивляясь, она зажала ногами край простыни, чтобы он не мог быстро вытащить ее из постели.

– А-а-а! Все бесполезно! Спасайтесь, мои милые! – кричала она.

Леандр так хохотал, что ему не хватало сил вытащить жену из постели.

– Прыгайте на кровать, дети! – скомандовал он. – Бейте перину ногами! Заставьте ее отпустить маму!

Дети радостно выполнили его команду, и вскоре Джудит оказалась в руках Леандра, окруженная счастливыми, раскрасневшимися детьми.

– Ну как, все на месте? – ухмыльнулся он.

– Ты спас меня в последнюю минуту! – торжественно заявила Джудит.

– Вот и хорошо, – подмигнул он ей. – Может, тебе лучше спать со мной, пока мы не приручим эту дикую плотоядную перину?

– А что такое «плотоядная»? – спросила Роузи, все еще прыгая с братом на перине.

– Та, которая ест мясо, – сказал Леандр.

– О! – равнодушно отреагировала Роузи.

– Глупая! – сказал Бастьен, слезая с перины. – Люди – это тоже мясо, разве ты не знаешь?

– Я не мясо! – Роузи тоже слезла с перины.

– Очень даже мясо! Совсем как глупая овца!

– Нет, не мясо!

– Мясо!

– Не мясо, не мясо!

– Хватит! – скомандовала Джудит, ужасаясь их спору. Оба замолчали, но продолжали метать друг на друга гневные взгляды.

– Бастьен, после завтрака тридцать раз напишешь в своей лучшей тетради фразу «Я не должен грубить моей сестре». Роузи, подумай и объясни мне, почему люди – это не мясо.

– Хорошо, мама, – мрачным хором ответили дети.

– Отлично. Тогда ступайте одеваться.

Когда дети ушли, Леандр притянул к себе жену и поцеловал ее.

– Какая ты строгая! Так почему же люди не мясо?

– Потому, – ответила она, стыдясь откровенных поцелуев при свете дня. – Роузи, наверное, станет говорить, что у людей бессмертные души. Если она просто задумается над этим вопросом, это уже хорошо.

– Можно и мне послушать ее объяснения? – улыбнулся Леандр.

– Разумеется, только не надо ждать очень многого от шестилетней девочки.

После завтрака Бастьен отправился выполнять приказание матери, а Роузи осталась, чтобы рассказать ей, почему людей нельзя назвать мясом.

Роузи встала, сложив перед собой руки, и начала:

– Я подумала, мама, и решила, что люди отчасти мясо, но Бог сделал их особенными и дал им бессмертную душу. Еще Бог дал людям господство над животными, поэтому они не едят людей.

Джудит решила пока не разочаровывать Роузи насчет того, что иногда животные все-таки нападают на людей и пожирают их. Она уже собиралась похвалить дочь за правильные мысли, как Роузи вдруг сказала:

– Но это заставило меня подумать о Данииле, мама.

– О Данииле? – с упавшим сердцем переспросила Джудит.

– В логове львов. Ведь львы собирались съесть его, да?

Джудит не знала, что ответить, а Роузи между тем продолжала:

– И христиан в Риме бросали львам на растерзание. – У нее задрожали губы. – Мама, я не хочу, чтобы меня съели!

И Роузи бросилась в материнские объятия.

– Ну что ты, детка, – бормотала Джудит. – Так бывает редко, а уж в Англии и вовсе никогда!

Она взглянула на Леандра, ожидая от него поддержки.

– Разумеется! – бодро подтвердил он. – В Англии нет крупных плотоядных животных.

Роузи искоса посмотрела на него:

– Правда?

– Слово джентльмена!

– И постель не ела маму?

– Нет, разумеется. Мы просто играли.

– Взрослые не играют, – убежденно сказала Роузи.

Леандр улыбнулся жене, и от его улыбки ее бросило в жар.

– Играют, еще как играют.

– А папа не играл, – упрямо стояла на своем Роузи.

– А этот папа играет, – не отступал Леандр.

Успокоившись, Роузи пошла готовиться к верховой езде. Покачав головой, Джудит сказала:

– Как это, должно быть, странно… тебе шесть лет, и ты не знаешь, где реальность, где вымысел.

– Ты уверена, что сейчас всегда знаешь, где реальность и где вымысел?

– Конечно, – удивилась вопросу Джудит, но тут же задумалась. Иногда она действительно бывала в замешательстве.

– Возьмем мою ситуацию с Темпл-Ноллисом, – посерьезнел Леандр. – Где тут реальность и где вымысел?

– Мы узнаем это, как только доберемся туда, – твердо сказала Джудит.

– Да, конечно, – согласился муж, но в голосе звучала неуверенность. – Что ты собираешься делать сегодня?

– Ничего особенного. Может, куплю что-нибудь к Рождеству. Знаешь, мы с детьми привыкли делать украшения для дома… – Она подумала о Темпл-Ноллисе.

– Надеюсь, вы развесите рождественские венки по всему дому. Я хочу устроить веселое и шумное английское Рождество. Крепкий эль со специями, засахаренные фрукты, зеленые веточки остролиста с красными ягодками, омела…

Джудит видела, что он говорит совершенно серьезно.

– Хорошо, – сказала она. – Еще мне бы хотелось послать своим родным что-нибудь особенное, если ты не возражаешь. Какой-нибудь еды и подарков. Кстати, можно купить интересные игрушки для детей.

– Игрушки, – с улыбкой повторил за ней муж. – Я тоже должен поискать подарки.

– Вовсе не обязательно нам обоим дарить детям подарки. Они избалуются.

– Не избалуются. Мне тоже нужен предлог, чтобы побывать в магазине игрушек.

Джудит только покачала головой.

– Тогда купи подарки своим двоюродным братьям и сестрам.

– Вот еще! – шутливо отмахнулся Леандр. – Они хотят убить меня!

По его легкомысленному тону Джудит поняла, что он не принимает эту угрозу всерьез. Она же, напротив, относилась к этому с большой тревогой и озабоченностью.

– Не шути так!

– Почему? Это все ерунда. Они, несомненно, надеются отпугнуть меня от Темпл-Ноллиса, чтобы самим продолжать жить там и снимать сливки с доходов графства. Но они не зайдут так далеко, чтобы замыслить убийство. Кроме того, какие могут быть подарки, если я собираюсь выкинуть их из усадьбы?

– Мне кажется, в этих подарках есть смысл. Даже если тебе придется быть с ними жестким, ты все равно захочешь потом поддерживать с ними родственные отношения.

– Как хорошо ты меня уже знаешь, оказывается, – пробормотал он, снова целуя жену. – А как добиться твоего расположения, моя дорогая женушка?..

Но тут они услышали возвращавшихся детей и отодвинулись друг от друга. Бастьен принес показать свою тетрадку с тридцатью написанными фразами, потом Леандр увел детей на занятия верховой ездой.

Джудит приказала заложить экипаж и отправилась за покупками.

На этот раз она бережно тратила деньги, поскольку после оплаты издательских счетов их стало меньше, хотя всего несколько недель назад и о такой сумме она могла только мечтать. Поразмыслив, Джудит решила немедленно сообщить Тимоти Росситеру, что больше не нуждается в его деньгах. Не он виноват в том, что его брат оказался недальновидным глупцом, да и совесть не позволяла ей продолжать брать у него деньги.