Дафна дю Морье - Дом на берегу

Я вспомнил о них как раз в тот момент, когда въезжал в гараж, и только тут я, наконец, понял, что со мной происходит. Все время, пока я ехал домой, я передвигался в одном мире, тогда как мое сознание еще продолжало пребывать в том, другом. Я ехал домой, и какая-то часть моего мозга четко реагировала на то, что я держу в руках руль, и целиком принадлежала настоящему, и одновременно я все еще оставался в прошлом, в полной уверенности, что Роджер с Изольдой в эти самые минуты держат путь в Триджест.

От всего этого меня даже пот прошиб. Я продолжал сидеть в машине, руки у меня дрожали. Нельзя допустить, чтобы подобные вещи повторялись. Необходимо себя контролировать. Было только шесть утра. Вита с мальчиками и наши гости — будь они неладны! — спокойно спят в доме, а Роджер, Изольда и Бодруган уже более шестисот лет как мертвы. Я снова в своем двадцатом веке…

Я вошел через черный ход и подальше запрятал флягу. За окнами стоял день, но в доме еще царило полное безмолвие. Я прокрался на кухню и включил электрический чайник, чтобы приготовить чаю. Дымящаяся чашка чая — как раз то, что требовалось. Вскоре чайник негромко заурчал, и я почему-то сразу успокоился, уселся за стол и только тогда вспомнил, как много мы все выпили накануне вечером. На кухне еще чувствовался запах омара, которого мы ели, и я встал, чтобы открыть окно.

Я допивал вторую чашку чая, когда услышал, как заскрипели лестничные ступеньки. Я уже был готов броситься в подвал подальше ото всех, чтобы меня никто не трогал — хотелось остаться незамеченным, perdu, как говорят французы, но тут дверь распахнулась, и в кухню вошел Билл.

— Привет, — сказал он, смущенно улыбаясь. — Две умные головы озабочены одним и тем же. Я проснулся — мне показалось, машина подъехала — и вдруг почувствовал, что умираю от жажды. Ты что пьешь? Чай?

— Да, — сказал я. — Выпей и ты чашечку. Диана проснулась?

— Нет, — ответил он. — Насколько я знаю свою жену, она еще не скоро продерет глаза после вчерашнего. Мы все здорово накачались, да? Надеюсь, ты на меня не в обиде?

— Нет, вовсе нет, — успокоил я его.

Я налил ему чашку чая, и он уселся за стол. Вид у него был довольно помятый, а бледно-розовая пижама совсем не шла к землистому цвету его лица.

— Ты одет, — отметил он. — Давно встал?

— Да, — ответил я. — Мне не спалось, и я решил прогуляться.

— Значит, это твою машину я слышал?

— Наверное.

От чая мне в целом становилось лучше, но на лбу выступила испарина. Я чувствовал, как у меня по лицу струится пот.

— Ты неважно выглядишь, — критически заметил он. — С тобой все в порядке?

Я вынул из кармана носовой платок и вытер им лоб. Снова учащенно забилось сердце — должно быть, чай подействовал.

— Так случилось… — медленно произнес я, слыша как бы со стороны свой голос, с трудом выговаривающий слова, словно в чашке был не чай, а приличная доза алкоголя, которая на время вышибла меня из равновесия. — Так случилось, что я оказался невольным свидетелем ужасного преступления, и это не выходит у меня из головы.

Он поставил чашку и вытаращил глаза.

— Что-что?

— Мне захотелось подышать свежим воздухом, — начал я торопливо, — и тогда я отправился на машине в одно хорошо известное мне место, примерно в трех милях отсюда, неподалеку от морского рукава, и увидел там, как село на мель одно судно. Был ужасный шторм — и парень, что находился на борту судна со своей командой, был вынужден спустить на воду шлюпку. Они благополучно добрались до противоположного берега, но тут случился весь этот ужас…

Я налил себе еще чаю; руки у меня дрожали.

— Эти бандиты, — сказал я, — эти головорезы на том берегу… У парня с судна не было ни малейшего шанса спастись. Они не стали пускать в ход ножи или что-нибудь еще, они просто сунули его головой под воду и держали, пока он не захлебнулся.

— Боже мой! — воскликнул Билл. — Боже, какой ужас! Ты уверен?

— Да. Я сам все видел. Видел, как его утопили, беднягу…

Я встал из-за стола и принялся шагать взад и вперед по кухне.

— Что ты собираешься предпринять? — спросил он. — Может, лучше позвонить в полицию?

— В полицию? — переспросил я. — Полиции тут делать нечего. Я вот думаю о сыне этого бедолаги. Он ведь болен, и кто-то должен будет рассказать обо всем ему и другим родственникам.

— Но, черт возьми, Дик! Это же твой долг — известить полицию. Я понимаю, тебе неохота впутываться в эту историю, но ведь речь идет об убийстве, разве не так? И ты говоришь, что знаешь парня, которого утопили, и его сына?

Я уставился на него, отодвинул в сторону свою чашку с чаем. Случилось. Боже милостивый, опять! Снова эта путаница. Смешение двух миров… Меня прошиб пот, на этот раз с головы до ног.

— Нет, не совсем так, — сказал я. — Я не знаком с ним лично. Мне случалось видеть его издали, он держит яхту на том берегу залива. До меня доходили разные слухи о его семье. Ты прав, у меня нет желания быть замешанным в это дело. К тому же, я не единственный свидетель. Там был еще один человек, и он все видел. Я уверен, что он доложит кому следует, возможно, уже доложил.

— Ты с ним говорил? — спросил Билл.

— Нет, — ответил я. — Нет, он меня не видел.

— Прямо не знаю… — проговорил Билл. — Я по-прежнему считаю, что ты должен позвонить в полицию. Хочешь, я сам позвоню?

— Нет, ни в коем случае. И еще — Диане и Вите об этом ни слова. Обещай мне, Билл.

Он выглядел крайне обеспокоенным.

— Да, я понимаю, — сказал он. — Зачем их расстраивать. Хватит того, что тебе самому пришлось пережить такой ужас.

— Со мной все в порядке, — успокоил я его. — Все в полном порядке.

Я снова уселся за кухонный стол.

— Может, еще чайку? — предложил Билл.

— Нет, спасибо, — ответил я, — не хочется.

— Все это только лишний раз доказывает, что я прав. Сколько можно говорить: число преступлений неуклонно растет во всех цивилизованных странах. И власти должны, наконец, что-то предпринять, чтобы овладеть ситуацией! Кто бы мог подумать, что такое может произойти здесь, в корнуоллской глуши? Говоришь, банда головорезов? У тебя есть какие-нибудь соображения, кто они и откуда? Кто-то из местных?

Я покачал головой.

— Нет, — сказал я. — Не думаю. И вообще, нет у меня никаких соображений.

— Ты и в самом деле уверен, что тот, другой, все видел и заявил в полицию?

— Да, я заметил, как он побежал на ближайшую ферму. У них наверняка есть телефон.

— Дай Бог, чтобы ты оказался прав, — сказал он.

Какое-то время мы сидели, не говоря ни слова. Он непрестанно вздыхал и качал головой.

— Представляю, чего ты натерпелся. Чертовски неприятная история.