Дженнифер Эшли - Поцелуй пирата

Он собрал волосы Онории в кулаки и привлек ее к себе. Его поцелуй был страстным и порывистым.

Он заставил ее распрямить ноги и вытянуться во всю длину койки. На этот раз он ее не ласкал. Рывком расстегнул штаны, раздвинул ей ноги и вошел в нее мощным толчком. Онория впилась в его плечи ногтями, а он двигался в ней, погружаясь все глубже и глубже.

Он довел ее до оргазма и тотчас же сам испытал его.

Когда страсти улеглись, он продолжал оставаться в ней, нежно целуя ее в губы, и она наслаждалась этим, счастливая и усталая.

Прошло немало времени, луна уже пересекла полоску неба, видимую из окна. Кристофер наконец освободил Онорию, скинул штаны и натянул на них обоих одеяла.

Она поцеловала его.

– Кристофер, – прошептала Онория.

– Никаких разговоров, – проворчал он и заснул. Или притворился, что спит.

По-прежнему дул свежий ветер и корабли быстро продвигались на запад. Онория хмурилась, недовольная такой ситуацией. Ее раздражало, что небо безоблачно, а море спокойно. Шторм помог бы им скрыться от Джеймса.

Ее злость на брата не ослабевала. Ей хотелось высказать ему все, что она о нем думает.

Она взглянула на «Аргонавта», следующего за ними на расстоянии нескольких корабельных корпусов. Это был красивый быстроходный корабль. Диана находилась на нем с двумя детьми. Онория должна была признать, что Диана несколько смягчила характер Джеймса, но должно пройти немало времени, прежде чем Онория изменит свое отношение к брату.

В последующие дни ее муж тоже вел себя, как Джеймс, надменно и раздражающе. Как только она пыталась продолжить начатый разговор о любви, Кристофер с недоумением смотрел на нее. О том же, что они будут делать после того, как приведут Джеймса к золоту, он вообще не хотел говорить, ссылаясь на занятость.

После ухода Хендерсона Мэнди все время злилась и никого не подпускала к себе, даже Кристофера. Моряки, жалея ее, предоставили ей самую просторную каюту. Кристофер терпел ее сарказм с завидным равнодушием. То ли он был толстокожим, то ли привык к ее выпадам. Онория после безуспешной попытки поговорить с Мэнди как женщина с женщиной решила оставить ее в покое. Было ясно, что Мэнди не желает ни с кем обсуждать свои проблемы.

Они приближались к месту, где Кристофер спрятал клад, без особых приключений, если не считать того, что происходило в их каюте. Кристофер ввел Онорию в мир наслаждений, о которых она и не подозревала. Когда они с Кристофером впервые завершили как положено их бракосочетание несколько лет назад, она думала, что познала таинство общения с мужчиной. Но теперь поняла, что ошиблась.

Кристофер медленно доводил ее почти до оргазма, а потом внезапно оставлял, заставляя ее сердце бешено колотиться. Он долго мучил ее, прежде чем уступить ее мольбам – обычно с довольной усмешкой, – и лишь тогда овладевал ею. В другие ночи он приходил в каюту и яростно набрасывался на нее, заставляя стонать от блаженства.

Он также научил ее доставлять ему удовольствие руками и ртом. Она испытывала пьянящую радость, доводя его до готовности и даже до оргазма прежде, чем он входил в нее.

Приобретенные ею любовные навыки вызывали у нее некоторое самодовольство, особенно когда он крепко сжимал ее и целовал, не в силах остановиться. «Ты побежден, мой пират», – думала она в такие минуты.

По крайней мере в постели. Во всем остальном он ей не уступал.

Через три дня после того, как Джеймс присоединился к ним, появился остров. Он возвышался над водой грядой утесов, и небольшая ровная полоска земли дугой охватывала бухту, слишком узкую для того, чтобы туда могли войти корабли.

Онория через подзорную трубу увидела густую зеленую растительность и тонкие серебристые струи водопадов, сбрасывающих свои воды с утесов. Открывшийся вид чем-то напомнил ей Ямайку, где они были вместе с Полом несколько лет назад.

– Здесь полно пресной воды, – сказал Кристофер, – мы сможем пополнить свои запасы. – Он искоса посмотрел на Онорию. – И моя жена сможет хорошенько помыться.

– Все должны помыться, – заявила Онория. – И постирать одежду. Прямо сейчас. Кристофер, распорядись.

– Не торопись, Онория, – остановил ее Кристофер.

– От твоих людей так пахнет… Я больше не могу этого переносить, – продолжила она. – Если мне предстоит остаться на этом корабле, регулярное мытье должно стать обязательным для всей команды.

Кристофер окинул ее холодным взглядом.

– Хочешь вызвать мятеж?

– Конечно, нет. Пытаюсь сохранить остатки здравомыслия. И свое обоняние.

Он изучал ее какое-то время с непроницаемым выражением лица. Затем повернулся к своей команде, сложил ладони рупором и крикнул:

– Слушайте приказ! Всем мужчинам и женщинам следует отправиться к ручьям для купания. Полностью и с мылом. Тот, кто уклонится от этого, получит десять плетей. – Он посмотрел на Онорию. – Ты довольна?

Она нахмурилась.

– Не следовало воспринимать все так буквально. Мужчины, недовольно ворча между собой, бросали мрачные взгляды на Онорию, а кто-то крикнул:

– Может, захватить с собой еще зеркальце?! Раздался смех, потом кто-то крикнул фальцетом:

– Я возьму с собой свои лучшие духи!

Снова взрыв смеха. Некоторые моряки начали изображать, будто поправляют прически, другие – будто скребут тело щеткой.

– Принимайтесь за работу! – крикнул Кристофер, но в голосе его не было гнева.

Они отправились на берег тремя лодками: две с «Аргонавта» и одна со «Звездного креста». Кристофер не разрешил Онории высадиться с первой партией, желая убедиться, что на берегу безопасно.

– Там могут разбить лагерь пираты и контрабандисты, – пояснил он. – Я не видел ни одного дымка, но на острове есть много скрытых лощин. Кто-то мог заметить наше прибытие.

Джеймс придерживался того же мнения. Он отправил Диану на лодке на «Звездный крест», чтобы они с Онорией ждали сигнала о том, что женщины могут высадиться на берег.

Диана рассердилась на Джеймса, когда он с матросами отправился без нее. Онория сочла действия Кристофера разумными, хотя ее мучили сомнения. Если враждебно настроенные пираты и контрабандисты действительно обосновались на острове, то пусть лучше Кристофер и Джеймс первыми столкнутся с ними.

Она сказала об этом Диане. Та стояла, опершись о поручень; ее распущенные волосы развевались на ветру.

– Возможно, ты и права, – раздраженно заметила она. – Но для них все это может обернуться развлечением. Что, если там окажутся дружелюбно настроенные контрабандисты, которые встретят их бочкой рома? В таком случае мы не увидим их целый день, и они, конечно, забудут о нас.

Онория рассмеялась.

– Это маловероятно.