Сара Беннет - Правила страсти

– Я знаю, в последнее время тебе было нелегко, Мариэтта. Как бы мне хотелось, чтобы ты никогда не встречала того ужасного человека!

Мариэтта подняла голову и взглянула на мать.

– Какого человека? – пробормотала она, думая о Максе.

– Этого мерзавца Джонса. Я возненавидела его с первого взгляда – самодовольная улыбка, поклоны, шарканье, и все такое фальшивое... Но ты, разумеется, не могла этого заметить, тебя тогда ослепила безумная страсть. – Она вздохнула. – К несчастью, он выглядел очень привлекательно, а я повела себя довольно глупо, запретив тебе видеться с ним. Вивиан написала, что мне следует позволить ему чаще навещать нас, чтобы ты осознала наконец, какой он мерзавец, но я ее не послушала. А потом этот наглец оказался настолько бесцеремонным, что попросил твоей руки! Разумеется, я тут же отказала ему от дома и сказала тебе, что ты никогда больше его не увидишь.

Мариэтта вздохнула:

– В любом случае, из этой ерунды я уже выросла.

Эми рассмеялась:

– Значит, ты стала беднее. Каждый мужчина, каждая женщина, каждый ребенок мечтают о том, чтобы их любили, Мариэтта. В этом нет ничего плохого.

– Джонс точно знал, что сказать, чтобы овладеть моим сердцем, но для него все это было игрой. Получив приз, он тут же обо всем забыл.

– Верно. – Эми снова стала серьезной. – Обнаружив, что тебя нет, я так разозлилась, что послала за ним мистера Джардина с хлыстом...

– С хлыстом?

Эми улыбнулась:

– Я никогда тебе этого не рассказывала, Мариэтта. Мистер Джардин нагнал его в нескольких милях к югу, когда мерзавец остановился, чтобы вздремнуть под деревом у дороги. Думаю, теперь, засыпая, он каждый раз вспоминает о своем пробуждении в тот день!

Мариэтта, не выдержав, засмеялась, представив себе мистера Джардина с хлыстом.

– Ты хочешь сказать, что мистер Джардин...

– Да, дорогая. – Эми вздохнула. – Но к сожалению, этот ужасный Ролингз распустил мерзкие слухи, и я не смогла их заглушить. – Она отбросила со щеки локоны дочери. – Зато теперь все позади.

Внезапно собственное поведение показалось Мариэтте смешным и наивным. Если бы Джерарда не существовало, она непременно задумалась бы над предложением Макса.

Боже, ну почему мир устроен так несправедливо?!

Глава 16

Франческа решила, что раз уж она приехала в Лондон, то непременно должна осмотреть лондонский Тауэр, и Мариэтте пришлось тащить за собой упирающуюся Лил, но поспеть за длинными ногами Франчески они все равно не могли. Гнетущее впечатление на Франческу произвели мрачность места, каркающие вороны и кровавая история. Мариэтта подозревала, что сестра уже решила написать акварель, дабы увековечить свои впечатления.

Когда сестры наконец выбрались на свет Божий, у них еще хватило сил пройтись по магазинам, а затем они направились домой.

Мариэтта зевала и во всем винила Макса. Несмотря на усталость, она не могла спать оттого, что думала о нем; при этом ее тело возбуждающе покалывало. Плохо, очень плохо. Надо бы как-то положить этому конец, но как? Этого она не знала.

Афродита известила ее, что следующим заданием будет присутствие на маскараде в Воксхолл-Гарденз, где она встретится с Максом. Мариэтта всегда мечтала поприсутствовать на таком событии, а с Максом это будет почти что осуществлением мечты.

Однако дома на Беркли-сквер Мариэтту ждало настоящее потрясение.

Забрав у нее свертки, дворецкий Ходж сообщил ей приглушенным голосом, что «некая важная персона» желает поговорить с ней в приватной обстановке.

– Важная персона? И кто же это?

– Герцог Баруон. Он ждет вас в парадной гостиной, и с ним лорд Монтгомери.

Сначала Мариэтта подумала, что ослышалась. С какой стати отцу Макса говорить с ней?

– Оливер дома? – с надеждой спросила она.

– Да, мисс, он прибыл час назад.

Ну слава Богу, хотя бы Оливер будет рядом. Мариэтта не испытывала ни малейшего желания встречаться с отцом Макса, поскольку не ожидала от разговора с ним ничего хорошего.

– Послушай, сестрица. – Услышав голос Франчески, Мариэтта оглянулась. – Кто такой герцог Баруон и что ему от тебя нужно?

– Я как раз думаю о том же. – Мариэтта пригладила платье. – Надеюсь, у меня приличный вид?

С тех пор как Макс расшнуровал ей корсет, Мариэтта опасалась шнуроваться слишком туго и носила свои старые платья; ощущение, испытанное на вилле «Похотливая леди», излечило ее от желания сдавливать себе легкие.

Франческа критически оглядела сестру.

– По-моему, ты выглядишь прекрасно. – Она придвинулась ближе, – Это из-за мужчины, да? Я поняла это сразу, как только увидела тебя.

Мариэтта с изумлением взглянула на нее, но не успела ничего сказать, потому что Вивиан, появившись из двери и воскликнув: «А, вот и ты!» – крепко схватила ее за руку и потащила за собой.

Первым, кого увидела Мариэтта, войдя в комнату, был Оливер – он стоял у окна, заложив руки за спину. Лицо его выглядело усталым, о чем свидетельствовали тени под глазами. Рядом с ним стоял высокий худой мужчина – казалось, это был постаревший и не слишком привлекательный двойник Макса. В его темных волосах виднелась седина, а густые брови были расположены столь низко, что Мариэтта едва могла рассмотреть цвет его глаз.

Мгновение он неподвижно смотрел на нее, а затем опустил взгляд и отвернулся. Тогда вперед выступил Оливер:

– Ваша светлость, позвольте вам представить мою свояченицу, мисс Мариэтту Гринтри. Мариэтта, это его светлость герцог Баруон.

Суровое выражение лица герцога ничуть не изменилось после этих слов, и Мариэтта почувствовала, что ее сердце сжимается все сильнее, и постаралась напомнить себе, что она не сделала ничего плохого. То, что происходит между ней и Максом, – их личное дело, не имеющее никакого отношения ни к герцогу, ни к любому другому члену семейства Велландов.

– Мой племянник, Гарольд, сказал мне, мисс Гринтри, что он попросил вас воздержаться от посещений моего сына в его доме на Бедфорд-сквер.

Вивиан издала нечленораздельный звук, но Мариэтта ее опередила:

– Это правда, ваша светлость.

– Тем не менее, вы все еще продолжаете видеться с Максом.

– Только не на Бедфорд-сквер, ваша светлость.

– Вы думаете, меня интересуют детали? – Герцог нервно зашагал к камину, затем повернулся и двинулся обратно.

Мариэтта с удивлением наблюдала за ним. Он был так похож на Макса, что это казалось сверхъестественным. Она сглотнула.

– Ваша светлость, встречаюсь я с вашим сыном или нет, вас больше не касается. Макс сказал мне, что прекратил всякое общение с родственниками.

– Простите мою сестру за прямолинейность. – Вивиан, выступив вперед, бросила на Мариэтту предостерегающий взгляд, но герцог, казалось, думал совсем о другом.