Вирджиния Хенли - Талисман

— Не словами… Ты пригласил меня взглядом. — а вошла в комнату и, не теряя времени зря, начала расстегивать платье.

Джейн услышала женский голос в комнате Линкса, но разобрать не могла. Из любопытства она поднялась по Внице ведущей в покои лорда, и остановилась у дверей.

— Сегодня я поняла, что ты меня хочешь. Так же, как и тебя. У нас не все потеряно. Как ты смотрел на меня! Будто раздевал своими страстными зелеными глазами. Вот почему я надела твое любимое платье и сапфиры, которые ты подарил мне.

Линкс почувствовал угрызения совести, поняв, что ничего не испытывает к этой женщине. Былая страсть давно прошла, а то, что она говорит сейчас, — плод воображения. Как же избавиться от Алисы, не задевая ее самолюбия? «Я собираюсь отвергнуть эту женщину, но как сделать это тихо и безболезненно для нее?» Линкс вздохнул и стал застегивать ее платье.

— Алисия, тебе лучше вернуться в свою комнату. Когда я захочу тебя, то приду сам.

— Понимаю, милый. Нам следует соблюдать осторожность. Здесь даже стены имеют уши.

Он был решительно настроен избавиться от Алисии и поэтому проводил ее до дверей, чуть подталкивая в спину.

Подслушав этот разговор, Джейн спустилась по лестнице, села на нижнюю ступеньку и устремила невидящий взгляд в темноту. «Не сметь плакать! — приказывала она себе. — Какое мне дело до того, что Алисия надела его любимый наряд, или до того, что он покупает ей драгоценности? Он собирается взять ее с собой в Эдинбург, — с горечью думала Джейн. — Он заботится о своей любовнице гораздо больше, чем обо мне. Черт тебя побери, Линкс де Уорен!»

Она тяжело поднялась, добрела до своей комнаты, дрожащими руками зажгла свечу и, увидев бутылку с вином, потянулась за кубком.

Повеселевшая Алисия Болтон зажгла все свечи и сняла покрывало с постели. Алиса знала, что Линксу не нравилось, когда она приходила в его комнату без приглашения, и была достаточно умна, чтобы этого не делать. Но сегодня — особый случай. Она должна была подстегнуть его. Линкс так долго не приходил к ней! Алиса даже стала опасаться, что надоела ему.

Алисия налила вина, продолжая убеждать себя в том, что поступила правильно. Теперь, узнав о ее чувствах, он обязательно придет к ней в постель. Но одна минута сменяла другую, складываясь в часы, и уверенность и надежда Алисии начали таять.

Она снова налила себе вина и нервно зашагала по комнате. Почему Линкс упорно избегает ее? «Тому виной обручение с этой маленькой шлюхой, — решила, она. — Джейн стала главной в его жизни, потому что он оставил свое семя в ее лоне. Эта тупая девица должна выпить мое вино, и добавленная в него болотная мята окажет свое разрушающее действие».

Ушел в небытие очередной час, и Алисия поняла наконец, что Линкс не придет. Его поведение лишено всякого смысла. Она наступила на собственную гордость, сама пошла к нему — и вот награда за ее унижение. Подбежав к зеркалу, Алиса распахнула халат и долго рассматривала себя. Нет, она по-прежнему стройна и привлекательна. Ее живот подтянут и упруг, а не надут и растянут, как у Джейн Лесли. И вдруг ее осенило: надо не Джейн опасаться — она ей не соперница; истинный соперник — ребенок Линкса.

А раз так, то еще не все потеряно. Все будет хорошо. Линкс заберет ее с собой в Эдинбург… Она ухватилась за эту мысль, как утопающий за соломинку. Но как ни старалась Алисия себя обмануть, пришлось-таки признать правду. Лорд брал ее с собой в Эдинбург, чтобы избавиться от нее. Вот из-за чего эта пара так ругалась сегодня утром. Джейн потребовала, чтобы Линкс изгнал любовницу из Дамфриса.

Алисия со злостью бросила кубок в зеркало. Надо изменить план. Теперь она будет сеять семена подозрения. Сомневающийся всегда обречен на поражение.

Глава 20

В этот вечер Джейн не ложилась спать. Она сидела в кресле перед камином и, не сводя глаз с тлеющих угольков, обдумывала свое дальнейшее поведение.

Наступить на собственную гордость и попытаться извлечь пользу из этой унизительной ситуации? Или взбунтоваться и выложить лорду всю правду о своих чувствах? А может быть, ворваться к Алисии и выцарапать ей глаза?

Джори де Уорен говорила, что мужчины не любят мягких, податливых женщин, а предпочитают своевольных и упрямых. Да будет так! Линкс посадил ее под замок в Дамфрисе, а она восстанет против его воли и уйдет домой. Отец проводит почти все ночи в замке, поэтому ей придется уговаривать только Меготту. Она уйдет без вещей и не возьмет абсолютно ничего из того, что Линкс подарил ей. Однако в глубине ее души жила надежда, что он придет и уладит их отношения.

Джейн покинула замок задолго до рассвета и направилась в свой прежний дом. К своему удивлению, она встретила не только Меготту, но и Сима и Бена, вернувшихся с горных пастбищ. Бабушка и братья сидели у камина при свечах и вели оживленную беседу. Но, увидев ее, все трое резко оборвали разговор, будто разрабатывали преступный план. Казалось, даже воздух здесь был наполнен таинственностью и тревогой. Джейн тотчас забыла о своих проблемах. «Здесь пахнет бедой», — подумала она. Ее бабушка поднялась и заговорила с кем-то, кого Джейн не могла разглядеть.

— Ты рассказал об этом Джейн? — спросила Меготта. Из тени вышел Кейси:

— Нет, пока не говорил.

Обеспокоенная Джейн бросилась к нему:

— О чем? Что случилось?

— Она обладает шестым чувством, как и Кейси, — тихо объяснила Меготта. — Невозможно что-нибудь утаить от нее.

— Когда мы были на горных пастбищах, — начал Бен, — то узнали о новом предводителе, собирающем шотландских повстанцев. Его зовут Уильям Уоллес. К нему примыкают люди, занимающие самое разное положение в обществе. Все, кому нечего терять, вступают в его армию для борьбы с английскими угнетателями. Его цель — свобода и независимость. Бесчисленное множество людей, не желающих жить в рабстве, втайне поддерживают Уоллеса.

— Он кельт, как и мы, — добавил Сим. — Мы слышали его речь. Он способен возродить шотландскую гордость, которую пытаются подавить англичане. Более половины пастухов в приграничных краях уже присягнули Уоллесу на верность.

Джейн в ужасе уставилась на братьев.

— Бог мой! Вы тоже присягнули ему?! Вот почему вы оставались там до ноября! Вы втайне поддерживаете этого человека?

— Мы — кельты.

— Если де Уорен узнает, то вы — мертвецы! — заявил Кейси.

— Никто за пределами этой комнаты не должен узнать об этом, — с жаром воскликнула Джейн. — Вы должны любой ценой скрывать это и от отца. Вступив в армию Уоллеса, вы подпишете смертный приговор себе и всем нам!

— Неужели вы так слепы? — возмутился Кейси. — Разве вам не известно, зачем де Уорен в Дамфрисе? Он здесь для того, чтобы подавить малейшую попытку мятежа. Опомнитесь! Его дядя — наместник Шотландии. Даже Брюсы поддерживают англичан, а у них есть шпионы везде.