Линси Сэндс - Леди-пират

– Еще нет.

Обе женщины вздрогнули и обернулись к двери: на пороге, загораживая выход своей массивной фигурой, стояла леди Бишэм.

– Он очень любил тебя, любил до последнего дня, до самой своей смерти, – печально сказала она. – Мэг, я причинила тебе так много зла, но в результате оказалась еще более несчастной, чем ты. В ту ночь, вернувшись из конюшни, ты вся светилась от любви, и я позавидовала тебе: мне хотелось такого же счастья, не важно, какой ценой. Тогда у меня даже не было определенного плана; просто что-то засело в голове, будто сам дьявол нашептал. Я спрятала твое платье в своей комнате и, пройдя к Джону, сказала ему, чтобы он шел на конюшню, а потом побежала к себе, надела твое платье, маску и тайком выскользнула из дома. Придя туда вслед за мной, Джон увидел женщину в твоем платье, лежащую в объятиях пьяного в стельку конюха, которого я еще раньше заметила на конюшне и решила использовать его состояние к своей выгоде,

Мне казалось, что Джон после этого уйдет, но он потащил меня в сторону и принялся избивать конюха, испугалась и убежала, а потом, немного оправившись, переоделась в свою одежду и стала ждать. Большё всего я боялась, что вы можете случайно столкнуться с ним и мой обман раскроется, но ты сдалась и не стала предпринимать никаких попыток хоть что-то исправить. Если сначала я чувствовала угрызения совести, то потом, видя, что ты не хочешь даже немного побороться за свое счастье, перестала мучить себя сомнениями.

– Как я могла бороться, – с горечью сказала Мэг, – зная, что он не хочет встречаться со мной?

– С чего ты, это взяла? Ты даже не пыталась сопротивляться! – зло бросила Бланш. – На твоем месте я бы загнала его в угол и потребовала объяснить, почему он так обошелся со мной после ночи, проведенной вместе, а ты, перестав ходить на балы, так ни разу и не увиделась с. ним.

– Мне было больно и стыдно.

– Что ж, если бы ты собрала в кулак свое мужество, а не ныла бы, как ребенок, то, возможно, все обернулось бы по-другому. Через пару недель Джон начал искать тебя и, думаю, поверил бы в любую ложь, которую ты преподнесла бы ему в качестве оправдания, так как очень сильно любил тебя. Но ты малодушно сбежала…

Мэг закрыла лицо руками и тихо заплакала.

– Потом ты поняла, что беременна, и туг я снова испугалась. Если бы Джон узнал, он обязательно женился бы на тебе, даже полагая, что ребенок не его. Тогда я вызвалась поговорить с ним, но, разумеется, не стала этого делать и, вернувшись домой, снова солгала тебе, уговорила уехать в тот старый дом. Остальным я рассказала, что ты сбежала с конюхом, и, как ни странно, мне поверили. Потом я стала расставлять сети, чтобы заполучить Джона. Как я и предполагала, он запил, и однажды поздно вечером я пришла к нему. Мне казалось, что он примет мое тело, попытается найти во мне утешение. – Она хрипло рассмеялась. – Увы, мне чуть ли не пришлось самой изнасиловать его. Это совершенно не походило на то, о чем рассказывала ты, и было быстро и грубо. Джон постоянно повторял твое имя и уснул прямо на мне. Когда мы потом встретились с ним, Джон чувствовал себя неловко и даже извинился, однако предложения не сделал. Я разозлилась, но вела себя спокойно, ожидая, что забеременею с первого раза. Однако и тут меня постигло разочарование. Тогда мне пришлось снова солгать: я сказала, что у меня будет ребенок, и через неделю мы поженились. В нашу первую брачную ночь Джон довел меня до дверей спальни, поцеловал по-отечески в лоб и отправился в свою комнату. Больше он никогда не прикасался ко мне. Я испугалась, что моя «беременность» не будет заметна, и уже на следующее утро собралась в деревню, где рассчитывала провести все девять месяцев, чтобы никто ничего не заподозрил. Именно тогда я приехала к тебе. Муж даже не поинтересовался, куда и на сколько я уезжаю. Мне это было на руку, потому что я боялась разоблачения. Как же я оказалась глупа! Джон вообще перестал интересоваться мной. Его главной целью стали деньги, состояние будущих поколений Бишэмов. Леди Бишэм некоторое время молчала, затем, вздохнув, посмотрела на свою сестру.

– Теперь ты понимаешь, что твой ребенок не умер. Я отнесла его в гостиницу и отдала кормилице, а потом, посадив тебя на корабль проведя в деревне еще несколько месяцев, вернулась в Лондон с твоим сыном. Я надеялась, что появление наследника поможет улучшить мои отношения с его отцом, но Джон едва взглянул на нас обоих. Он не занимался со мной любовью и даже почти не разговаривал с собственным отпрыском. Только тогда я поняла, какую ужасную ошибку совершила. Моя постель была холодна, а жизнь печальна.

– Бедняжка.

Валори удивленно посмотрела на Мэг, произнесшую эти слова.

– Кажется, столь грустная история разжалобила тебя? – презрительно спросила она. – Сестра разрушила твою жизнь, отняла любимого человека и единственного ребенка, а тебе оставила лишь возможность выйти замуж за пьяницу и провести свою жизнь на острове. А ты еще и жалеешь ее…

– Нет, это не совсем так, – тихо возразила Мэг. – Бланш права, я действительно не боролась за свою любовь, а сбежала, как последняя трусиха. И не по ее вине я вышла за Джилкриста – это было только мое решение. Все мои решения превратили мою жизнь в ничто.

– Но если бы она не…

– Да, она солгала, и не раз, а я не удосужилась проверить ее слова – помешала гордость. Мне нужно было пойти к Джону в первый же день, когда он не пришел за мной, и попросить его объяснить, что случилось; но я не была уверена ни в себе, ни в нем…

– Замечательно, – нетерпеливо перебила ее Валори. – Ты прощаешь Бланш за то, что она испортила твои отношения с любимым человеком; но она пыталась убить тебя несколько раз, как только ты появилась в Лондоне! Или за это ты ее тоже простишь?

– Я никого не пыталась убить. Мэг и Валори переглянулись.

– Подожди, – первой заговорила Валори, – ты хочешь сказать, что не пыталась убить ее, а просто подстраивала ловушки и, если бы она попала в одну из них, то это была бы ее вина?

Бланш скривила губы:

– И ловушки я не подстраивала. Это делал Джон.

– Джон? – Мэг вздрогнула. – Мой сын хотел убить меня?

– Боюсь, что да.

– Он что, так и не понял, кто его мать? – недоверчиво спросила Валори.

– Я все рассказала ему в тот день, когда мы случайно встретились, – боялась, что он и сам вот-вот все узнает, и поэтому решила поторопиться.

– Но если он знал, что она его мать, то почему хотел ее убить?

– Думаю, именно поэтому. Если узнают, что Джон не мой сын, он лишится титула и состояния.

– Из-за того, что ты была женой Бишэма, а его настоящая мать – нет?

– Именно.

– Но какая разница, кто его мать, ведь он все равно сын Бишэма. При чем здесь наследство?